Майкл Боккачино - Шарлотта Маркхэм и Дом-Сумеречье

Проснувшись, Спада готова была поклясться, что проспала хотя бы полдня, но, выглянув в окно, с изумлением обнаружила, что солнце так и не встало. Девочка пробежала через весь дом и отыскала чудного человечка в рабочем кабинете, битком набитом книгами и картинами. И вновь поделилась своим недоумением.

— Согласен, ночь и впрямь кажется очень долгой, — кивнул он. — Но это все потому, что мы столько всего интересного делали за такое короткое время.

Спада решила, что и в этих словах есть смысл, и уже собиралась вернуться к себе, когда хозяин предложил ей помузицировать вместе. А девочка происходила из семьи музыкантов, так что такой способ провести время показался ей недурным. Вместе хозяин и гостья играли и пели, пока у них не заныли пальцы и не охрип голос. А тогда чудной человечек кликнул слуг и велел накрыть стол в столовой, и в третий раз за вечер Спаде довелось угоститься разными вкуснейшими блюдами. Когда же трапеза подошла к концу, хозяин, извинившись, отлучился ненадолго, оставив девочку наедине с дворецким.

Стоило коротышке уйти, и слуга, который всегда поглядывал на хозяина свысока, приглушенным шепотом заговорил с девочкой и предостерег, что ее обманывают: коротышка, дескать, украл с небес солнце и спрятал его где-то в доме, чтобы удержать гостью при себе на целую бесконечную ночь. Спада поблагодарила дворецкого за предупреждение, но эта новость ничуть не напугала ее и не расстроила. Она от всей души сочувствовала хозяину дома и немного его жалела.

«Должно быть, он очень одинок, если готов на все, лишь бы задержать меня здесь, — сказала себе Спада. — Если солнце находится в доме, я отыщу его и докажу хозяину, что ему незачем прибегать к хитростям и уловкам, дабы заручиться моей дружбой».

А чудной человечек между тем вернулся в столовую и отвел Спаду в новую волшебную спальню, где кровать была обита колыбельными. Девочка крепко уснула, а когда пробудилась, то не побежала сразу же искать хозяина. Вместо того она обошла весь дом и внимательно изучила все отражающие поверхности в поисках солнца. Она заглядывала в зеркала, рассматривала серебряные кубки, золотые дверные ручки и позолоченные клетки — не блеснет ли где блик дневного света? Удостоверившись, что все отражения в этом доме естественного происхождения, девочка обнаружила чудного человечка в кухне — в смешном поварском колпаке. Ни он, ни она ни словом не упомянули о нескончаемой ночи. Вместо того они принялись стряпать любимые пирожки Спады, и кексы, и пирожные, а потом съели все, что напекли, — и чуть не лопнули!

В должный час хозяин отвел Спаду в новую спальню с плюшевой мягкой кроваткой, обитой снами. На сей раз, уже уходя, он помешкал перед дверью и пожелал гостье доброго вечера. А Спада крепко заснула.

Пробудившись, девочка снова обошла дом, присматриваясь к свечам и зажженному очагу — не в них ли прячется краденое солнце? Она заглянула во все газовые лампы до единой, что тянулись вдоль коридоров, во все комнаты, где в каминах пылало пламя, и, удостоверившись, что исследовала все источники огня, отыскала коротышку-хозяина в пустой бальной зале. На нем были его парадные танцевальные туфли, и он собирался показать девочке свои любимые па. Но Спада выглядела такой расстроенной, что хозяин тут же спросил, не случилось ли чего.

— Я знаю, что ты украл солнце, — проговорила девочка, но вовсе не гневно и не осуждающе, к удивлению коротышки, — и я весь дом обыскала. Я думала, если найду солнышко и верну на небо, то ты поймешь, что нет нужды добиваться моей дружбы с помощью уловок и хитростей. Я бы подарила ее тебе по доброй воле — как дарю сейчас.

Коротышка-хозяин был очень умен и обычно мог предугадать все мыслимые последствия любой ситуации, но слова Спады застали его врасплох. В глазах у него сверкнули слезы — куда ярче, чем ожидалось, и Спада поняла, что чудной человечек спрятал солнце не в доме, а в собственном сердце. И такой великой любовью полюбил он девочку-цыганку, что чувство это уже не вмещалось в груди. Сердце его переполнилось, солнечный свет затопил бальную залу, выплеснулся из окон и хлынул прямо в небо над лесом, призывая цыган, которые все еще искали заплутавшую Спаду.

И вот семья девочки явилась в огромный дом, и всех пригласили в бальную залу, и все принялись танцевать, и петь, и играть на музыкальных инструментах. И Спада больше никогда не разлучалась с чудным человечком, даже когда солнце снова село и ударили первые зимние морозы. А горы подождут до весны, ведь истинная дружба столь же редка, как солнце в небе.

— А это все правда? — зевнул Джеймс, поднимая голову, что до сих пор уютно покоилась на материнском плече. Лили закрыла книгу и отложила ее на прикроватную тумбочку. Пол — сна ни в одном глазу! — устроившись на коленях матери, как на подушке, молча глядел в пространство.

— В каждой сказке есть зерно правды, пусть и совсем крохотное, — проговорила Лили.

— Тогда, наверное, здесь додумали счастливый конец, — предположил мальчик, закидывая руки за голову. — Семья Спады наверняка не порадовалась. Ведь коротышка попытался украсть девочку!

Миссис Дэрроу с каждой минутой делалось все больше не по себе. Ведь после сказки на ночь детям полагается мирно заснуть!

— Наверное, хозяину было очень одиноко, — предположила Лили.

— Мало ли кому одиноко, — бросил Пол, даже не пошевелившись. Он заморгал и вздохнул. — Это не оправдывает дурных поступков.

Джеймс сел на постели и, перегнувшись через колени матери, дотянулся до книги сказок.

— Мам, а они все умерли, да? Коротышка-хозяин их всех убил?

— С чего ты взял? — отозвалась Лили с изумлением, переходящим в ужас. — Ведь надвигалась зима! Если бы цыгане ушли в горы, они могли бы погибнуть! Думаю, на самом деле хозяин их всех спас. — Она поцеловала сынишку в лоб и поднялась с кровати. — Хотя интерпретация чрезвычайно интересная, не могу не отметить.

Она легко коснулась лица Пола, но при словах мальчика: «А может быть, он коллекционировал цыган?» — тут же отдернула руку. Глаза ее вспыхнули отблеском какой-то тайны, но все произошло так быстро, что прочесть их выражение я не успела. Лили поцеловала сына в щеку, и вместе мы вышли из спальни и прикрыли за собою дверь. Теперь мы стояли в коридоре лицом к лицу. Только сейчас Лили заметила увесистые тома в моих руках.

— Вы возвращались в библиотеку.

— Ну да. Здешние книги такие завлекательные. Как, впрочем, и сказка.

— В некоторых сказках больше правды, чем мы сознаем, а в других — меньше, чем нам бы хотелось, — промолвила она.