Шарлин Харрис - Живые мертвецы в Далласе

— А молодой блондин? Тот, что с татуировками?

Бетани немного подумала. Она наполовину вышла из транса.

— Его я тоже больше не видела, — сказала она. И тут в ее голове мелькнуло имя.

— Что это? — все так же тихо и спокойно спросила я.

— Ничего! Ничего! — Глаза Бетани широко открылись. Парикмахерская исчезла — я потеряла ее. Да, что и говорить, мой контроль был далек от совершенства.

Она пыталась кого-то защитить. Ей не хотелось, чтобы он прошел через то же, что и она. Но она не смогла не вспомнить имя, и я поймала его. Я не совсем понимала, почему ей казалось, что этот человек может знать больше, но она так думала. Я посчитала бесполезным открывать ей, что я увидела ее секрет. Поэтому я улыбнулась ей и сказала Стэну, не поворачиваясь к нему:

— Она может идти. Я взяла все.

Я насладилась выражением облегчения, озарившим личико Бетани, и повернулась к Стэну. Я была уверена, что он сообразил: я что-то прячу в рукаве. Но не хотелось, чтобы он подавал вид. Кто может знать, что думает вампир, тем более — когда он насторожен? Но мне, тем не менее, показалось, что он меня понял.

Он ничего не сказал, но в помещение зашла вампирша, девушка с виду одних с Бетани лет. Стэн сделал хороший выбор. Девушка наклонилась над Бетани, взяла ее руку, улыбнулась — показывая пару отточенных клыков — и сказала:

— Мы отвезем тебя домой, хорошо?

— О, прекрасно! — Невероятное облегчение было написано на лице официантки. — О, прекрасно, — повторила она, но с меньшей уверенностью. — А вы действительно отвезете меня домой? Вы…

Но вампирша уже смотрела ей прямо в глаза.

— Ты не запомнишь ничего про этот день и вечер, кроме вечеринки.

— Вечеринки? — медленно проговорила Бетани с легким интересом.

— Ты была на вечеринке, — говорила вампирша, уводя Бетани из комнаты. — Ты была на прекрасной вечеринке и встретила милого мальчика. Ты была с ним. — Она все еще что-то шептала ей на ухо, когда они вышли. Я понадеялась, что ей дают хорошие воспоминания.

— Что? — спросил Стэн, когда дверь за ними закрылась.

— Бетани подумала, что охранник может знать больше. Она видела, как он направился в туалет сразу после вашего друга Фаррела и неизвестного вампира.

Чего я не знала, да и спрашивать у Стэна не испытывала ни малейшего желания, это бывают ли случаи секса между вампирами. Секс и питание для них настолько близкие понятия, что я не могла представить себе вампира с нечеловеком, то есть с тем, у кого нельзя взять кровь. Разве вампиры пьют кровь друг у друга в обычных ситуациях? Я знала, что если вампир тяжело ранен, другой может дать ему кровь, чтобы помочь восстановиться, но никогда не слышала об иных случая обмена кровью. И, как я уже сказала, спрашивать об этом Стэна совершенно не хотелось. Может, спрошу при случае у Билла. Потом, когда мы покинем этот дом.

— То есть ты видела в ее сознании, что Фаррел был в баре и вышел в туалет с другим вампиром — молодым, с длинными волосами и татуировками, — подытожил Стэн. — Охранник зашел туда же в то время, когда они там были.

— Верно.

Последовала порядочная пауза, пока Стэн обдумывал дальнейшие шаги. Я ждала, надеясь, что не услышу ни слова из его внутреннего обсуждения. Ни откровений, ни пробоев.

Эти внезапные пробои в сознании вампиров были очень редки. Ни разу такого не случалось с Биллом. Я даже долгое время не знала, что такое вообще возможно. Так что общество Билла оставалось для меня сплошным наслаждением. Впервые в жизни у меня сложились нормальные отношения с мужчиной. Не живым, конечно, но нельзя же требовать всего сразу…

Я ощутила руку Билла на своем плече — он будто почувствовал, что о нем думают. Я положила свою ладонь поверх его пальцев, подавив желание встать и обнять его. Не слишком хорошая мысль при Стэне. Вдруг он проголодается…

— Мы не знаем того вампира, что ушел с Фаррелом, — наконец сказал Стэн. Это показалось частью ответа на мои невысказанные вопросы. Может, он и собирался дать мне более подробные объяснения, но пришел к выводу, что я недостаточно умна и все равно ничего не пойму. Ну что ж — пусть меня лучше недооценивают, чем переоценивают. Да и какая разница? Но свой вопрос я запомнила, чтобы потом разобраться.

— Так кто же этот охранник из «Крыла летучей мыши»?

— Человек, которого зовут Ре-Бар, — сказал Стэн. В том, как он это сказал, была заметна неприязнь. — Он из этих… увлеченных.

Вот оно как. У нас вампирских фанатов зовут «клыками-кулаками». Значит, Ре-Бар получил работу своей мечты. Работать с вампирами, работать для вампиров и быть в их обществе каждую ночь. Для кого-то, увлеченного нежитью, Ре-Бар действительно был счастливчиком.

— Но что он может сделать, если какой-то вампир начнет бушевать?

— Нет, он там только на предмет людей. Мы обнаружили, что вампир-охранник несколько избыточно использует свои способности.

Вот об этом мне думать не хотелось.

— Ре-Бар здесь?

— Это займет немного времени, — сказал Стэн, ни с кем вроде бы не советуясь. Почти наверняка у него был ментальный контакт с остальной группой. Я никогда не видела такого прежде и была уверена, что Эрик не может достать до Билла ментально. Наверное, это был дар Стэна.

Пока мы ждали, Билл присел на стул рядом со мной и взял мою руку в свою. Я расслабилась, накапливая силы для предстоящего допроса. Но у меня начали формироваться подозрения, крайне серьезные подозрения о ситуации с вампирами в Далласе. Я была весьма озабочена тем мимолетным взглядом на завсегдатаев бара, особенно на человека, показавшегося мне знакомым.

— О нет, — воскликнула я, внезапно вспомнив, где пересеклась с ним.

Вампиры напряглись.

— Что, Сьюки? — спросил Билл.

Стэн казался выточенным из глыбы льда. А его глаза действительно светились зеленым, мне не померещилось.

Я торопливо собрала сбивчивые мысли.

— Священник. Тот человек, который убежал из аэропорта, тот, что пытался меня похитить. Он был в баре. — Другая одежда и обстановка не дали мне узнать его, пока я копалась в сознании Бетани, но сейчас я была уверена, что там был именно он.

— Понятно, — медленно произнес Билл. У него была абсолютная память, и я могла быть уверена, что лицо этого человека он помнит.

— У меня и тогда не было уверенности, что он настоящий священник, а сейчас я знаю: это он сидел в баре в ту ночь, когда исчез Фаррел, — сказала я. — В обычной одежде, без белого воротника и черной рясы.

Какое-то время все молчали.

— Но этот человек, этот мнимый священник, тогда, в баре, даже с помощью своих дружков никак не мог бы заставить Фаррела идти туда, куда тот не захотел бы, — деликатно заметил Стэн.