Людмила Белякова - Смерть на кончике пера

Когда отъехали, мужичок так и остался стоять, приложив ладошки рупором к худому, в черной щетине лицу, вглядываясь уже в пустоту.

– Ну что, Андрей, ничего? – вздохнула Ксения Петровна. – Ее здесь нет?

– Может, и есть, но я неправильно себя повел. Она здесь может быть, но, если услыхала, что ее ищут, затаилась. Я с самого начала раззвонил… Черт!

Андрей вырулил на дорогу, чуть отъехав, скомандовал Павлючку пересаживаться.

– Но только до шоссе!

– Вы думаете, я ошиблась? – задумалась Ксения Петровна.

– Я так не думаю. Это моя тактика была неверной.

Они довольно медленно ехали по почти освободившейся от снега дороге. Андрей показал Павлючку, как переключать скорости. Ноги у подростка до педалей не доставали катастрофически. Минут через двадцать выехали к шоссе – теперь уже по прямой.

– Все, смена экипажа.

– Ну еще чуточку, дядь Андрей, – заканючил Павлючок.

– Дорога паршивая, извини. Опасно.

Андрей выжал скорость. По сырому пустынному шоссе они доехали до города и завезли домой Ксению Петровну.

– Вы меня в курсе держите, ладно? – попросила она, вылезая из машины.

– Хорошо. Тебя куда отвезти, Сереж?

Дома попробовал смотреть телевизор, но его не отпускала досада, обида на самого себя – не продумал он вылазки!.. Вряд ли Ксения Петровна ошиблась. На восемьдесят процентов – Анна К. скрывается в свободной от цивилизации зоне. Если до нее дошел слух, что ее ищут, она спряталась.

«А местечко, этот Бомж-таун, интересное. Может, согласовать с Бородой тему и съездить туда еще раз? Если Анны К. не найду, хоть материал сделаю».

Смеркаться за окном начало в семь вечера. Сам не зная зачем, Андрей поставил на подзарядку карманный фонарик. Хотя нет, он уже знал. Внутри него что-то знало.

В восемь, взяв плотно накормленный фонарь, направился вон из города, оставшегося позади полоской ярких огоньков. Сделав крюк по хорошей дороге, выехал на отрезок, ведущий к мумии военного городка. Еще пять минут, и, заметив редкие неяркие огоньки Бомж-тауна, выключил дальний свет. Но не эти огоньки привлекли его внимание.

Чуть впереди были явственно видны габаритные огни машин.

«Милиция? Предпраздничная проверка?» – тревожно прикинул Андрей, съезжая с дороги на траву, – обочины здесь не было.

Он заранее развернулся на выезд и поставил машину на сигнализацию – не потому, что здесь было много желающих ее угнать, а чтобы потом, если понадобится, найти ее по сигналу в этой сырой, вязкой темноте.

Машина пискнула и задремала. Андрей, стараясь не шуметь, двинулся к городку. Никаких особых звуков, даже собачьего лая, не доносилось.

«Все дрыхнут без задних ног?»

Андрей решил не переться прямо в ворота – хватит ему дневного штурма, – чуть посветив фонарем, пролез в щель между опасно покосившимися плитами ограды.

«Интересно, какую статью я сейчас нарушаю? Числится этот городок военным объектом?»

До пятачка перед въездом на территорию было метров тридцать, оттуда доносились голоса, мелькали лучи карманных фонарей – что-то происходило. Прячась за черепами пустых автомобильных кабин, он подобрался метров на десять к пятачку и затаился.

Какие-то субъекты, судя по голосам молодые, обильно пересыпая речь ненормативной лексикой, сгоняли на «городскую площадь» жителей Бомж-тауна. Те жалобно протестовали, говоря, что они люди бедные и у них нечего взять.

«Похоже, облава».

Андрей перебежками добрался до дома, стоявшего торцом к пятачку. В свете время от времени вспыхивавших фонарей разглядел, что на налетчиках нет ни формы, ни масок – обычные кожаные куртки-косухи. Одни только своим видом придерживали согнанных жителей на пятачке, другие время от времени возникали из темноты и впихивали в уже немалую толпу обитателей свободной зоны. Светили в лица, что-то спрашивали, рявкали, приказывали замолчать или, наоборот, говорить.

Где-то поодаль реяли огоньки двух-трех сигарет. Кто-то со стороны наблюдал за событиями, не желая марать о бездомных руки.

«Ох, не нравится мне это… Что за самодеятельный шмон-омон? Кого они здесь ищут? Вряд ли это менты, даже в штатском».

Пока Андрей наблюдал, события вроде как поутихли. Вероятно, согнали всех, кто попался под руку. Ребята в косухах сгруппировались поодаль и проводили планерку.

«Сейчас они сообразят, что здесь делать нечего, развернутся, поедут и увидят мою тачку, мирно посапывающую на травке. Тогда несдобровать ни мне, ни тачке… Кажется, пора».

Спотыкаясь в темноте о мусор, Андрей добрался до ближайшей дыры в заборе.

«Вот что – сейчас выезжаю на шоссе, делаю метров сто-двести выше и жду. А потом… можно ведь вернуться».

Машина согласно пискнула в ответ, Андрей быстро, не включая габаритных огней, выкарабкался на асфальт и покатил к шоссе.

«Может, на третий заход повезет… Все-таки мой расчет был верен – я буду не я, если это не охота за Анной К.».

Включив наконец дальний свет, чтобы впотьмах не соскочить с асфальта, увидел… как в скачущем мутном луче мелькнула фигура бегущего человека, не слишком крупная, непонятного пола и возраста.

Попав в луч света, человек довольно неловко, словно защищаясь, взмахнул руками, резко свернул в сторону от дороги, бросившись, по сути, в чистое, то есть очень грязное, скользкое и топкое поле. Андрей затормозил, не глуша мотора, выскочил из машины и бросился следом, высоко поднимая фонарь.

– Анна, Анна! – кричал он в темноту, которая только сгущалась от того, что ее рассекал желтоватый пучок света. – Анна, постойте! Давайте поговорим! Они вас найдут!

Андрей остановился, поводил фонарем туда-сюда. Метрах в тридцати мелькнула светлая куртка.

«Ага, попалась! Теперь я тебя не упущу!»

Он кинулся туда, где смутно виднелась фигура, и через десять секунд схватил за плечо Анну, которую выдали светлые пряди, выбившиеся из-под бордовой вязаной шапочки.

– Не прикасайтесь ко мне! Отпустите немедленно!

– Отпущу, если не побежите.

Анна дернулась еще пару раз и потом затихла. Андрей посветил ей в лицо.

– Уберите фонарь. Я сейчас ослепну.

– Это за вами приехали?

– Они еще днем приезжали. Я не думала, что они вернутся.

– Днем я вас искал. Сейчас нет времени болтать, давайте поедем, иначе они поймают нас – вас-то не тронут, а меня, как свидетеля… не отпустят живым.

– Я никуда не поеду. Оставьте меня в покое!

– Поедемте, или вы погубите нас обоих.

– Ладно, – совсем вяло сказала она.

Они вернулись на шум работающей машины.

Взвизгнув и чуть пробуксовав, машина все-таки вынесла их на шоссе, Андрей свернул прочь от города.

– Мы не туда едем!

Он заглушил мотор на шоссе, метрах в трехстах выше поворота к городку.