Книжные черви 3 - Фаусто Грин

пять лет назад и решил не отпускать на родину, взял в обучение. И вот…

– Клод, я тебя умоляю, – капризным тоном проговорила Эсмеральда, – очевидно, кто втянул бедолагу в эту эпопею.

Пол возле преподавательской трибуны задымился и на долю секунды всё помещение окрасилось в ярко-алый. В следующий момент там возник мужчина лет пятидесяти на вид, с глазами разного цвета – жёлтым и зелёным, и в чёрном берете. Он опирался на трость с рукоятью в форме головы пуделя.

– Кажется, одна наглая цыганка давно не была в аду, – усмехнулся таинственный незнакомец. – Дон Кихот подъедет чуть позже.

– Мефистофель, вы прямиком из Мюнхена? – с интересом спросил Карамазов.

– Зачем тратить деньги на самолёты, когда можно просто телепортироваться, – пожал плечами мужчина. – По крайней мере, пока у меня есть силы.

Через некоторое время в аудиторию вошёл высокий худощавый мужчина лет сорока, в косухе и с бородой-эспаньолкой. Он небрежно бросил мотоциклетный шлем на ближайшую парту, и он тут же с грохотом свалился на пол.

– Buenos días, господа и дама, – как ни в чем не бывало, улыбнулся мужчина, но Клод посмотрел на него и на шлем испепеляющим взглядом, так что испанцу пришлось взять своё снаряжение в руки.

– Судя по тому, что показывают карты Таро, – заговорила Эсмеральда, – что-то очень нехорошее произошло в Москве…

– Энергия выброса напомнила ту, которая прокатилась по старушке Европе, когда наши парни решили сцепиться с их сворой, – решительно заявил Мефистофель, перебивая экстравагантную девицу, и повернулся к графу: – Атос, сколько тогда погибло?

– Около двадцати, если считать обе стороны.

– Так вы после этого объединились? – нетерпеливо спросил Алексей.

– Да, – коротко ответил Атос. – Во время войны мы уже вместе занимались партизанской деятельностью. Правда, тогда силы пропали лет на десять. То есть, мы своих чувствовали, и всё, что могли, – это пытаться не убивать.

– А кто это устроил?

Эсмеральда достала карту, на которой была изображена башня.

– Мы называем его «schwarzen Mann», а по-вашему – это Бабайка, – улыбнулся Мефистофель.

– На их языке, мой неюный адский лингвист, это тоже Чёрный Человек. Бабайка – это… – возмущенно начал Фролло.

– Это фольклорный элемент, – пояснил Алексей. – Вы убили его?

– Мы изгнали его. И были уверены, что надолго. Но, видимо, он вернулся, – сказал Атос.

– Но мы должны поехать и помочь, там же… там такие, как мы… – заволновался Карамазов.

Клод Фролло ободряюще похлопал Алексея по плечу:

– Они справятся. Верь в них.

– Когда придёт время, мы все обязательно встретимся, – загадочно улыбнулся Дон Кихот.

– Наша задача – найти тех тварей, которые разлетелись по миру, и уничтожить. Так что наша война начинается здесь, – потягиваясь, произнёс Мефистофель.

– Тогда чего мы ждём? – улыбнулся Карамазов, и в его руке появился светящийся посох.

Истинный эпилог

Муму, Герасим и Тёркин очнулись в тёмном коридоре. Пол, стены и потолок были сделаны из холодного тёмно-зелёного, почти чёрного камня. И лишь в некоторых местах виднелись золотистые, будто светящиеся изнутри прожилки. Повсюду царила абсолютная тишина.

– Эй, вы как? – немедленно поинтересовался Тёркин и помог Герасиму подняться.

– Терпимо, – ответила Муму, у которой прорезался голос вместо обычного собачьего лая. Мужчины удивлённо посмотрели на неё.

– К тебе вернулся голос! Это замечательно! – обрадовался Василий.

– Я чувствую прилив сил. А ты, Вася? – вопросительно посмотрел на Солдата Герасим. На что Тёркин просто кивнул.

– Похоже, у нас всё получилось. Надеюсь.

– Давайте выйдем из этого мрачного коридора и поищем кого-нибудь, – предложила Муму, и Тёркин отметил, что из речи её пропала столь привычная инверсия.

***

В узком пространстве не было окон, и всё, что освещало путь скитальцам, оказалось при тщательном рассмотрении золотистыми прожилками камней. Ожерелье тоже светилось. Герои шли по этому коридору час или больше – времени в этом месте словно не существовало. Каждый из троицы подметил эту особенность, вот только боялся высказать свои подозрения вслух. Наконец вдалеке показался приглушённый зелёный свет, и все трое стремительно направились туда.

– Эй, есть кто-нибудь? – крикнул Тёркин. – Кто-нибудь!

Но в этом странном помещении не было даже эха. Зелёный свет в конце тоннеля становился всё ближе, и наконец троица вышла в огромный круглый зал со множеством двойных чёрных дверей, на которых проступали изображения чаши и чертополоха. Каждую из дверей охраняли чёрные металлические доспехи, сквозь которые прорастали цветы чертополоха с острыми иглами на вьющихся, словно у плюща, стеблях. А в центре зала, откуда исходило сияние, стояло монументальное сооружение: массивный хрустальный саркофаг, крышка которого поросла скоплением кристаллов. К удивлению героев, именно эти прозрачные кристаллы испускали зелёный свет.

А над саркофагом завис в воздухе молодой человек с волосами цвета воронова крыла, одетый в белоснежный костюм. Отрез фиолетовой ткани служил ему не то плащом, не то шарфом. Незнакомец был прозрачным, почти неразличимым. Он висел над кристаллами в небрежной расслабленной позе, будто бы развалившись в удобном кресле, закинув ногу на ногу и подпирая подбородок кулаком. Весь его вид наводил на мысли, что он ожидал гостей.

Муму, Герасим и Тёркин смогли сделать лишь три шага по направлению к саркофагу, словно невидимая стена не пускала их дальше. Они застыли на месте.

– Простите, Вы знаете, где мы? – обратился Тёркин к незнакомцу.

– Там, где вам и положено быть, – улыбнулся молодой человек и стал чуть менее прозрачным. Сейчас особенно сильно были различимы его глаза цвета фиолетовых ирисов.

– Мне знакомо ваше лицо, – неожиданно проговорил Герасим.

– Ну, ещё бы! – издевательски произнёс странный молодой человек.

– Ты – Калиостро? – решила задать прямой вопрос Муму.

– Некоторые меня так называли, да.

– О, значит у нас получилось! – возрадовался Василий. – Товарищ Калиостро, мы принесли ваше ожерелье.

Тёркин поднял перед собой светящееся украшение, которое всю дорогу держал в руках, и в этот момент створки одной из дверей распахнулись. За одним из дверных проёмов, казалось, была бесконечная сокровищница. И самое страшное, что увидели все трое (что им позволил лицезреть сам Калиостро), так это то, что за распахнутыми створками, среди драгоценностей и редких артефактов, лежали ещё несколько идентичных ожерелий.

– Что… Что… – недоумённо забормотала Муму.

– А, ты