Дзиньштейн - Ещё один человек

Чуть отъехав, потрошу добычу. Оооо! Да! Три пузыря неплохой перцовки, два блока «Далласа-Лайт», банки с селедкой, колбаса… и старый кошелек… блин, а набит – как у людей! Точно, бабла немало, поди с книжки снял. Ну, спасибо. Собираю все в сумку, и понимаю…

Да ведь это Свобода! Бля, я же могу курить траву и бухать за рулем, ездить где и как хочу, ебошить всех кто мне не понравится…ну, главное не нарываться на опасных… ну а упырей – ваще можно без разбору валить. Только пока я ствол не раздобыл – от тех опасных тоже подальше держаться. И, бля, – я ж могу теперь реально гробануть когонить и мне за это нихера не станет! Или даже не только гробануть… В соседнем парадном живет у нас одна девка… всем известно что она любит мужиков, но меня пару раз отшила, она все конкретно упакованных больше любит. Ну, вот и посмотрим теперь, как оно выйдет… И я с места прибавил газу.

В соседнем парадном толкались два упыря. Тесак в тесном помещении куда полезнее биты – и я в два удара упокоил обоих. Однако, начинаю привыкать… Азарт появляется. Все же – да, это новый, и не такой уж плохой мир. Мне тут нравится. Ага, тут же, на первом Иркина квартира.

Ирка открыла не сразу, еще спросила «Кто?». «Я» – ответил честно. А как только открыла, для начала смачно влепил ей оплеуху по уху. А просто так. Ибо нехер. Подождал, пока очухалась, и добавил вторую, для симметрии. Когда пыталась кричать – легонько пробил по печени, и утащил в комнату, не забыв закрыть входную дверь. Там быстро и доступно объяснил ситуацию, дополняя слова легким физическим воздействием, что, надо сказать, дополнительно возбуждало. И настоятельно посоветовал не медлить, а немеденно приниматься за выполнение своих новых обязанностей. Ага, именно так.

Ну, а разве у нее есть выбор?

…Попрощавшись, рекомендовал оставить иллюзии, продемонстрировав одного из заваленных упырей. Сказал, что завтра загляну – пусть готовиться. Жрать привезу. И даже оставлю. Если буду доволен. Вот так. Такой теперь будет тут порядок.

А что, очень неплохой порядок. Я считаю.

Ирка выглядела бледно, утирала испарину – ну, ничего, пусть привыкает к новой жизни – тех, кто слабый, спрашивать не будут! Ничего, ничего – хоть и бледненькая, но симпатишная… Вон, уже пластырь успела прилепить на щеку, видать я ее поцарапал малость, пока «уговаривал»… Или был уже пластырь? Да пофиг. Советую ей принять ванну и не психовать – в конце-то концов, ничего страшного, не девочка поди. Она кивает, сглатывая… Чет совсем ее колбасит, экая нервная. Ну, да и хрен с ней – время уже ехать к Окею.

Присоединяться к этим мужикам я уже не хочу. Мне чего-то и здесь неплохо стало. А вот ствол бы раздобыть не помешает. А уж со стволом… Дашку я как-нить приструню, и уж оторвусь по полной.

У машины поджидал неприятный сюрприз. Из-за капота вышла, точнее – вышло… собакО. Почти полностью мертвое. То есть – неживое. И это неживое ОЧЕНЬ резво метнулось ко мне. Заорав, еле отскочил, завалившись жопой на багажник древнего Москвича. Собако щелкнуло пастью, и попыталось достать. Хуюшки. Я на карачках стремительно взобрался на прогибающуюся покатую крышу. Мертвотное (ну, не ЖИВОтное же?) встало на задние лапы, опершись передними на багажник, и вновь попыталось дотянуться. Дворняга, с чертами лайки, крупная. Тесак врезался в череп собаки, второй удар доканал ее. Выдохнув, слез с машины, и убедившись, что более никого нет поблизости, снял стресс обоссыванием трупа несостоявшегося Баскервиля. Мда, не все радужно в этом мире. Скользнув в машину, почувствовал себя уютнее.

Подъехал к Окею, заприметив знакомый убогий микроавтобусик, но никгоо в нем и рядом не обнаружил. Внутри наверное. Ну, и мне пора. Ща куплю нормальной жрачки. Парканулся на этот раз задом, мордой к выезду. Чет так спокойнее.

