Час Кицунэ - Олла Дез

Мы одели доспехи и, подпоясавшись, вылетели из домика.

— Тревога! — громко закричал Тамэ.

Но я поняла, что было поздно. Ворота с диким скрипом открывались, впуская в замок лавину вражеских воинов. На стене мелькали темные фигуры, а еще были видны трупы наших защитников…

Я схватила Тамэ за руку.

— К отцу! — и мы бросились в центральное здание, где находились покои его отца и воинов.

Там же ночевал и Ёсихиро-но Минамото.

Но и там нас встретили только мертвые тела. Воинов застали врасплох и всех убили, точным движением перерезая горло в тишине или вонзая в сердце длинный клинок.

Отец Тамэ был зарезан в постели спящим. Ёсихиро успел схватиться за меч, но сопротивления оказать уже не сумел. Мы пролетели по дому и умудрились собрать горстку воинов, которые каким-то чудом оставались еще живы.

Все происходило очень быстро. И было понятно, что времени на то, чтобы как-то реагировать на смерть близких у нас нет, не говоря уже о том, чтобы предаваться горю.

— Замок сдан! Нужно уходить! — все смотрели выжидающе на Тамэ.

Тот скрипел зубами. У него, так же, как и у меня, перед глазами стояли убитые отец и брат. Можно было остаться и попытаться организовать сопротивление. Но это было равносильно самоубийству. Возможно, это была бы почетная смерть, но Тамэ перевел взгляд на меня и скомандовал.

— Уходим!

Это было непросто. В замке, как и в любом оборонительном сооружении, имелся запасной тайный выход. Знали о нем только избранные, и Тамэ к ним, разумеется, относился. И теперь мы бежали прочь от главных ворот, в которые вливались чужие воины. Шансов у нас было мало, но все же они были. Захватчикам оказывали сопротивление, так как шум, поднятый Тамэ, всех разбудил, и они уже не скрывались.

По дороге к нам присоединилась воины, остававшиеся верными лично Тамэ.

Потому что многие предпочли сдаться и сложить оружие. И я их понимала.

После гибели отца главой клана Минамото стал прежде мятежный, а теперь героический старший сын, брат Тамэ. И именно ему теперь были обязаны подчиняться воины. Поэтому и оставались, надеясь сдаться и присоединиться к атакующим. Но наш отряд был все же довольно многочисленным. Тамэ бежал первый, и мы влетели как ветер в дом, в котором и находился тайный выход из замка. Он располагался у стены. В домике не было внутренних перегородок и стен. Это была огромная комната для тренировок — большой зал, увешенный оружием.

Но в нем нас уже ждали.

Псы-инугами напоминали в своих одеждах тех самых знаменитых ниндзя. Пресловутых ночных убийц. И их было много. Очень много. Гораздо больше, чем нас. Лиц видно не было, только глаза сверкали в прорезях черной одежды. Именно они и убили почти всех защитников. Наверняка кровь отца Тамэ и Ёсихиро была на их клинках, которыми при нашем появлении они и ощерились.

От них исходили волны магии, которую они не собирались экономить, рассчитывая после битвы вернуться обратно в Долину, щедрую на магию к своим жителем. Это я ее тут экономила и сильно не тратила.

— Прости меня, — прошептал Тамэ.

Он так же, как и его воины, понимал, что мы обречены. Нам не справиться, потому что сзади подступали и воины его брата, которые совершенно точно не пощадят Тамэ и преданных ему людей. Сейчас Тамэ и верные ему воины собирались дорого продать свои жизни. Прощения Тамэ просил, потому что понимал, что я не уйду и не предам его и буду защищать до конца, обрекая и себя на смерть. Он даже и не стал просить меня поторговаться и выжить, потому что я не принадлежала к клану Минамото. Я была не обязана отдавать за него свою жизнь. А еще я была женщиной. И у меня единственной были шансы и в самом деле выйти живой отсюда. Но снова Тамэ не унизил меня недоверием.

— Стоять! — громко скомандовала я и вышла перед Тамэ.

Я протянула руку к псам-инугами, снимая иллюзию. Я показывала знак, начертанный у меня на ладони. Подарок, который в свое время сделал мне Владыка Инугами.

— Вы сейчас сложите оружие и дадите нам всем уйти! — громко приказала я.

— Госпожа, но у нас приказ, — сказал один, но все же отступил на шаг назад.

— Я его отменяю! Мы уходим! — твердо и громко сказала я.

— Повинуемся, госпожа! — сказал инугами и поклонился. — Мы задержим ваших врагов. Уходите.

Он сделал жест рукой и его соратники, убрав оружие, поклонились и боком, не поворачиваясь к нам спиной, стали покидать домик. Когда все ушли, я повернулась к ошарашенным воинам и застывшему Тамэ.

— Живее! — крикнула я.

Тамэ отмер и, подбежав к одной из стен, откинул с пола циновки. Под ними оказались плотно пригнанные доски. Заподозрить, что под досками есть лаз, было очень сложно. Тамэ не стал церемонится и ударом ноги разломал скрытый люк. Все же мой гигант был силен.

Ход, отрывшийся нам, был узким, и в него пролезал только один воин. Тамэ прыгнул первым. Если уж он пролез, то и мы сможем, а уж тем более я. Я прыгнула за ним, и полетела вниз, как Алиса вслед за белым кроликом.

Упасть мне не дали. Сильные руки подхватили меня и поставили на пол. Точно так же Тамэ поддержал и остальных воинов смягчив их приземление или, вернее, прыжок вниз. Дальше мы двинулись по темному проходу, который шел под крепостной стеной и вел наружу. Шли мы довольно долго. Как я поняла, выход должен быть на приличном расстоянии от замка, чтобы можно было выйти, не напоровшись на вражескую армию.

Выбирались мы, впрочем, осторожно, стараясь не шуметь. Нас скрывала темнота, и играло на руку то, что большинство нападавших устремились в замок на штурм.

Тамэ двинулся прочь от замка Сиракава-дэн. Я шла за ним, а прикрывал наши спины небольшой отряд верных самураев.

Отдалившись от замка на приличное расстояние, мы перешли на бег. В доспехах это было довольно сложно, но я справлялась. А воины Тамэ не все были в полной амуниции. Все же нас разбудили среди ночи и одеться успели не все, хотя большинство и спали не до конца раздеваясь, все же замок был в осаде.

Так, в быстром темпе, мы и вбежали в деревню. Занимался рассвет, но в деревне нас ждали и лошади, и провизия, и