Пауль Локамп - Охотник на ведьм

– Простите, – поинтересовался Базиль, – что вы сказали? Я не понимаю…

– Я говорю, пойдемте! Покажу вам памятник, – опять перешел на английский язык наш надоедливый собеседник. Он мне напомнил того самого смотрителя кладбищ из романа «Трое в лодке, не считая собаки». Тот, помнится, тоже приставал к туристу, предлагая осмотреть могилки и склепики.

– Ох, нет, – замотал головой Базиль, – спасибо, не надо.

– Ну как же так?! – всплеснул руками мужчина.

– Да ты достал уже нас со своим памятником! – сказал я на литовском. – Сказано же тебе – мы хотим осмотреть окрестности. Чего тебе не понятно? Кстати, а кто еще туда ходил?

На лицо сотрудника было приятно смотреть. Не то, чтобы он очень удивился, но пятнами слегка пошел. Правильно – мы ведь можем и жалобу его начальству накатать. За «британских придурков». А он за свое место зубами держится, это и к гадалке не ходи. Зарплата хорошая, работа не пыльная.

– Кто ходил? Никто не ходил, – он замотал головой, как лошадь.

– Не крути мне голову, а? – устало отозвался я. – Полгода назад здесь был наш друг и рассказывал про настоящий центр Европы, а не про этот фонарный столб из гранита. Давай, говори уже, пока я не сказал этому жителю Ирландии, – я кивнул на Базиля, – что ты его придурошным англичанином назвал.

Базиль мой кивок истолковал по-своему, но, в общем, правильно. Поэтому он нахмурился и злобно засопел.

– Я правда ничего не знаю!

– Если не знаешь, тогда пшел вон отсюда, не мешай нам дышать свежим воздухом и любоваться окрестностями.

– А чего он так испугался? – спросил меня Базиль, когда «сотрудник памятника» ушел.

– Я пообещал, что напишу на него жалобу.

– За что? – удивился О`Фаррел.

– Он тебя британским придурком назвал, – наябедничал я и ухмыльнулся.

– Британским?! – спросил Базиль и надулся, как мышь на крупу.

– То есть на придурка ты не обиделся? – невинным голосом поинтересовался я. – Ладно уж, поехали домой, патриот Ирландии! Кушать хочется.

– Британским, – пробурчал О`Фаррел и добавил что-то неразборчивое на ирландском языке. Надо понимать, что-то вроде «и памятник у вас красивый, и люди здесь приветливые». В общем, как я понял, Базиль остался доволен экскурсией.

Мы уже подъезжали к Каунасу, когда телефон, лежащий рядом со мной, завибрировал, высвечивая «номер не определен». Ну и кому я еще понадобился? Неужели опять в прокуратуру вызывают?

– Слушаю?

– Айдаров? – спросил мужской голос.

– Для кого Айдаров, а для кого и господин Айдаров, – отрезал я. Не хватало мне еще панибратства от незнакомых собеседников.

– Да, мне говорили, что вы очень резки в общении, – сказал мужчина. – Хорошо, будь по-вашему, «господин» Айдаров.

– Я вас слушаю. Позвольте узнать, с кем имею честь разговаривать?

– Мое имя, – собеседник сделал небольшую паузу, – вам ничего не скажет.

– В таком случае не вижу смысла продолжать разговор, – подвел итог я. – До свидания.

Я нажал кнопку и убрал телефон в карман. Больше никто не звонил – и слава Богу. О`Фаррел молча сидел рядом и, судя по всему, о чем-то напряженно думал. Даже свою неизменную сигару – и то забыл прикурить, так и держал в зубах, окончательно изжевав ее кончик. Лишь когда мы въехали в город, он очнулся и спросил.

– По этой подписке, данной властям, ты ведь не можешь покидать страну?

– Республику, – поправил я. – Да, это так. Даже в Ригу не могу съездить, а надо бы. А новыми документами, которые вы для меня сделали, пользоваться не хочу. Рано еще.

– А что тебе там понадобилось? – поинтересовался Базиль.

– Вещицу одну купить надо. Я ее видел у одного торговца. Думаю взять, для хозяйства.

– Оружие? – он покосился на меня.