Внутри на редкость пустынно. Ну, не сравнить с Лентой. Народу много… ну, обычно. Порядок, охрана на местах. Кстати, охрана… как-то… че там говорил толстяк? «Мутные они»? Точно. Именно так, мутные. И чего-то их слишком много. Все чернявые, южане. Стоят группками, уверенные, что-то спокойно обсуждают. У некоторых на поясе видно кобуры с пистолетами. Фигасе, серьезно тут… Ага, чего-то дернулись… Баба с перебинтованной рукой. Двое тут же увели, чего-то говоря. А вот еще аж трое ломанулись… чего-то им по рации каркнули. Они пошли, я решил сначала – ко мне, я же, как и до того ходил – без тесака, но с битой. Не, не ко мне. Я чуть притормозил на всякий случай.

Они подошли к кассе, где оплачивались стервозного вида тетка, и маленький солидный мужчина, в дорогом пальто, с длинным шарфом, в дорогущих ботинках, на руке что-то неярко блестит… Серьезный дядя. Наверное, у самого входа серебристый «Инфинити». Больше сверху тачек подходящих по статусу не видно, а в подземку такие люди обычно не ездят – тоже не по статусу. Да, вот ведь – живут люди! Что ему эти замороки? Сейчас вот наймет этих же ребят с пистолетами, и срать ему на всех! Хорошо, когда у тебя много бабла, если какие крупные непонятки – деньги решат все!

Хотя тут какое-то недоразумение… Охранники чего-то втирают про неверный код карты, про паспорт и проверку, мужчина даже особо не возмущается, достает пачку денег, чтобы оплатить наличкой. Но чего-то охране еще надо? Они настойчиво трындят про проверку, и просят «пройти к начальнику охраны, это тут, это быстро» Не очень довольный мужчина, бросив супруге (или кто там она ему?), чтобы ждала, уходит быстрым шагом вглубь зала, в сопровождении троих охранников. Ну, сейчас разберутся – парням еще извиняться придется. Еще побегут помогать толкать тележки и грузить покупки в багажник. Да, хорошо быть состоятельным парнем!

Тут мое внимание привлек мужик. Он шел, покачиваясь, бормоча что-то, поминутно вытирая лицо. Руки были в перчатках, из-под которых торчали бинты. Но не это меня привлекло. У него на плече висело ружье – длинное, типа показанной Михалычем самозарядки, только покрасивее и все разукрашено под камуфляж. Мужик-то – явно покусанный. И значит – скоро двинет коня. А у него ружье. И оно ему, мертвому – не понадобится.

А вот мне как раз понадобится.

Я решительно пристраиваюсь следом за мужиком… но тут же замечаю, как один охранник что то бормотнул в рацию – и навстречу нам пошли аж четверо, причем один выразительно положил руку на кобуру. Я остановился, а двое, подойдя к мужику, что-то спросили… а он, похоже, уже и не понимает ничего. Они подхватили его под локти и повели, почти потащили куда-то, по пути сдернув с плеча ружье. А остальные двое встали, с усмешкой глядя на меня.

Сделав вид что вообще ничего не заметил, прсвистал мимо, прихватив тележу, и ломанул за покупками. Благо, денег много, могу гульнуть. Тааак, че тут у нас? Красная рыбка, пойдет. Паштетитк… икорочка – а как же! О, креведко! Че тут еще? Ветчина, хорошо, карбонатик.. суши – о, сгребу-ка побольше… О, кура гриль! Самое оно. Салатики фасованные, угу. Надо еще салатиков набрать – подруливаю к раздаче с производства, заказываю… Че, овца, оглохла что-ли? Да ты ваще-то тут рабо… Йё. Симпатичная полнушка за прилавком смотрит на меня. Не мигая, не дыша. Она-то точно знает, с какой стороны прилавка еда, это я тут ошибся. Валим-валим-валим…надо будет охране сказать. Потом. Так, дальше… о, пивасик! Во, вот он – пятилитровка «БагБирр»! Одну возьму… нет, две! – он не портися даже открытый неделями – вот что значит западные технологии! Не то что всякое говно – прокисает моментально.