Крис Картер - Дверь во вселенную

Страшная боль расколола голову. Перед глазами закружились, сначала медленно, потом быстрее, голубоватые экраны мониторов и мерцающие разноцветными лампочками терминалы. Быстрее, быстрее — и вот они уже сливаются в туманную воронку. А из нее, из самой глубины, выплывает лицо, то самое лицо…

Вот уже второй час они со Скалли перерывали папки с бумагами, распечатками, фотографиями и чертежами. Казалось, бесконечным стеллажам не будет конца. А ведь Малдер сам плохо представлял, что ищет, надеясь лишь на свою всегдашнюю интуицию. Ну, и еще на Его Величество Случай… — Малдер, — позвала Скалли от соседнего стеллажа. — Кажется, я что-то нашла. Призрак положил пачку бумаг на место и подошел к Дэйне. На столе перед ней лежала раскрытая папка, а в руках она держала очень знакомую фотографию.

— Смотри, это та самая рентгенограмма, которую послала нам Мишель Дженеро!

— Точнее, не та же самая, а ее копия, — 'поправил коллегу Малдер. — Видишь? Здесь,

в уголке, наклейка с кодом и цифрой два. На нашей была единица, я точно помню.

— Ладно, это уже не столь важно. Смотри лучше, кем она заказана — полковником Белтом, за две недели до старта. Повторяю — до первого старта!

— Но это значит, что он заранее знал о неисправном клапане! Или я чего-то не понимаю…

— Не бойся, я тоже. А теперь смотри дальше. — Скалли протянула ему еще одну фотографию. — Вот это тебе знакомо?

Некоторое время Малдер внимательно разглядывал рентгенограмму, вчитывался в текст пояснения, потом посмотрел на дату, и брови его удивленно поползли вверх.

— Это то самое кольцо, в котором произошел разрыв прокладки двадцать первого января тысяча девятьсот восемьдесят шестого года!

Дана удивленно вскинула брови.

— Постой-ка, — напряженно продолжил Малдер, — но ведь этот снимок был сделан тринадцатого января — за неделю до взрыва «Челленджера»! Чертовщина какая-то!

— Этот снимок тоже был заказан полковником Белтом, — медленно произнесла Скалли.

Она наконец-то отыскала свежий след. Но Малдер пока ничего не понимал.

— Значит, Белт мог знать заранее и о катастрофе «Челленджера». Но ведь тогда получается…

Дверь распахнулась, в комнату вбежала встревоженная Мишель Дженеро:

— Полковник Белт неожиданно потерял сознание!

— Где он? — этот вопрос Скалли и Малдер задали почти одновременно.

— У себя в кабинете.

В кабинете полковника никого не оказалось. Стол был завален бумагами, одно из кресел отодвинуто к дальней стене. Но следов борьбы Малдер не заметил.

— Где он? Он ведь только что был здесь! — Мишель прижала руки к груди. — Ему стало 'плохо еще в зале, он прошел сюда и уж отсюда-то никуда не мог деться…

Малдер внимательно окинул взглядом кабинет, затем шагнул вперед, огибая стол. И тут же увидел полковника.

Белт лежал ничком, так что из-под стола был виден только его лысеющий затылок. Малдер наклонился над телом. У Белта изо рта шла пена.

— Боже ты мой! — ахнула за спиной Мишель.

— Что с ним случилось? — резко спросила Скалли.

Она помогла Малдеру вытащить тело полковника из-под стола и уложить на ковре, лицом вверх. Скалли осталась на коленях, поддерживая голову полковника, чтобы он не захлебнулся слюной, а Малдер вскочил на ноги:

— Врача, вызовите скорее врача! Доктор и два санитара со специально оборудованной каталкой появились буквально через пять минут. Малдер и Скалли помогли взгромоздить грузное тело полковника на каталку, и врач тут же стал опутывать больного датчиками и проводами. В этот момент полковник открыл

глаза и безумным взглядом обвел окружающих его людей.

— Помогите мне… — простонал он. Малдер наклонился поближе.

— Помогите…

— Как мы можем помочь вам, полковник?

— У него судороги, — пояснил врач. — Давайте, ребята, скорее, скорее!

— Больно… — стонал полковник, дергаясь, как в агонии. — Меня разрывает на кусочки… Помогите мне, ради Бога!..

— Сейчас посмотрим, как у нас с сердцем, — пробормотал врач, щелкая тумблерами на пульте в изножье каталки, пока оба санитара прикрепляли тело полковника ремнями, чтобы тот не мог сбросить аппаратуру.

— Шаттл… Нет-нет, погодите, оно же там… рядом с ними! — полковник продолжал метаться, силясь вырваться.

Врач взял его за руку:

— Ну что вы, что вы. Успокойтесь, полковник, все будет хорошо…

— Скафандр… Лицо… — полковник уже хрипел. Изо рта снова пошла пена.

— Дайте ему десять миллиграмм диазепама! — внезапно приказала молчавшая до этого Скалли. — Малдер, сейчас придется взяться тебе.

— Нет, ни в коем случае, — кажется, врач даже не удивился. — Ему будет хуже.

— Малдер, — Скалли обернулась, лицо ее было разгоряченным, в глазах дрожали отблески азарта, — он хочет нам что-то сказать!

— Дайте диазепам! — распорядился Малдер. — Там, у людей на орбите, кончается кислород. Они не должны умереть.

Тон был таким, что врач, не глядя и без дальнейших вопросов, полез в коробку с медикаментами.

Призрак наклонился над носилками:

— Полковник, вы слышите меня? Полковник вновь приоткрыл невидящие глаза. Видимо, он услышал Малдера, поскольку прохрипел что-то нечленораздельное, где можно было разобрать только «помогите» и «оно». — Но по мере того, как лекарство поступало в кровь, судороги слабели и взгляд полковника становился более осмысленным. Малдер поднес руку к лицу больного, выставив указательный палец:

— Полковник, вы меня видите? Тот кивнул. Похоже, он уже все слышал и понимал, но сил говорить у него не было.

— Пожалуйста, смотрите на мой палец. Сконцентрируйтесь. Сосредоточьтесь на дыхании, сосредоточьтесь на вашем внутреннем состоянии. Соберите все силы и направьте их в одну точку.

— Давление сто семьдесят четыре на сто двадцать и продолжает подниматься! — доложил один из санитаров.

— Малдер, ты рискуешь. У него может случиться разрыв аневризмы, — тихо напомнила Скалли.

Призрак и ухом не повел.

— Сконцентрируйтесь. Сфокусируйте взгляд на пальце. Соберите свою волю. — Малдер глядел полковнику прямо в глаза и видел, как у того постепенно расширяются зрачки. Как будто застарелый ужас рвался наружу. Но сейчас было не до того. — Вот и хорошо, очень хорошо. А теперь вы расскажете мне, как спасти астронавтов. Итак…

— Шаттл не переживет входа в атмосферу… — Белт с трудом выдавливал из себя слова. Он уже был в полном и ясном сознании, но Малдер чувствовал — как будто кожей ощущал, — что какая-то сила мешает полковнику говорить.

— Он врет! — взвизгнула Мишель. Скалли положила руку ей на плечо.

— Откуда вы знаете? — быстро спросил Малдер.