Александр Арбеков - Две ипостаси одной странной жизни

— И этот вопрос нам задаёт сам Господь Бог!? — возмутился я. — Творец, Создатель и так далее!?

— Да, в том-то и дело, что всего-навсего — «так далее!».

— Как-то Вольтер сказал, что истинное блаженство не может быть уделом человека на земле, — вздохнул я. — Как я понимаю, оно не может быть и уделом Бога на небесах?

— Увы, увы…

— Господа! Какие-то пессимистичные ноты я слышу. Давайте поговорим о чём-нибудь весёлом, — тревожно усмехнулась Наташа и задумчиво посмотрела на Создателя. — Расскажите нам какую-нибудь интересную историю.

— Да, пожалуйста, — улыбнулся Бог. — Слушайте… Один скряга прятал все свои богатства в потаённом месте и ничего не тратил на семью. Но однажды его сын обнаружил тайник. Он выкопал всё золото и положил камень на его место. А деньги он прокутил. Вскоре отец обнаружил потерю и предался скорби, но сын попытался приободрить его, сказав: «Золото хорошо для трат, а для припрятывания камень ничуть не хуже…». Муслихиддин Саади. Был такой персидский поэт.

Мы с Натальей некоторое время почтительно молчали, переваривая услышанное из уст Бога, а потом я сказал:

— У меня тоже есть одна история.

— Ну, слушаем!

— Жил был как-то один мужик по фамилии Гельвецый.

— Это всем нам известный французский философ по имени Клод Андриан? — усмехнулся Бог.

— Тот самый. Издевайся, сколько хочешь! Но звали его всё-таки Адриан.

— Ну, и чёрт с ним!

— Так вы чёрт или Бог? — резво склонился я к Чёрному Человеку.

— Да не цепляйся ты за слова! Надоело! — взвился Создатель. — Я — Бог! Ну и что сказал этот Адриан?

— Он произнёс следующее. «Иллюзия — непременное следствие страстей, глубина которых измеряется степенью ослепления, в которое они нас погружают. Это прекрасно почувствовала одна женщина. Застигнутая своим возлюбленным в объятиях его соперника, она смело отрицала факт, свидетелем которого он был. «Как? — сказал он ей. — Ваше бесстыдство заходит так далеко?!». «О, коварный! — воскликнула она. — Ты разлюбил меня! Ты веришь больше своим глазам, чем моим словам!?». Эти слова можно применить не к одной лишь любовной страсти, но и ко всем страстям. Все они разят нас полным ослеплением».

Мы снова посидели некоторое время молча и думая каждый о своём, в основном о суетном. Создатель выпил, в очередной раз попытался что-то ощутить и досадливо поморщился:

— Да что же это такое?!

— Может быть, следует засосать пяток бутылок виски сразу, одну за одной, без перерыва? А вдруг произойдёт чудо?

— Саша! Ну, что ты такое несёшь! — возмутилась Наталья. — В данный момент Бог имеет вид обычного человека со всеми присущими его организму физиологическими свойствами и нормами. Если он выпьет несколько бутылок, то может сразу умереть! И что же мы будем делать без него!?

— Прервётся связь времён, — глухо и безнадёжно произнёс Создатель. — Хаос будет неминуем.

— А вот так рассуждать не следует! — обеспокоился я. — Всё-таки хочу я прожить ещё хотя бы полгода, а то и год. Я считаю целесообразным заказать пару бутылок виски. Не более. Шотландского.

Идея хорошая, — задумался Бог. — Официант! Нам ещё пять бутылок виски! Нет, семь!

— Вот это по-нашему! — восхитился я. — А почему именно семь?

— Ну, ты же обожаешь это число. И, вообще-то, семёрка — число Бога. Именно Бога, а не Дьявола.

— Так, у кого-нибудь имеются ещё какие-либо истории? — буркнул я.

— А можно, я просто прочитаю одно стихотворение? — несмело подняла руку Наташа.

— Конечно, конечно, о, прекрасная леди! — оживился Творец.

— Надеюсь, оно не будет пессимистическим? — строго спросил я.

— Ни в коем случае!

— Слушаем.

«Не для житейского волненья,Не для корысти, не для битв.Мы рождены для вдохновенья,Для звуков сладких и молитв…».

— Неплохо, — усмехнулся я. — На поэтическом поприще ты делаешь явные успехи.

— Не кощунствуй и не издевайся, Александр! — возмутился Бог. — Неужели ты не знаешь, что сии строки написал Александр Сергеевич Пушкин?!

— Конечно, знаю. А почему мне не порезвиться, не поиздеваться. Как я уже говорил ранее, мне на всё наплевать! И, вообще, ты что, не понял, что совсем недавно я по полной программе издевался над тобою, сидя за роялем, а потом издевался, держа в руке скрипку работы Страдивари?!

— Всего лишь Франческо Страдивари!

— Ну и что? Какая разница? Что ты вообще-то смыслишь в музыке! Жалкий бездарь!

— Ах, так?! Ну, ты и подонок! Неблагодарный, причём! — возмутился Бог и вскочил со стула.

— Мальчики! — вслед за ним вскочила Наталья и на её лазоревых глазках появились слёзки. — Ну, хватит же! Саша, ну научи же ты, наконец, Создателя игре хотя бы на балалайке, или умению стучать по барабану! Всё становится таким глупым и смешным, что уже отнюдь не смешно!

— Ладно, успокойся милая! — одновременно воскликнули я и Бог, и смущённо замолчали.

— Так, я вас временно покидаю, — сказал Творец.

— А на какое время? — осторожно поинтересовался я. — И как это Бог может кого-то покинуть?

— Договоришься ты у меня! Понятно, кого или что покидает Бог!

— Всё понял, молчу! Слушаюсь, мой генерал! — встал я по стойке смирно. — А можно на посошок ещё какую-нибудь историю или притчу?

— Конечно можно, — рассмеялся Создатель, а потом осушил залпом одну за другой семь бутылок виски.

Наталья замерла в ужасе и почти потеряла сознание. Я был потрясён, поражён и стал с благоговением ждать результата сего священного действа, но его, увы, не последовало.

— Ничего не чувствую. Абсолютно ничего! — досадливо произнёс Творец и снова чуть не разрыдался. — Да что же это такое происходит!? Наташа, можно вас пригласить в ресторан при свечах?

— Конечно, конечно! Но интима не будет, — женщина опасливо посмотрела на меня.

— Да ради Бога! С тебя не убудет и не прибудет. В данном случае я тебя абсолютно не ревную! — заявил я. — Ну, попытайся разжечь пожар страсти у этого индивидуума! В конце концов, все мы его дети или, вернее, мы — он сам! Всё, я снова запутался!

— Да, крайне необычная и странная ситуация, — вздохнула Наташа.

— Слушай, Творец! А, может быть, тебя на самом деле и нет в реальной действительности? — решительно спросил я. — Вдруг тебя вообще не существует в этом мире? Твоё присутствие в иных мирах я не исключаю.

— Ну, что ты такое несёшь, Саша! — закричала Наталья. — Всё! На сегодня хватит! Уважаемый Создатель, слушаем вашу историю и расходимся. Нервы у меня уже на пределе!

— И так… История.