– Да, – я кивнул и задумался. – Даже не одну, а несколько. Нужен хороший охотничий арбалет, еще один сменный ствол для Глока-21 и какой-нибудь небольшой пистолет. Что-то вроде последнего шанса.

– Дерринджер? – удивленно спросил Базиль.

– Нет, эти игрушки не для меня. Что-нибудь небольшое, вроде Глока тридцатой модели.

– Ты фанатик сорок пятого калибра! – засмеялся он.

– Просто если уж применять, то с гарантией, – пожал плечами я и, следуя сигналу светофора, повернул налево.

– Это так… А Рига… Ты можешь связаться с этим дилером? Если он согласится на замену, то я съезжу. – Базиль хлопнул рукой по колену. – Один день ничего в ситуации не изменит, тем более Наташу охранять еще не надо. Когда она вернется?

– Послезавтра.

– Ты уже купил ей подарок к Рождеству? – поинтересовался Базиль.

– Пока нет, – покачал головой я, – еще есть время.

– Ты успеешь неторопливо пройтись по магазинам и сравнить цены? – удивился он. – В последние несколько дней там будут толпы народу, можешь не успеть. Неужели войдешь в первый попавшийся магазин и выберешь подарок?

– Почему бы и нет? Ювелирные везде одинаковы.

– Но цены в них могут различаться! – покачал головой О`Фаррел. – Нет, я никогда не пойму русских…

– Это точно, – согласился я, и на этом и этот разговор закончился.

Мы вернулись домой, неторопливо пообедали и, когда я уже собирался сесть за документы, в комнату постучал Базиль. Он принес увесистый пакет, замотанный в целлофан и для прочности обмотанный коричневой липкой лентой.

– У меня небольшая просьба, – он кивнул на сверток, – здесь несколько вещей, которые могут нам пригодиться. Пока в них нет нужды, надо бы убрать подальше. У тебя есть надежное место?

– Оружие? – спросил я.

– Да, небольшой запас. Испанец перед отлетом оставил. В самолет с такими вещами не любят пускать, тем более, как на грех, они потеряли документы на эти предметы, – ухмыльнулся Базиль.

– Ну да, конечно – потеряли! Ты еще скажи, что они забыли их дома на журнальном столике. В Ирландии. Конечно, есть такое место. Что за дом у Охотника на нежить, если в нем не найдется приличного тайника? Где в таком случае прикажешь хранить трупы?

– В колодце. У тебя есть колодец?

– Нет, еще не успел выкопать. Но ход твоих мыслей мне нравится.

Спрятав пакет, я опять вернулся к документам. Весь свой архив, накопленный за полгода, просмотрел, но ситуация только больше запуталась. Нежить, Ватикан, чернокнижник из Праги, восточная нежить и бандиты – прекрасный букет. Правильный центр Европы, неправильный центр… Господи, голова кругом. Как связать все воедино, чтобы понять, черт меня побери, каким боком здесь замешан я и что меня связывает с каждой из этих компаний, кроме банальной охоты на нежить?!

Разбирая дневник ученого, я наткнулся на небольшую схему, на которую раньше не обратил внимания. На ней было изображено что-то смутно знакомое. Черт! Копируя эти записи, я спешил, и именно этот лист вышел не очень качественно. Видно, но плохо. Жаль, с оригиналом не сравнить – он уже в Ватикане. Представляю себе картину – звоню я монсеньору Кастелли и прошу, мол, не будет ли его преосвященство так любезно прислать мне копию страницы за таким-то номером из дневника, проданного тогда-то за такую сумму денежек. Не думаю, что Винченцо это понравится. Судя по всему, он полагает, что я в эти документы вообще не заглядываю. А схема… Схема… Где же я ее видел? Твою дивизию! Это же место, где мы сегодня были, только более детально! Четыре дерева, расположенные в шахматном порядке, вот еще три. Точно, есть там еще три дерева, на склоне. И на этой схеме с указанием сторон света отмечены точки. Не одна, а целых пять, расположенных в круге. С одной точкой было все понятно, но пять – это уже слишком. В памяти всплыла знаменитая фраза: «Новое дело! Стулья расползаются, как тараканы!». И что мне с ними делать, с точками этими?