Вики Петтерсон - Аромат теней

— Она была какой угодно, только не скучной. Она была прекрасна. Когда она входила в комнату, всех останавливало волшебство ее движений. Она была такой светловолосой, что солнце могло бы брать у нее уроки свечения. Такой роскошной, что горы вокруг долины дрожали от зависти. «Она слишком женщина, — думала я. — Слишком много плоти, изгибов и мягкости. Это подавляло».

Я почувствовала, что Грета, вопреки своему желанию, заинтересовалась.

— Значит, она была похожа на тебя. И что? Я открыла глаза.

— Да, она была похожа на меня. Очень похожа.

Грета свела брови, потом в явном удивлении приподняла их, начиная понимать.

— Ты — твоя сестра! Та самая, что умерла!

— Что? Разве ты не выполнила домашнее задание, Грета? — спросила я, наклонив голову. — Ты даже не знаешь, как меня зовут?

На ее лице эмоции сменялись одна за другой: страх, изумление, сомнение, удивление; глаза ее, как сердитые мухи, облетали мое лицо, не садясь.

— Но ты она! Я изучала Оливию, а ты она!

— Я тоже изучала ее. И не забудь, у меня для этого была целая жизнь. — У нее на это не было ответа. — Я поняла кое-что, став другим человеком. Тем, кого ты так и не распознала.

Она дернулась при этом оскорблении.

— Дело в том, что неважно, какие привычки ты усваиваешь, какую одежду предпочитаешь, какую маску носишь… будь это красота или психология. — Я провела левой рукой по телу. — Тень внутри тебя не может оставаться вечно скрытой.

Мы обе знали, что я говорю о ней, но она головой показала на меня.

— Не забывай: то, что ты пытаешься спрятать, все равно обнаруживается, как закопанный труп.

— В этом и есть разница между нами, — заявила я. — Я больше не пытаюсь подавить Тень в себе.

И я отдернула занавес своей игры в женщину, отдернула достаточно, чтобы Грета заглянула внутрь и увидела, что там: гнев и боль из-за смерти Оливии, ненависть к Тульпе, Аяксу и всем на той стороне, отвращение из-за гибели людей… и унаследованное и сдерживаемое желание сорвать это все на ней.

— Я не боюсь тебя, — дрожащим голосом произнесла Грета.

Я не ответила, но повернулась к двери, как будто собралась уходить.

— Ты так и не сказала мне свое настоящее имя. Кто ты на самом деле?

— Сказала. — Я не оборачивалась. Руки мои были заняты. — Когда ты пыталась загипнотизировать меня. Я сказала тебе, что это зависит от того, кто смотрит.

Она нахмурилась в раздражении.

— Так кто ты сейчас?

Как ответить на это? Все качества, которые я упоминала под гипнозом, по-прежнему при мне: сука, богиня, дочь, сестра, подруга, враг, охотница, хищник, Стрелец. Нужно только назвать. Но я хотела дать ей самый правдивый ответ. По крайней мере это я должна для нее сделать — мы все должны.

Поэтому я медленно повернулась к ней лицом, в руке у меня блестел один из ее тонких шприцев. Я отдернула занавес, показав ей всю Тень во мне.

— Сейчас, Грета? Сейчас я дочь своего отца. И Грета закричала, наконец испугавшись.

26

Я встретилась с остальными на площадке у выхода из убежища, пробиралась туда незаметно, проверяя себя… и оружие, которое, хоть и невольно, дала мне Грета.

— Боже! — Феликс вскочил, когда моя рука легла ему на плечо.

— Оливия! — Сидевшая рядом с ним Ванесса вздрогнула. — Яне слышала, как ты идешь.

— Я тоже. — Хантер подозрительно прищурил глаза. Я испробовала самую невинную улыбку Оливии.

— С тобой все в порядке? — спросил Майках, разглядывая меня из-под сведенных бровей.

— Я чувствую себя потрясающе! — воскликнула я: кровь стремительно бежала в жилах, сила кричала мне в уши. Мне не нужно читать чьи-либо ауры. Теперь я и ион не нуждаюсь. — Хотя вы, ребята, кажется, нервничаете.

— Ты выглядишь по-другому.

— Причесалась, — заметила я небрежно.

— Не физически. — Феликс обошел меня вокруг. — По-другому внутри. Под кожей. — Он провел пальцами но моей шее, и я застыла. Была предельно напряжена. — И ощущение другое. — Он опустил руку и еле заметно попятился.

— Мы обсуждаем тактику, — сообщил Грегор очевидное. Вся его энергия была сосредоточена на выздоровлении, и все это чувствовали. Они, так сказать, выстроили кругом фургоны и теперь стояли передо мной плечом к плечу полумесяцем перед моим одиноким взглядом.

— Я остаюсь по очевидным причинам. — Грегор с трудом сухо улыбнулся, откашливаясь в своем инвалидном кресле на колесиках. — Чандра тоже останется.

Чандра избегала моего взгляда, потому что пока я жива, она не может стать полноправным и активным членом Зодиака.

— Я тоже остаюсь, потому что если ты… — Майках спохватился и тоже откашлялся. — Я хочу сказать, что, когда вы вернетесь, вам может понадобиться медицинская помощь. Мы считаем это более важным, чем мое участие и нападении.

Он хочет сказать, что большинство из нас вернется ранеными. Если вообще вернется.

— И вот каков план. — Хантер подошел ко мне; его движений снова напомнили мне кошку. Очень большую и очень терпеливую кошку. — Феликс будет прикрывать тебя слева, Ванесса — справа.

— Если я отсюда выберусь, конечно.

Рот его дернулся, и Хантер как бы в ответ на мой вызов достал из-за спины некий предмет.

— Что это? — спросил Феликс, наклоняясь вперед.

— Шлем? — Я повертела его в руках. Гибкий, сделанный из дубленой кожи, с плотным переплетением проводов внутри. Он предназначен для защиты глаз — мне улыбнулись два моих зеркальных изображения, — а также закрывает виски и уши. Кожаный ремешок закрепляет его у основания черепа, под пучком волос, как у меня сейчас.

— Маска? — осведомился Майках.

— Нет, — решила я, хотя, вероятно, в комиксах Зейна он будет нарисован как маска. Я подняла глаза. — Это щит.

Хантер кивнул.

— Надень его.

Зафиксировав вначале над переносицей, я натянула на голову шлем и застегнула ремень. Покачала головой из стороны в сторону.

— Как он тебе? — поинтересовалась Ванесса.

— Словно сделан специально для меня, — откликнулась я, думая, что Уоррен его одобрил бы. Он не только защитит мои глаза во время подъема, но и скроет личность, пока я его ношу.

Заметив слева на площадке зеркало во весь рост, я встала перед ним и принялась разглядывать отражение. Оно улыбнулось мне. Впервые с того момента, как я приняла внешность Оливии, я узнала себя.

— Прекрасно подходит.

— Конечно, — с обычным высокомерием проронил Хантер. — Ты можешь пользоваться им, чтобы в будущем свободно входить в убежище и выходить из него, как все мы.

— Хорошо придумано, — похвалила Ванесса.

Я склонила голову, отдавая ему должное и потому, что была благодарна. Теперь я по крайней мере так смогу скрывать свою теневую сторону.