Песнь Пустыни - Sleepy Xoma

я у Айш-нора, решившего составить компанию в этой небольшой вылазке.

Мы как раз подходили к окраине, и я нерешительно замер, глядя по сторонам. Тут некогда стоял небольшой хуторок, раскинувшийся посреди прелестной рощицы… Деревья не пережили войны. Дома сохранились не в пример лучше: даже крыши - и те не провалились. Да что там крыши. О диво, тут сохранились даже стёкла и двери. Да, нельзя было сказать, что они в нормальном состоянии, но наличие лучше отсутствия фактом наличия, как говаривали великие.

Вот только не нравилось мне тут.

- Нет, ничего и нико… - он замолк.

- Да? – я перекинул копье в левую руку и с хрустом сжал в кулак пальцы на демонической руке. Кажется, сейчас придётся снова кого-то бить.

Ворон слетел с моего плеча, уселся на машину без дверей и колёс, брошенную посреди дороги, посмотрел в одну сторону, в другую, досадливо каркнул.

- Всё хорошо, мне показалось, - отозвался спутник.

Я хмыкнул и двинулся вперёд, не убирая, впрочем, оружие. В этом мирке когда что-то кажется, обычно оно не кажется.

Наверное, стоило свалить отсюда и вернуться в компании пары охотников, но любопытство взяло верх, и я вошёл в первый дом.

Пыльная мебель, облезлые стены, всюду грусть и запустение. В том, что было спальней, я смог найти дешёвенькую пластиковую рамку с фотографией внутри.

Из-за стекла на меня смотрели трое: мужчина в костюме-тройке, высокий, кряжистый, с тяжёлым взглядом и мощными мозолистыми руками; бледная женщина, одетая в простое закрытое платье тёмных тонов; удивительно серьёзный мальчик лет десяти, светловолосый, в шортах и аккуратной курточке.

Что стало с этими людьми? Сумели ли они убежать или костлявые когти Рока вонзились в их плоть, разрывая её и добираясь до самого нутра их душ?

Ответ на этот вопрос знать не хотелось, а потому я аккуратно поставил рамку на пол и вышел в соседнюю комнату. Тут, как ни странно, пахло сыростью и на стене виднелись потёки влаги.

Я вышел наружу и направился к капитальной пристройке, сохранившейся заметно лучше самого дома и соединённой с ним стеной. Той самой, влажной.

Окованная сталью дверь слетела с петель от лёгкого толчка, и спустя минуту я уже инспектировал недра сарая.

- Кажется, нам повезло.

Сдержать улыбку не вышло, как и ненужную в общем-то фразу, уж больно меня обрадовала находка. Тут некогда хранилась техника и садовая утварь, но главное – отыскался колодец.

Зачем было запихивать его в подсобку я не знал, но это и не имело значения – от него откровенно тянуло сыростью, а значит, мы сможем пополнить запасы.

Довольный я повернулся, чтобы уйти, как вдруг позади услышал слабый, едва различимый звук. Точно кто-то аккуратно шагнул вперед и замер.

Я резко обернулся. Ничего.

- Айш-нор, ты тут?

Архидемон не ответил.

«Айш-нор?» - мысленно позвал я ворона.

Тишина.

Я сглотнул и в полбока обернулся к двери, намереваясь в один прыжок свалить из этого странного местечка… И лишь усилием воли заставил себя не орать.

Улицы не было.

Вернее, она была, но другая: вместо яркого дня – багровые сумерки, вместо пустоши – болото, поросшее длинными кинжалоподобными стеблями травы алого цвета, вместо сухого воздуха – горячее, влажное, сочащееся испарениями марево, заползавшее в лёгкие.

А миг спустя звуки возобновились. Быстрее, напряжённые, не прекращающиеся. И я понял, что они шли из колодца! Из этого грёбаного колодца!

Секунду спустя над верхним камнем показалась бледная рука с длинными когтистыми пальцами, затем – вторая, после – взлохмаченная башка.

Наверное, мне стоило бы испугаться, как-никак, повстречал Садако, вот только почти пять месяцев в Дамхейне приучили сперва бить, а потом уже рефлексировать, потому в тварь полетело сразу три Стрелы Древних.

Первая расколола её башку, точно грецкий орех, вторая оторвала правую руку, третья – левую. Я не стал ждать, что будет дальше, и поспешил наружу.

Огляделся.

Выругался.

Действительно, меня перетащило куда-то на болота посреди лесной чащи, вот только они ни разу не выглядели мирными и безопасными: подо мхом что-то булькало, меж деревьев сновали неясные тени, неподалёку раздавались леденящие кровь звуки, которые вряд ли в состоянии было издавать человеческое горло.

Но самое главное – небо.

Багровые тучи лениво ползли под антрацитовыми небесами, а над всем этим довлела луна, больше всего похожая на невообразимо большой глаз, устремивший свой безумный взор прямо на меня.

- Драть вас в жопу раскалённой кочергой, пидоры ёбаные! – с чувством проговорил я, после чего выругался.

Как? Ну вот как день, начинавшийся совершенно обыденно, мог превратиться в это? Что пошло не так? И главное – есть ли способ вернуть всё на свои места?

Из колодца донесся жуткий вой, и я, обернувшись, увидел, что тварюга, в целом, уже пришла в себя. Это была девушка среднего роста, одетая в саван. Её лицо закрывали волосы, и я не сомневался, что не захочу узнать, что же прячется под ними.

- Слушай, отвали уже! – крикнул я ей, ещё раз ударив Стрелой Древних.

И снова череп моей знакомой раскололся, но ни крови, ни ошмётков мозгов я не заметил. Она просто повалилась на землю, как куль с картошкой, суча руками