Русский маятник - Андрей Владимирович Булычев

полковника Сырохнева с батальонами кавказских гренадеров и егерей прошёл через Дарьяльское ущелье в Тифлис, а бригада генерал-майора Савельева стоит перед самым Дербентом. Приказываю двинуть все имеющиеся силы последнему на помощь, взять Дербентскую, а вслед за ней и Бакинскую крепости. Таким образом, господа, мы возьмём под контроль Каспийское побережье и обеспечим подвоз припасов и подкреплений по морю от Астрахани. Общее начало движения армии я назначаю на десятое апреля, но авангард, в коем надлежит быть гвардейским егерям генерала Егорова, драгунам Раевского и казакам Платова, пусть выходит пятого числа. Вам надлежит, господа, очистить дорогу от шаек мятежных горцев, чтобы основной отряд мог беспрепятственно пройти к Дербенту. Всё ли вам понятно?

– Так точно, ваше сиятельство! – подтвердили хором командиры.

– Хорошо, десятого апреля общая колонна вытягивается по южной дороге в следующем порядке: сначала идёт Тифлисский мушкетёрский полк, за ним следом Воронежский, далее Владимирский, потом идут кавказские гренадеры, за ними…

«Господи, какой грандиозный проект задуман на последний год царствования Екатерины Великой, – думал Алексей, пока шло перечисление войсковых подразделений. – Из “того” далёкого времени, из которого я таким мистическим образом попал сюда, было понятно, что он был обречён на провал. Но может быть, всё-таки что-то произошло здесь такое, отчего оно хоть как-то отличается от “того” времени, в котором я уже был? Даже факт переноса меня сюда ведь мог каким-то образом повлиять на исторический ход событий. Как это называлось у фантастов? Что-то типа параллельных миров, альтернативная реальность, мультивселенная? Тьфу ты, чушь какая-то! А вдруг и правда всё здесь получится с Персидским походом?»

– Двадцать одно орудие полевой артиллерии следует под охраной драгун Астраханского драгунского полка, – продолжал зачитывать порядок следования войск Зубов. – С моря нас поддержит Каспийская эскадра Фёдорова, которая с десантом выйдет из Астрахани.

– Прапорщик Завражский, берите свой взвод, проскочите вверх по речке и оглядите прибрежные кусты на обоих берегах! – показал на заросли Воронцов. – Если наткнётесь на большие силы неприятеля, в бой не вступать, сразу оттягивайтесь в нашу сторону.

– Слушаюсь, господин капитан! – Молодой офицер козырнул. – Есть проверить заросли на берегах. Отделение Сусекина, с этой стороны оглядывает. – Он махнул рукой. – Отделение Загнёткина, за мной! Оружие наготове держим! Глядим внимательней!

Три с половиной десятка конных егерей, распределившись по берегам речки и осматривая прибрежные заросли, поехали вверх по течению.

– Говорят, три дня пути до Дербента осталось, – огибая большой куст, произнёс Чирков. – И чего только дорогу хаяли? Идёт у моря по равнине, в горы не забирается, а нас всё этим Кавказом пугали. Даже стычек толком не было, я за две недели только лишь три раза стрельнул, когда на разъезд бородачей чуть было не наехали.

– Я вообще два раза только тогда пульнул, – сказал Ведунов. – А-а, да и ладно, всё равно никто, кроме капрала, ни в кого не попал. И чего по этой речке едем, всё равно все ханские или за стенами в крепости, или высоко в горах. Аким, у тебя вода во фляге не кончилась? А то у меня на дне несколько глотков только осталось.

– Нет, больше половины ещё. – Шерстобитов отмахнулся. – Меньше глохтать нужно было, Прошка. Ладно сейчас апрель, а вот в июле тут, говорят, настоящее пекло будет.

– Ну и пусть, чего мне этот июль, когда прямо сейчас пить хочется? – проворчал тот. – Езжайте, а то капрал заругает, что все трое на одном месте встали, я сейчас догоню вас.

