Мишель Роуэн - Ночной дурман

— Это антидот. Возьми его, если так уверена, что ответишь отказом, и вколи себе с чистой совестью. И ни в чем себя не вини.

— Спасибо. — Едва слышно хрипло прошептала я.

— Деклан, — сказал Карсон. — Пожалуйста, отведи Джиллиан в ее комнату, чтобы она смогла немного подумать.

Деклан кивнул и, нежно взяв меня за руку, повел из лаборатории вверх по лестнице. Назад в комнату, где я могла выбрать: жить с гнетущим чувством вины или умереть от лап короля вампиров.

Глава 17

— Как думаешь, что же мне делать? — спросила я у Деклана, когда мы вернулись в мою комнату.

На его лице ничего не читалось.

— Взять противоядие.

Я подошла к окну, которое вчера безуспешно долбила стулом в течение получаса, и уставилась в тьму за стеклом.

— Но если я…

— Джилл, пожалуйста. Даже не думай об этом. — Он подошел ко мне и развернул к себе лицом. — Это не твоя война.

— Может, это судьба… «Ночной дурман» вкололи именно мне.

— Доктор Грей… она очень целеустремленная, когда речь заходит об убийстве Маттиаса. Но даже она понимает, что не имеет права просить тебя об этом.

— А Карсон?

— Он целиком и полностью сосредоточен на своих исследованиях. Это цель всей его жизни. — Деклан покачал головой. — Он ни о чем другом и думать не может.

— Ты теперь не самый ярый его фанат?

— Карсон умеет отличать хорошее от плохого. Честное слово. Но он видит мир только в черно-белых тонах. Как и я до недавнего времени.

Я расслышала нотки боли в голосе Деклана, и мне захотелось ее унять. Правда, как бы я этого ни желала, я ничего не могла поделать с тем, что он долгие годы был лишен эмоций. Я даже была чертовски удивлена, насколько он держится молодцом.

Хотя с другой стороны, Деклан привык убивать.

Я положила коробку с противоядием на край кровати. Уныние, которое подкралось еще в лаборатории, только нарастало.

— Я правда не знаю, что мне делать.

— Тогда я приму решение за тебя, — жестко сказал Деклан. — Дай сделаю тебе укол противоядия прямо сейчас, и ты вернешься к жизни, которую я у тебя украл. И обо всем забудешь.

— И о тебе тоже забуду? — с усилием выговорила я.

Он кивнул.

— Так будет лучше. И ты сама этого хочешь. Чтобы все закончилось. Чтобы все оказалось лишь страшным сном. И выход — здесь. — Он взял коробку и принялся ее распаковывать.

— Но Маттиас…

— С Маттиасом и так разберутся. Ни на секунду не верь, что «Ночной дурман» — наш единственный выход. Мы найдем другое решение, которое не приведет к твоей смерти. — Его лицо окаменело. — Я говорил, что буду тебя защищать, и выполню свое обещание, даже если для этого нам больше никогда не придется увидеться.

Перехватив его взгляд, я увидела в нем затаенную боль. Наверняка такая же отражалась и в моих глазах.

— Даже не знаю.

— Уясни: они неправы. Ты гражданская. У тебя нет никакой подготовки. Я знаю, что ты очень мужественная, а еще чертовски упорная и упрямая, но чтобы схлестнуться с королем вампиров прямиком в его логове, откуда нет выхода? — Он покачал головой. — Тебе такое не по плечу. Маттиас тебя раскусит и прикончит, прежде чем задумается, стоит ли вообще попробовать твоей крови. И все будет зря. Понимаешь?

Я нахмурилась:

— Думаешь, я не справлюсь?

— Думаю, — твердо сказал Деклан.

Я не стала обижаться, что он сомневается в моих способностях играть в Мату Хари. Деклан абсолютно прав. Так что все сомнения отпали.

Я потерплю неудачу. Маттиас будет жить, а я умру.

Деклан, должно быть, заметил какие-то изменения в моих глазах, потому что его напряжение спало.

— Отлично. Значит, решено.

— То есть я просто должна вернуться к прежней жизни, делая вид, что всего этого не было? Даже зная о нависшей угрозе?

— Ты обо всем забудешь. В конце концов, прошло каких-то три дня.

— Тебя я не забуду.

Он отвернулся, чтобы не глядеть мне в лицо.

— Выходит, ты со мной согласилась. И примешь противоядие.

— Да, согласилась.

Он не стал дожидаться, пока я еще раз передумаю. Тут же достал флакон с янтарной жидкостью и наполнил шприц.

— Тебе словно доводилось делать это прежде, — заметила я.

— Тысячи раз.

Я посмотрела на себя.

— И куда лучше всего?

— В живот. Туда не так больно. — Улыбка тронула его губы. — Или в попу. Девочки выбирают.

— Давай в живот.

— Просто расслабься.

— Не самое мое любимое слово на этой неделе.

— Футболку подними.

— Да, сэр. — Я задрала майку, обнажая живот. Деклан погладил кожу прямо под пупком и, несмотря на мое напряжение, прикосновение отозвалось теплой дрожью во всем теле напоминанием о том, что было между нами какой-то час назад.

— Умничка. Мне сказали, что колоть в вену необязательно, антидот сам найдет дорогу.

Деклан не мешкал, скорее всего потому, что нервничал, как бы я снова не передумала и не ломанулась в подземное убежище Маттиаса с первой же оказией. Игла кольнула плоть, и я затаила дыхание, пока Деклан вводил мне противоядие.

Шаг от смерти к жизни оказался на удивление коротким.

— Спасибо. — Я провела ладонью по лицу Деклана, а потом обняла его. Весь такой твердый и угловатый. В теле ни капельки мягкости. Деклан погладил меня по волосам и крепко прижал к себе, словно боясь отпускать.

— Когда лекарство подействует, и ты немного отдохнешь, я отвезу тебя в Сан-Диего, — прошептал он.

— А как же полиция? Разве они не будут тебя искать?

Он покачал головой.

— У нас есть люди повсюду, в том числе и в полиции. Наша работа санкционирована правительством. Они предпочитают, чтобы все было засекречено, а потому скрывают любые подобные инциденты. Мне не впервой убирать кого-то в людном месте. Скоро все следы заметут. Хотя лучше бы я не был таким заметным. Иногда люди с хорошей памятью меня узнают, хотя не то чтобы это становилось проблемой. Люди склонны забывать то, что мешает им спокойно жить. — Он выпрямился. — Ложись в постель.

Улыбнувшись, я провела ладонями по его широким плечам.

— Это приказ или приглашение?

Его губы немного изогнулись в ответной улыбке:

— Приказ. Из-за противоядия как минимум ближайшие двадцать четыре часа ты будешь чувствовать упадок сил. Я говорил с доктором Грей о возможных побочных эффектах.

Он прав. Я чувствовала, как от усталости мои кости наливаются тяжестью.

— Мне сперва в душ надо.

Деклан кивнул:

— Я рядом, на тот случай, если буду нужен.

Я хотела сказать, что он мне нужен. Что я его не забуду. Что, может быть, я не так уж рвусь возвращаться к прежней жизни, когда яд выведется из моего организма. Но я промолчала. Ситуация и без того была непростой, чтобы еще больше ее усложнять.