Август Дерлет - Маска Ктулху

В ту ночь я увидел свой третий сон.

Доктор Шрусбери появляется как обычно, зовя меня по имени. Передо мной вновь возникает гранитный зал; я вновь вижу только голову и плечи доктора. На этот раз он обращается прямо ко мне и велит, чтобы я никому не рассказывал о своих поисках отца Андрады и что мне следует поторопиться, если я хочу достичь своей цели. Предводитель идолопоклонников должен умереть; кроме того, нужно разрушить их логово, которое находится глубоко в подземелье древней крепости Салапунко.

Он говорит, что после этого убраться из тех мест мне будет крайне трудно. И все же есть один путь. Прежде чем отправляться в центральную часть Перу, я должен немного подождать, пока мне не передадут три вещи: флакончик с жидкостью золотистого цвета, с помощью которой я стану невосприимчив к законам времени и пространства; камешек в виде пятиконечной звезды и свисток. Каменная звезда, сказал доктор, защитит меня от Глубинных жителей и других последователей Ктулху, но только не от него самого и его ближайших слуг. С помощью свистка я смогу вызвать гигантскую летучую тварь, которая доставит меня в такое место, где мое тело будет спать вечным сном, в то время как моя духовная сущность присоединится к доктору Шрусбери и будет летать вместе с ним в межзвездном пространстве. Когда цель моей поездки будет выполнена и пока на меня не успела обрушиться месть разъяренных прислужников Ктулху, мне следует выпить золотистый напиток, взять в руку камень-звезду, подуть в свисток и произнести следующее заклинание: «Йа! Йа! Хастур! Хастур кф’айак ’вулгтмм, вугтлаглн, вулгтмм! Ай! Ай! Хастур!» — после чего спокойно подчиниться тому, что будет происходить.

Как ни удивителен был этот сон, последующие события оказались еще удивительнее.

Перед самым рассветом меня разбудил — или мне это почудилось? — громкий звук хлопающих крыльев. Перед самым окном в воздухе висела огромная крылатая тварь; на ее спине сидел молодой человек. Войдя через окно в мою комнату, он что-то положил на бюро, затем забрался на спину твари, и через мгновение оба исчезли.

Через два часа, проснувшись, я первым делом подошел к бюро; все оказалось именно так, как было во сне — а было ли то сном? Передо мной лежали три предмета: свисток, флакон с золотистым напитком и маленький серовато-зеленый камешек в виде пятиконечной звезды — точно такой же, какой был в коллекции моего деда, которую я оставил в Новом Орлеане!

Я сегодня же отправляюсь в глубь страны.

4

9 ноября

Дорогой профессор Андрос.

Мы разбили лагерь недалеко от Мачу-Пикчу, и, хотя я провел здесь всего семь часов, со мной уже произошло кое-что интересное. Через агентство Сантоса, следуя вашему совету, мы наняли проводника. Вчера, когда наш отряд шел по дороге в сторону древней цитадели инков, я остановил двух индейцев и спросил, не знают ли они, где можно найти отца Андраду. Перекрестившись, индейцы показали в ту сторону, куда мы направлялись, но более ничего не сказали. Вскоре ко мне подъехал наш проводник и сказал, что слышал мой разговор с индейцами и что если я не боюсь свернуть немного в сторону, то он готов отвести меня к своему старшему брату, который в настоящее время болен и лежит в своей хижине, расположенной в горах недалеко отсюда.

Я ответил, что не боюсь; после этого, достигнув нужного места, мы отъехали на три мили в сторону от дороги. Брат проводника действительно был серьезно болен, я бы даже сказал, что он умирал. Оба индейца принадлежали к племени кечуа-айар; старший брат был некогда обращен Андрадой в католицизм, чего нельзя было сказать о младшем. Узнав, что я ищу отца Андраду, старший индеец сразу замолчал, но, когда выяснилось, что я со священником никогда не встречался и не являюсь его приверженцем, он заговорил — быстро, взахлеб, словно боялся, что ему не хватит времени все рассказать.

Я не могу в точности воспроизвести на бумаге его речь; индеец говорил на ломаном испанском, и суть его фраз была мне зачастую непонятна. Он сказал, что всегда восхищался Андрадой, и не просто восхищался, а боготворил его. Но Андрада, добавил он, умер. Он «больше не тот, каким был». Андрада больше не Андрада; он стал другим, его сладкие речи учат злу. Индеец сказал, что знает, где находится «бумага», написанная настоящим Андрадой, и что если я позволю, то младший брат доставит ее мне. Чтобы добраться до того места, нужно два дня. Естественно, я тут же согласился, и наш проводник немедленно отправился в путь.

Спешу вам об этом сообщить. Не могу себе представить, чем все это закончится, но индеец был так взволнован, что я не усомнился в его искренности. Кроме того, мне показалось, что он был рад поговорить с тем, кто мог его понять. Свое письмо я отправляю с группой американских туристов, которые как раз возвращаются с экскурсии к древнему городу инков.

Искренне ваш,

Клейборн Бойд

10 ноября

Дорогой профессор Андрос.

Прошлой ночью вернулся мой проводник и привез ту самую «бумагу», о которой говорил его брат. Прочитав ее, я пришел к выводу, что это документ чрезвычайной важности, поэтому я отправляю его вам; мой курьер доставит его в Куско, откуда он будет немедленно отправлен вам почтой. Эта «бумага» — отрывок из каких-то записок. В настоящий момент я готовлюсь к поездке в горы, в крепость Салапунко, где, как мне сказали, будет проповедовать отец Андрада.

Искренне ваш,

Клейборн Бойд

Перевод записок Андрады:

«…кто он и откуда пришел, никто не знает. Несомненно одно — он принес с собой зло. Он играет странную музыку на странных инструментах, напоминающих флейты. Как только он появился, мир погрузился в хаос — повсюду одно зло, его источают даже облака; из-под воды доносятся странные звуки — словно где-то на дне океана передвигаются огромные существа. Я призван бороться с ними и не отступлю, пока не одолею зло, которое он распространяет всюду, где появляется.

Мой народ в великом страхе. Люди рассказывают мне о зле более древнем, чем сама Земля, о странных существах, одного из которых зовут Кулу — якобы он явится из моря и вновь будет править вселенной. Я начал осторожно опрашивать индейцев, что они о нем знают; они отвечают, что боятся не Антихриста, а какой-то “нечеловеческой твари, древней, как само время”, которая была известна их предкам задолго до появления Христа. Один из индейцев показал мне картинку с изображением этой твари; он сказал, что картинка досталась ему от предков. Я думал, что увижу изображение Пачи Камака[73], которому индейцы приносили человеческие жертвы, или Иллу Тики Виракочу, но это были не они, хотя вполне возможно, что это было изображение одного из многочисленных чудовищ, в которых верят индейцы. Уродливая тварь отдаленно напоминала человека — сидящий на корточках антропоид со щупальцами на теле и бородой, также состоящей из щупалец или змей, с когтистыми лапами или руками, и крыльями, похожими на крылья летучей мыши.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});