Алекс Змаев - Песок под солнцем

— Вот как? И сколько дней?

— Месяц уже.

— «Ме-есяц…» Но хотя, — он поскреб затылок, — это уже достижение. Больше половины разбегаются наутро, остальные — за первую неделю. Было бы интересно взглянуть на эту женщину. — Татьяныч задумчиво покачал головой. — Ладно, иди, готовься к защите. И пусть подруга побережет тебя от второго браслета, а то на защите диплома многие выпускницы могут совсем с нарезки сорваться, когда поймут, что учеба закончилась и пора идти работать.

Покидаю кафедру и выхожу из здания через заднюю дверь. Неуютно как-то стало в родном универе.

— Багир, диплом я отдал. Руководитель ждет новых пакостей. От рецензента.

— Ага. Кто рецензент?

— Благован Серг-Мариевич. Он у нас «современную профессиональную этику» преподавал. Скользкий тип.

— Я настрою отслеживание его комма. Так что, возможно, и узнаем. И кроме того, я думаю, тебе стоит на защиту взять с собою Бри. На всякий случай.

— Комм отследить — вариант, а чем может помочь Бри, я не понял.

— В качестве свидетеля, от конкурирующей организации. При ней, надеюсь, будут вести себя не так… откровенно. Можно было бы мне там появиться, но вот стоит ли открывать лишние карты?

— Если придешь ты, вся кафедра встанет на уши и защиты не получится.

— Мне тоже так кажется. Кстати, Бри говорит, что идти надо именно ей. Кроме всего прочего, покажет твоим однокурсницам, что ты — не один.

— Да я разве против?

— Тогда договорились.

Улыбаясь до ушей, выхожу на летнее солнышко. Плохие предчувствия растворяются под ним, как воспоминания о холоде университетских коридоров. Как бы там ни сложилось — я не один.

В день защиты проснулся рано и долго ворочался на кровати. Все-таки гораздо лучше спится, когда есть рядом, кого можно обнять. Рафа или Бри. Лучше — теплая и мохнатая. Но последние дни я сижу в городе. Вроде как к защите готовлюсь, а на самом деле маму успокаиваю своим присутствием. Тяжелая работа, хорошо еще, мама не в курсе нюансов ситуации. Для нее все выглядит более-менее традиционно: сын вляпался в браслет, но тем не менее заканчивает учебу и даже работу нашел. А я поддерживаю этот образ.

Позавтракав, собираюсь встречать Бри. Договорились с нею погулять по городу перед защитой, погода-то хорошая. Эх, если бы пойти с Рафой, размечтался было я… тогда уж точно не вышло бы «спокойно» — нездоровое внимание было бы обеспечено. Ничего, мы с ней еще покатаемся ночью на мотоцикле, вот только эта суета закончится.

— Мр… Обязательно покатаемся. Теодран говорит, о проекте островов скоро официально объявят в прессе. И о вас как о сотрудниках проекта — тоже. Тогда и… Багир, чего тебе?

— Мих — там твой Благован полицию вызвал к началу защиты.

— Нафига?

— Зачем?

— Подано заявление, что ты нарушил закон о «приватной информации и личном пространстве». А в качестве основания — наше видео.

— Ох ты ж… И что делать?

— Бри побежала сюда в посольство, а я готовлю бумагу «о передаче видеоматериалов научного значения». Но на этот паром она не успеет, только на следующий.

— А следующий не успеет к началу защиты.

— Но ты ведь не первым защищаешься?

— Нет. Третьим. Да, понял — могу появиться на час позднее. Только позвоню, чтобы защиту не отменили.

Татьянычу наврал, будто проспал и только-только продираю глаза. Выслушал порядком ругани и требований «хватать ноги в руки», однако получил обещание успокоить комиссию. И сейчас сижу на лавочке в старом скверике, жду Бри. Она прибежала вся раскрасневшаяся и слегка запыхавшаяся, с блестящими глазами. Залюбовался даже.

— Красивые все-таки у нас девочки… Да, Багир?

— Еще бы. Удачи вам, расскажите, какое лицо будет у этого Благована.

А от Рафы получаю теплый мурлык ободрения и уверенности.

— Уф. Вот и я! Идем? — Бри размахивает сумочкой.

— Ага.

Полиция обнаруживается прямо у дверей аудитории. Причем очень знакомая полиция — эту женщину-следователя я уже видел после истории с моим похищением.

— Опять ты!?

— Здрасте…

— И опять попал в историю. Против тебя выдвинуто серьезное обвинение в нарушении закона о «личном пространстве».

