Русский маятник - Андрей Владимирович Булычев

начнём. Я сейчас к капитану, обскажу ему всё, чай уж одобрит задумку, но вы не ждите, время дорого.

– Понял, Евграфович, попробуем успеть, не просто, конечно, в темноте по горам красться.

– Ты мне тут, Ванька, не пробуй, а успей, – буркнул сержант. – Пробовать кашу потом будешь.

Осокин задумку Лужина одобрил, и вскоре на рубеж атаки начали подтягиваться плутонги и отделения роты. Егеря, занимая свои места за валунами, проверяли ружья, ощупывали пальцами камни и старались разглядеть тот путь, который им нужно было проползти или пробежать, начнись бой.

– Холодно, аж кровь в жилах застыла, – прошептал сидевший рядом с командиром роты поручик Плещеев. – Когда же рассвет?

– Скоро. Звёзды вон блекнут. – Осокин показал на небо. – Лишь бы наши успели подняться и не спугнули этих. – Он кивнул на прохаживавшиеся у костров фигуры часовых.

– Не спугнут, Тимофей Захарович, – прошептал Лужин. – У Соловьёва лучшее отделение в роте, да и звено Комарова хорошее. Должны поспеть.

Западная, горная сторона ещё оставалась тёмной, а на равнинной, восточной небо уже начало сереть.

– Ну же, почему Соловьёв молчит?! – прошипел рассерженно Осокин. – Ещё немного – солнце со стороны моря выглянет, и резко светать начнёт. Упустим ведь время. Запаздывает Соловьёв.

– Сейчас, сейчас, скоро, вашбродь, – прошептал Лужин, сжимая в руке ружьё. – Должен успеть.

Заглушая последнюю фразу, громыхнул первый разрыв, следом за ним ещё один и ещё. Осколки и камни с воем и свистом осыпали горные склоны.

– Рота, в атаку! – рявкнул Осокин и сам бросился вперёд в ту сторону, где метались среди костров фигуры людей.

– Бам! Бам! Бам! – ударила россыпь выстрелов, и на ошалевших ханских воинов из серого сумрака вылетела орущая толпа с надетыми на ружья штыками. Не приняв ближнего боя, неприятель в панике бросился вниз по склону, преследуемый по пятам русскими егерями.

– Ваше превосходительство, атакой на рассвете заслон на перевале сбит в долину, – докладывал генералу Осокин. – Потерь в роте не имеем. Только трое легкораненых, и один ушибся о камни, ногу подвернул.

– Молодцы разведчики, – оглядывая валявшиеся среди камней тела, похвалил Егоров. – Сколько всего их тут?

– Сорок одно тело насчитали, Алексей Петрович, – ответил капитан. – Около пяти десятков раненых и оглушённых, но среди них почти половина тяжёлых, вряд ли поправятся. Два десятка из тех, что мы пленили, сейчас тела в одну кучу складывают. Мне бы своих из конвоя забрать, пусть уж стрелковые роты за ними дальше приглядывают?

– Премьер-майор Дементьев! – подозвал командира второго батальона Егоров. – Сергей Андреевич, оставляй тут на перевале роту Вестфалена и Крыжановского. Берите под охрану это место и держите его до тех пор, пока весь отряд в долину не спустится. К генералу Булгакову я уже вестовых с рапортом послал. Будем надеяться, что не затянут наши с подъёмом. Перевал держать крепко, глаз не смыкать! Чтобы и нас с него не сбили так же, как это дозорная рота сделала! А то мы тогда все как в мышеловке окажемся!

– Есть держать перевал! – Дементьев козырнул.

– Капитана Вестфалена и капитана Крыжановского к командиру батальона! – слышалось за спиной у шедшего вниз по склону Егорова.

При спуске в долину дозорная рота была вынуждена остановить преследование бежавшего с перевала неприятеля. Более пяти сотен ханских всадников выскочили из садов крепостных предместий и устремились в сторону егерей. Прикрыли отступающих две стрелковые роты. Конница неприятеля, потеряв несколько десятков всадников от ружейного огня, откатилась обратно в сады.

– Вот тебе и ханцы, – тяжело дыша, проговорил около стоявших в цепи Южакова и Лыкова егерь из дозорной роты. – Чуть было не посекли нас! И как это они ловко вынырнули из зарослей? Ляхи не смогли, так чуть эти не срубили. Насилу убегли!

– Так если бы не мы, то и срубили б! – ставя на предохранительный взвод курок, проговорил важно Лыков. – Чего же вы как полоумные-то вперёд полезли?

– Литвин, Литвин! – донёсся издали крик. – Кто Ходкевича видел?!

– Меня зовут, – сказал егерь, вынимая патрон из подсумка. – Видать, потеряли, пока бежали, а теперь вон командир плутонга всех по головам пересчитывает. Тут я, Евсей Иванович! Живой! – крикнул он и помахал рукой. – Ружьё перезаряжаю!

