Книжные черви 3 - Фаусто Грин

нас есть. И где его искать? В усадьбу он не вернётся.

– Гриша говорил про Политехнический музей. – Стрелок окинул взором всех собравшихся. – Поехали?

– Стоять! – рявкнул Вася. – Мы не поедем никуда сломя голову. Нам нужно подготовиться. Наша импульсивность угробила Марго и Женю. И это оказалось только на руку Чёрному Человеку. Нам нужно больше информации. Саша, – Тёркин кивнул Чацкому, и тот мгновенно произнёс:

– Павел Кирсанов, отвечай, зачем на самом деле ты пришёл?

– Поговорить с Книжными Червями и попробовать присоединиться к ним, – отчеканил Кирсанов и сразу понял, что на нём только что использовали магию. – Ах ты, параноидальный мелкий засранец! – выругался седовласый мужчина, намереваясь телепортироваться прямо за спину юноше, чтобы оттаскать того за ухо, но на это действие у Ирландца не было сил, и Павел Петрович просто недовольно посмотрел на присутствующих.

– Прости. – Тёркину стало стыдно.

– Ай, молодёжь! – махнул с досады рукой Кирсанов. – Вася, я согласен, что не надо оголтело нестись в музей. Необходимо больше сведений о Чёрном Человеке. Я, Герасим, мой тёзка и Муму останемся здесь и попробуем собрать воедино всю информацию. Василий, ваш военный опыт должен помочь нам всем составить план нападения.

– Женя, отправляйся на разведку в тот район. Возьми Мэл, делайте вид, что вы коллеги, семья, пара (как угодно), наблюдайте за происходящим, сидя в кафе напротив, если надо – заходите внутрь. Смотрите по ситуации. Главное, чтобы не докопаться.

– Почему не я? – обиженным тоном вопрошал Чацкий.

– Потому что, если что-то пойдёт не так, Онегина, который нас постарается застрелить, мы скрутим. А ты со своими «приказами» в руках врага опасен.

– Звучит как план, – кивнул Тёркин. – Ориентируемся на субботу. Сегодня вторник – время есть.

***

Карамазов и Мери приехали в Домодедово под вечер. Быстро зарегистрировались и собирались направиться в зону досмотра, но вдруг у Ивана зазвонил телефон.

– Да, Володя.

– Зайдите в «Бургер Кинг» на втором этаже, кофе попьём.

Иван напрягся, однако, рассудив, что вряд ли Ленский будет на глазах у всех нападать на него и Мери, решил принять приглашение.

Владимир сидел за столом и доедал бургер, запивая пепси. Увидев знакомых, молодой человек дружелюбно помахал паре.

– Ты решил лететь с нами? – удивилась Мери.

– Нет, с человеком, который жил столько времени вместе с Онегиным, я побрезгую путешествовать. – В голосе Ленского был сплошной сарказм.

Иван побледнел. После такой фразы он ожидал чего угодно, в том числе и драки прямо в аэропорту. Володя подметил это по тому, как забегали глаза Карамазова. А затем он достал пачку купюр.

– Мери, это тебе. Если Ваня будет плохо себя вести, ты и сама справишься. Ты замечательная добрая девушка. Жаль, что тебя во всё это втянули. Я рад, что у вас всё сложилось с Иваном. Надеюсь, это искреннее чувство, а не назло Печорину.

– Я пока сама не понимаю, – замешкалась Мери. – Но не ври про то, что ты рад. Ты же не умеешь радоваться за других. Да и любовь…

– Хватит, – остановил её лёгким взмахом руки Владимир.

– А что ты будешь делать? – поспешил сменить тему Иван.

– Не вмешиваться. Барыня мертва вместе со всей нашей компанией. Вы уедете. Павел Петрович, скорее всего, переметнётся к Книжным Червям, чтобы вместе драться против Чёрного Человека. Я посмотрю, чем всё это закончится, и решу, как быть дальше. Для меня слишком поздно играть в искупление.

– Ещё одна проигранная битва добра с нейтралитетом, – ухмыльнулся Иван. – Но твоё дело. Ты тут теперь можешь как сыр в масле кататься.

– Пока предпочту кататься по кровати и спать в ближайшие дни.

Повисла пауза. И Иван решил спросить:

– Ты злишься? Из-за Онегина?

– Сначала был в бешенстве, а теперь стало всё равно. Вам пора, ребята. Может быть, когда-нибудь встретимся. Верно, Иблис?

– Конечно, Шутце, – снова ухмыльнулся Карамазов. Они обнялись. Затем Ленский пожал руку Княжне, потому что знал, что она терпеть не может все эти нежности и объятия, и пара направилась в зону досмотра. А сам Владимир – домой.

По дороге Мери тихо поинтересовалась:

– Почему «Иблис»?

– Потому же, почему и «Шутце».

Иван погрузился в воспоминания 2014-ого года…

***

– Кто вообще придумывает эти шпионские штучки?! – Иван скривился. – Мы с вами в фильме про Джеймса Бонда? Или вы насмотрелись аниме, и теперь перед каждым действием ты должен сделать особое пафосное движение руками и ногами, произнести речь и название своей суперспособности?!

Собравшиеся смотрели на Ивана и улыбались.

– Не думала, что ты, Ванечка, смотришь аниме. Так вот чем занимаются богословы в свободное время? – усмехнулась Варвара Петровна.

– Во-первых, я не богослов, никогда им не был и даже почти не пытался им стать. Мой братец – другое дело. Во-вторых, бóльшую часть времени я работаю с текстами, мои авторы смотрят аниме, и я должен понимать, откуда они сплагиатили ту или иную идею, чтобы писать им отказы.

– А просто так издательства не отказывают? – наливая себе виски, поинтересовался Владимир.

– Отказывают. Даже не читают. Но я хочу, чтобы лично у меня был повод.

– Слышал, Володя, к Ванечке в издательство даже не суйся, – тонко улыбнулся Павел Петрович.

– Ну, из Володи стихоплёт лучше, чем снайпер, – вырвалось ехидное замечание из уст Ивана.

Владимир не ответил ничего. Зато в следующий момент несколько невидимых лент сдавили Карамазову горло. Тот только и успел принять другую форму и на долю секунды высвободиться. Этого хватило, чтобы призвать металлический посох и направить его остриё прямо в шею сопернику. Иван знал, что если попытаться пронзить юноше сердце, то он, скорее всего, выживет, но вот без головы… вряд ли.

Варвара Петровна спокойно отхлебнула чаю.

– Не надоело, господа? Ведёте себя как два дурных мальчишки. Если вы устали от этой жизни, я знаю, как избавиться от вас обоих способом, который не испортит мне ковры и мебель.

Иван перекинулся обратно в человека. Владимир отвернулся.

– Тебя, Володя, мы назовём Шутце, – как ни в чём ни бывало продолжила Барыня.

– Это, блин, шутка такая?! – разозлился молодой человек. Казалось, в следующий момент он передушит путами всех сидящих в комнате. Иван громко и неестественно рассмеялся.

– А тебя, мой любитель детских слёз, я назову Иблис, – обернулась к нему госпожа Лутовинова.

– Иблис? Это имя Люцифера у мусульман. Демон? – заинтересовался Карамазов.

– Да, тени