Амара - Ричард Карл Лаймон

над своей окровавленной ногой. - Чтобы я впредь соблюдал правила?

Она кивнула, ее медные волосы рассыпались по обнаженному плечу.

- Значит, ты им нужен.

- Может быть, я смогу потребовать улучшения жилищный условий?

Девушка улыбнулась.

- Не стоит лезть на рожон.

- А как... - Он указал на свою грудь, затем покраснел от неожиданной неловкости. - Я имею в виду...

- Порезы на моей груди? Они заживают, Эд.

- Это тоже было наказание?

- Нет, они сделали это ради забавы. - Она откинула назад волосы. - Они делают всякие странные вещи ради забавы.

- Например, заставляли тебя продевать руки в петли?

- Мы сразу решили, что не будем спрашивать друг у друга, что они делали с нами.

- Но я...

- Мы решили, что это способ сохранить хотя бы небольшую часть личного пространства.

- Мы?

Вирджиния вздохнула и покачала головой. Ее взгляд печально опустился.

- Были и другие, когда я впервые попала сюда. Я даже делила эту клетку с другой девушкой. Один за другим они все... - Она пожала плечами. - Их всех забрали, кроме меня.

- А Марко?

- Его привезли позже.

- Так вы решили, что не будете говорить о том, как они издевались над вами?

- А что это даст? Страшные воспоминания унижений и боли? Все равно это ничем никому бы не помогло. Они могут сделать с нами что угодно.

- И ты согласилась с этим?

- Пришлось. Если хочешь жить...

Он пошевелил ногой, сидя на матрасе. Рана снова начала пульсировать. На обрубке мизинца образовался липкий красно-черный струп.

- Они отрезали мне мизинец, - сказал он.

- Я знаю. Ты мне уже говорил.

- Когда они заставляют меня лечь на эту полку, - парень глазами показал на платформу над потолком, - они говорят мне выставить свой пенис в отверстие в крыше клетки. Потом они...

- Эд. - Она умоляюще посмотрела на него. - То, что наши похитители делают с нами, они делают в темноте. Это тайна.

- Сначала мне отсасывают член, а потом прыгают на нем, пока не кончат.

Девушка отвернулась, зарывшись лицом в одеяло.

Несмотря на то, что она отказывалась слушать, он продолжил.

- Меня заставили заняться сексом... но вот что самое ужасное, мне это нравилось. Я возбудился. Это был отличный секс. Она тоже была возбуждена, я знаю это, чувствовал, насколько она мокрая.

Вирджиния села, опираясь локтем на колено. На мгновение она уперлась в него своими зелеными глазами, затем покачала головой.

- Я знаю, что ты делаешь.

- Правда?

- Ты хочешь, что мы делились тем, что они с нами делают. Но это не поможет.

- А то, что мы будем держать все это в себе поможет?

- Значит, если мы делимся, если мы признаемся, это сделает нас сильнее?

- Да. Но признаваться не в чем. Мы не сделали ничего плохого. Но если мы расскажем друг другу о том, что с нами происходит... о жестоком обращении, от которого мы страдаем... тогда мы будем уже не так одиноки. Мы можем оказать друг другу эмоциональную поддержку.

Девушка кивнула.

- Думаю, можно попробовать. В конце концов, старый способ не был таким уж эффективным. Помнишь, что случилось с Марко?

Он посмотрел на нее.

- Так ты думаешь, что я должна рассказать тебе, что они сделали со мной? – спросила она.

- Я не могу заставить тебя говорить.

- Нет... ну... это... - Она глубоко вздохнула. Затем, приняв решение, заговорила:

- В последний раз мне приказали встать лицом к прутьям клетки. В темноте они, должно быть, зацепили петли за прутья. Они заставили меня просунуть в них руки.

- Тебя сковали?

Она кивнула:

- Как лассо. Петли туго стягивали мои запястья. Потом они начали лапать меня.

- Больно?

- Нет. Нежно.

- Было что-нибудь особенное в этих руках?

- Ты имеешь в виду, какой-нибудь отличительный признак?

- Это может помочь нам понять личность похитителя.

- Ты имеешь в виду, когда нужно будет опознать его в полиции? - Она горько рассмеялась. – Нет никакой надежды выбраться отсюда, Эд. Так вот, вернемся к той ночи. Они трогали мое тело. Поглаживали меня вверху и внизу. Затем они провели руками по моим бедрам и между ног, и забрались туда пальцами. - Она вызывающе посмотрела на него. - Вот. Ты доволен?

- Они? Но ведь человек был один.

- Они. Я не знаю, мужчина это, или женщина. Мы привыкли называть его так – ОНИ.

- Я должен спросить, Вирджиния. Они тебя изнасиловали?

- Ты имеешь в виду членом?

- Это может быть важно.

- Нет, - сказала она. - Не насиловали. Всегда пальцы.

- Больше ничего?

- Нет, только пальцы. Но есть кое-что еще.

- Продолжай.

- Они маленькие, тонкие. Я уверена, что они принадлежали женщине.

- Господи, так я и думал.

- Я так и поняла, что ты к этому ведешь. - Вирджиния посмотрела парню в глаза. – Слышала тебя. Лесбийский праздник похоти. Тебе понравилось, что ты услышал.

Эд покраснел, поняв, что произнес тогда свои мысли вслух.

- Это тебя возбуждает? - Ее голос прозвучал жестко. - Ты возбудился, когда слушал мои стоны в темноте?

- Вирджиния, я не...

- Конечно, возбудился. Поэтому так и кончил быстро. И за эту ошибку тебе отрубили палец на ноге.

- Вирджиния, мне жаль.

- Жаль за