– Сюда ступай! – долетел крик. – Скоро атака будет!

Засыпав порох и протолкнул пулю шомполом в ствол, егерь перехватил ружьё в правую руку и побежал на зов.

– Ох ты, слышал, Тихон? Атака будет, – проговорил озабоченно Южаков. – Похоже, конницу выгонять из садов станем.

– Дозорная рота, второй батальон, первая, вторая роты, в цепь! – разнеслась команда премьер-майора Дементьева.

– Первый батальон, в колонну становись! – донёсся крик Скобелева.

– Ваше превосходительство, может, вы лучше за колонной пойдёте? – спросил Алексея Хлебников. – Ну негоже это в первых рядах держаться. А вдруг шальная пуля?

– Ничего, Слава, не переживай. – Егоров отмахнулся. – Беги к Дементьеву, напомни ему там, чтобы более чем на три сотни шагов не отдалялись от нас. Конница у дербентского хана хорошая, вон чуть было дозорную роту нашу не посекла. Так что осадишь Сергея, если вдруг увлечётся.

Разобравшиеся в цепь стрелки трёх рот по команде побежали вперёд, а вслед за ними пошла колонна основных сил полка.

– Дыхание береги, Спирка! – крикнул Капишникову Лыков. – Это тебе не вокруг столичного канала бегать!

– Стой! – донёсся крик командира батальона. – Всем оглядеться, проверить оружие!

– От колонны далеко отбежали, – выдыхая с шумом воздух, произнёс Горшков. – Нестор, у тебя глаз зорче, ничего впереди не видать?

– Сады весь обзор закрывают, – приставив к глазам ладонь, отозвался Лошкарёв. – Чего там в них, никак отсюда не разглядеть.

– Ждём команды! Без команды вперёд не лезем! – донёсся крик командира роты. – Слышали? Всем оружие проверить! Держать его наготове!

Егеря защёлкали крышками замков, проверяя пороховую затравку, Капишников сделал то же самое, потрогал курковый винт, огранку кремня, ковырнул ногтем у затравочного отверстия – чисто.

– Конница, вижу конницу! – донёсся тревожный крик из цепи.

Вглядевшись в густые заросли, молодой егерь увидел в них мелькание множества фигур, а вот из-за деревьев показались и сами всадники. Щёлкнул отжимаемый курок у стоявшего рядом Лыкова, и вслед за ним поставил курок на боевой взвод Спиридон.

– К бою! – донёсся крик майора Дементьева. – Штуцера бьют без команды, все остальные – ждё-ём!

Громыхнул неподалёку штуцер капрала Горшкова, ударило из цепи ещё десятка три винтовальных стволов. Стрелки с фузеями, целясь в далёкие пока ещё фигурки, молчали, ожидая приказа.

В животе у Капишникова всё сжалось, по спине пробежал противный холодок.

– Скачут же, ну чего ждём?! – крикнул он, трогая пальцем спусковой крючок.

– Не бои́сь, Спирка! Колонна совсем рядом, успеем добежать! – подбодрил молодого егеря Лыков.

– Залпо-ом, огонь! – донёсся крик командира батальона.

Палец потянул спусковой крючок, и ружьё с грохотом ударило прикладом в плечо.

– Отбегай к колонне! – разнеслась по цепи новая команда. – Быстре-ей! – И егеря, развернувшись, бросились назад.

«Русские, убив полсотни ханских воинов, теперь убегают! Трусы, они только и могут бить издалека!» – пронеслось в голове у командира ханской конницы. Поднявшись на стременах, он оглянулся, пять сотен его воинов стремительно неслись следом. Рядом скакал с шёлковым стягом знаменосец. Крутанув саблей над головой, командир призывно закричал:

– За хана! Руби их всех! Топчи! До убегающей цепи русских осталась какая-то сотня шагов.

– Разомкнуть колонну! – крикнул Егоров. – В три шеренги, первая с колена, остальные стоя, становись! К стрельбе готовьсь!

Впереди, там, куда убежали две роты батальона Дементьева и дозорная, громыхнул залп. Значит, ему всё же удалось вытянуть конницу хана на себя. Лишь бы егеря успели отбежать обратно. Алексей вытащил саблю и оглядел строй.

– Братцы, ждём наших застрельщиков. Вторая и третья шеренги, прицел выше бери, чтобы ненароком своих не зацепить!

Вот она, цепь стрелков в зелёных мундирах. Егеря неслись со всех ног к ощетинившимся штыками шеренгам, а следом за ними, поднимая клубы пыли, скакала во весь опор конница неприятеля.

– Хорошие кони у Шейх-Али-хана, резвые, – проговорил сквозь зубы Егоров. – Да и равнина тут гладкая, удобная для скачки. Как бы не догнали ханцы ребят. Первая шеренга, ждёт! – скомандовал он, подняв саблю. – Вторая, целься! Точнее прицел! Огонь! Третья шеренга,