— Видеозапись? — в разговор вклинивается Бри.

— Вы кто? — сдвинув брови, вопрошает «полиция». Но Березку не так-то просто осадить:

— Студентка «дипломатического колледжа». У нас с Михаилом была совместная практика. Вот разрешение на использование видеоматериалов. — Бри протягивает бумагу с печатью посольства кошратов.

— Да, все верно, — она бегло просматривает бумаги. — Почему вы не представили эти документы комиссии? Тогда преподаватели не стали бы обращаться в полицию.

— Потому что у меня этих документов никто не спрашивал.

— Понятно. Можете быть свободны.

Киваем и вбегаем в аудиторию. Там полно народу, и все оборачиваются в нашу сторону.

— … поскольку следующий докладчик сейчас находится в следственном изоляторе, его защита не состоится и мы можем продолжить по списку… — вещает Благован от стола экзаменационной комиссии.

— Как это не состоится? На каких основаниях?

Побледневшее лицо Благована действительно стоило, чтобы на него посмотреть.

— П-почему вы не в изоляторе?

— Потому что с ложным доносом уже разобрались.

— Вы обвиняете меня? Да…

— Пока не обвиняю. Но могу. Я или моя коллега из «дипломатического колледжа», которая проходила практику вместе со мной. — киваю на Березку и тут уже вся комиссия в растерянности. Тем временем выхожу к кафедре и начинаю доклад.

От комиссии вопросов не было, бумаги подписали молча. Но в аудитории оказалось много зрителей с младших курсов. И как только объявили перерыв…

— А скажите, какие коши на ощупь? — интересуется невысокий встрепанный пацаненок, курса с первого-второго.

— А как они пахнут?

— А у них синие глаза бывают?

— А вы не могли бы распечатать мне фотографию этого коша в душевой? Я заплачу.

— И мне!

— И мне! Мы список составим… — это уже девицы.

Выбрались из аудитории с трудом. Кое-как отделавшись от поклонников и поклонниц кошратской тематики, радуюсь, что не позвал Рафу. А ведь мелькнула такая мысль… а ее вся эта суета крайне забавляет. Но живой коше тут моментально бы выщипали всю шерсть на сувениры.

В коридоре у стеночки стоит мама, большими глазами наблюдая столпотворение вокруг нас.

— Мам! Ты откуда тут?

— Отпросилась с работы. Хотела послушать твое выступление, но все равно не успела. Расскажи, как все прошло? Как защита?

— Хорошо, мам. Я теперь все, специалист с дипломом.

— Большой вырос. Так неожиданно… и диплом, и работа. А это кто с тобой? — мама обратила внимание на Бри, которая подошла и молча встала рядом.

— Мама, это Березка. Мы с ней вместе. Ну и это… — поднимаю руку с браслетом, не зная, что еще сказать.

— Понятно, значит, это она тебя поймала, — внимательно и недобро разглядывает Бри. Внутренне напрягаюсь: вроде как защищать надо, но что сказать — ума не приложу. Березка беззаботно машет рукой:

— Да все равно его бы кто нибудь поймал, коли так ловили, что весь универ на ушах стоял.

— А что вы сейчас тут делаете? — мама напоминает кошку, которая уже выпустила когти и думает, прыгать или чуть подождать.

— То же, что и вы: пришла поддержать Миха на защите. Только я — успела, — она улыбается уголком рта. Беспечность куда-то испарилась. Мама отступает на шаг и, кажется, успокаивается.

— Он мой сын. — Не понял, о чем она? Ясно, ее, но что сказать-то хочет? А вот Бри все поняла. Ощущаю идущее от нее несколько нервное веселье:

— И мой мужчина, — произносит спокойно и неторопливо, но вокруг нас внезапно падает тишина.

— Мих, обними Бри и разверни лицом к себе. — Рафа что-то понимает в этом танце, в отличие от меня. Ну и ладно, потом попрошу объяснить, а пока просто делаю как сказано: обнимаю Бри за плечи и привлекаю к себе. Получаю легкий, почти дружеский поцелуй:

— Мих, ты молодец, хорошо защитился, — Бри прижимается ко мне.

Вижу, как расслабляется и успокаивается мама.

— Пригласи маму посидеть с вами в кафе, отпраздновать диплом.

— Зачем? Мы же с Бри собирались сразу на остров ехать.

— Затем, что сейчас поворачиваться к ней спиной нехорошо. А на остров успеете и следующим паромом.

— А ты? Я соскучился.

— А я иду на Тош. Надо поговорить с представителем лесного клана. Буду завтра к вечеру.