Майкл Боккачино - Шарлотта Маркхэм и Дом-Сумеречье

Если Уотли выжил. Впрочем, что за глупая мысль. Существа вроде Уотли всегда выживают. А страдают те, кто ни в чем не повинен.

Как только я осознала, что все мы подвергаем себя опасности, мне следовало разорвать нашу связь с Сумеречьем и пережить последствия. Но я ведь знала, что этого окажется недостаточно. Есть еще Сюзанна… и невозможно позабыть о няне Прам.

— Вас нужно отвести в дом, — промолвил мистер Дэрроу. Пока мы стояли вдвоем в лесу, к нам подтянулись и другие участники «поискового отряда». Роланд сочувственно поглядел на меня — в своем вечернем платье я вся дрожала на зимнем холоде. Мистер Дэрроу снял куртку и набросил ее мне на плечи. Я слишком устала, чтобы запротестовать. Мне хотелось отринуть его доброту и побежать со всех ног искать детей, но я понятия не имела, с чего начинать. Мы вышли из леса на солнечный свет. Повеяло теплом, но в груди у меня по-прежнему нарастал леденящий, мучительный ужас, а мысли возвращались к предыдущей ночи, когда на Сюзанну напал загадочный потусторонний враг.

— А как Сюзанна? Ей лучше?

Мистер Дэрроу с жалостью посмотрел на меня: как будто я настолько глупа, чтобы всерьез думать, будто бедняжка и впрямь поправилась после того, как едва не погибла в столкновении с каким-то безымянным, бесформенным чудовищем за несколько дней до Рождества.

— Последний раз мы видели ее с вами вместе, в тот жуткий вечер. Но о ее состоянии позабыть трудно: слуги ни о чем больше и не болтают. Я так понимаю, она по-прежнему бредит о чем-то небывалом, а стоит мужу оставить ее хоть на минуту, начинает кричать. Сегодня утром доктор Барберри попытался забрать ее в лечебницу, но Лайонел и слушать ничего не хотел. Он уверен, что его жена сама выздоровеет.

— Непременно выздоровеет! Я в жизни не встречала женщины с таким сильным характером, как у Сюзанны Ларкен.

Мистер Дэрроу не произнес больше ни слова, пока мы не прошли половины пути до Эвертона.

— Мы должны поговорить с Лили.

— Я понятия не имею, как с ней связаться.

— Она мертва, — произнес он так, словно потерял жену вторично. Голос его дрогнул, он откашлялся. — Но ведь есть же способы?

— Вы о чем?

— Миссис Маркхэм, после всего, что случилось, я не думаю, что для нас так уж невозможно установить связь с моей женой посредством медиума.

Я от души надеялась, что тон его прозвучал чуть более резко, чем ему хотелось, хотя я, безусловно, этого заслуживала.

— Вы совершенно правы, мистер Дэрроу. — Я внезапно осознала, что мы очень давно не называли друг друга просто по имени. — А где же нам найти медиума?

Но еще не договорив, я осознала, что вопроса глупее вовеки никто не задавал. Мы переглянулись, разом сорвались с места — и бежали бегом до самого Эвертона.

Миссис Норман обнаружилась на втором этаже дома: она вовсю распекала Джессику и уже довела бедняжку до слез.

— Это называется «смахнуть пыль»?

Девушка болезненно морщилась при каждом ее слове.

— Простите, миссис Норман, я думала…

— Нет, ты не думала. Вообще не дала себе труда напрячь мысли.

— Кхм-кхм, миссис Норман… — вмешался мистер Дэрроу.

Экономка обернулась к хозяину, и ее ледяная чопорность растаяла, сменившись чем-то очень похожим на любезную предупредительность.

— Да, мистер Дэрроу? — Она говорила в отрывистой, ритмичной манере, что лишь подчеркивала пристрастие экономки к четкости систем и правил.

— Вас можно на два слова?

— Разумеется! — Миссис Норман отошла от горничной, и та поспешила удрать, точно подстреленный зверек.

— Миссис Норман, не секрет, что вы интересуетесь сверхъестественным.

— Это верно. Потусторонний мир меня весьма завораживает, особенно с тех пор, как ушел из жизни мой дорогой мистер Норман. — Экономка истово перекрестилась и поцеловала крест на груди.

— А вы пытались установить связь с его духом?

— Да, несколько раз. И один раз даже получилось. — Миссис Норман заговорила взволнованно и убежденно, понизила голос и оглянулась по сторонам — не подслушивает ли кто. — Он помог мне отыскать потерянную шаль.

— Ах вот как. Хорошо. Нам хотелось бы провести спиритический сеанс. Чтобы связаться с миссис Дэрроу.

— Сеанс? — Экономка обернулась ко мне, словно в первый раз заметила меня в непосредственной близости от мистера Дэрроу. И потерла подбородок. — Я никогда не проводила сеансов, я, видите ли, обычно пользуюсь картами, но, наверное, и такое тоже возможно. Мне понадобится время: я справлюсь в книгах…

— Боюсь, это очень срочно, — перебила я.

— Мертвые могут и подождать, — резко парировала миссис Норман — вот теперь голос ее прозвучал вполне узнаваемо. Но мистер Дэрроу уже начал терять терпение.

— Боюсь, на сей раз — не могут. — Он говорил с экономкой тем же тоном, что еще недавно — со мной: как хозяин, наставляющий слугу.

Мы с миссис Норман одновременно поморщились, но она кивнула в знак согласия.

— Я соберу все необходимое наверху. Ждите меня в кабинете, мистер Дэрроу. — Она понизила голос до шепота: — Слуги себя не помнят от страха, едва речь заходит о сверхъестественном. — И она направилась в людскую. Мистер Дэрроу — в свой кабинет, а я — к себе в комнату. Цепь, обмотанная вокруг столбика кровати, уходила в пол: существо, к ней прикованное, рыскало где-то в нижних помещениях дома, собирая обрывки разговоров.

Я быстро переоделась: сняла вечернее платье, в котором была в Сумеречье, и уже собиралась надеть черную строгую форму гувернантки, в которой выглядела и ощущала себя заметно старше своих лет, этакой старой девой: ею мне, возможно, еще предстоит стать — одинокой, озлобленной воспитательницей чужих детей, кому постылая жизнь давно не в радость. Но это облачение слишком напоминало саван. Что сейчас происходит с детьми, я даже представить боялась. Наконец я отыскала повседневное хлопчатобумажное платье, синее, в тонкую белую полоску, и поспешила в кабинет мистера Дэрроу. Миссис Норман еще не пришла. Владелец Эвертона стоял перед портретом жены, не сводя с него глаз, с видом весьма подавленным. Заметив меня в дверях, он отвернулся от картины.

— Мы найдем их, Генри, — промолвила я, не без опасений возвращаясь к нашей былой доверительной близости. Он слабо улыбнулся и уже хотел было ответить, но тут в комнату ворвалась миссис Норман с увесистым саквояжем в руках. Экономка с облегчением водрузила его на письменный стол Генри и принялась извлекать на свет разнообразные оккультные атрибуты.