Ведунов проехал через прибрежные кусты и, спрыгнув с коня, отстегнул с ремня жестяную водоносную флягу. Подступы к реке здесь были удобные, обрыв был совсем невысокий, и в зарослях камыша, у самого берега, виднелся словно бы небольшой чистый островок. Присев, Прохор опустил посудину в реку и смотрел, как она с бульканьем наполняется. Отвлёк его от этого занятия Булат, конь вдруг переступил копытами и тревожно всхрапнул. Вскинув голову, боковым зрением егерь заметил две мелькнувшие тени. Выронив посудину, он вскочил на ноги и попытался перехватить удерживаемое в левой руке ружьё. Поздно! Два чужака с кинжалами метнулись к нему, один с ходу попробовал было вонзить клинок в горло, но резанул отшатнувшегося русского лишь по плечу. «А-а-а!» – раздался громкий, резкий крик. Удар второго горца в грудь прервал его, и тело рухнуло на прибрежный песок.

– Данила, слыхал?! – спросил ехавшего рядом товарища Шерстобитов. – Кажись, кричал кто-то со спины?

– Слыхал. С берега орали. Там же Прошка, а ну! – воскликнул он, разворачивая коня.

Всего лишь несколько секунд потребовалось всадникам, чтобы проскакать пару десятков саженей. «Бам!» – хлопнул выстрел, и пуля свистнула у самого уха Шерстобитова. Натянув поводья, он остановил коня и разрядил фузею в стоявшего около тела бородача с ружьём.

«Бам!» – хлопнул второй выстрел Чиркова, пуля ударила в песок рядом с сидевшим на корточках вторым чужаком. Тот что-то прокричал и метнулся к упавшему соплеменнику.

Выхватив из ольстряди пистоль, Шерстобитов выпрыгнул из седла и сбежал с обрыва. «Щёлк!» – кремень курка ударил по огниву, но выстрела из пистоля не было. Осечка!

– А-а-а! – Оставив неподвижное тело соплеменника, к нему с криком метнулся горец.

– Это конец! – понял Аким, пытаясь вытащить саблю. Медленно, очень медленно она выходила из ножен.

– Бам! – из кустов на берегу громыхнул выстрел, и бородач упал, не добежав всего каких-то пару шагов до Шерстобитова.

– Чего медлил, тетеря?! – рявкнул, выезжая из зарослей, капрал. – Твоего товарища уже прирезали, считай, пока ты ружьё тут заряжал!

– Так уже патрон скусил и на полку порох сыпанул, Ефим Фомич, – ответил побледневший егерь. – Ещё бы немного – и стрельнул в ворога.

– Ага, а дружка твоего уже бы этот кончал, – отделенный, подойдя к Шерстобитову, толкнул ногой пробитое тело горца.

– Целый? – Он оглядел цепким взглядом Акима. – Ну чего столбом стоишь? Дружка не смотрел ещё? Хотя чего уж тут смотреть. – Он вздохнул и, сняв каску, перекрестился. – Упокой душу раба твоего Прохора. Прямо в сердце бедолагу пырнули, ироды.

– Бам! Бам! Бам! – выше по течению реки, с той стороны, куда отъехал взвод, раздалась россыпь ружейных выстрелов.

– Ух ты ж, никак бой начался! – воскликнул, прислушиваясь, капрал. – Так, а ну-ка быстро подняли Ведунова и на седло его торочь! – рявкнул он, перезаряжая ружьё. – Быстрее, быстрее шевелимся, дурни! Слышите, к нам звук идёт!

Чирков с Шерстобитовым, подняв тело друга и закинув в седло, перехватили его верёвкой. Подобрав лежавшую на песке фузею, капрал проверил в ней заряд и запрыгнул на коня.

– Бам! Бам! – хлопнуло два выстрела неподалёку, и над головой у Чиркова свистнула пуля.

– Фомич, басурмане! – крикнул выскочивший из-за деревьев конный егерь. – Много! В засаде стояли, да узрели мы их!

– Отступаем к эскадрону! – донёсся крик взводного командира. – Быстрее отходим!

– Пошли, пошли, но-о! – Капрал ударил ладошкой по крупу коня Шерстобитова, и тот поскакал вниз, вдоль реки. – Везите Ведунова к нашим! Прикроем вас малёх! Ага, вот вы где, – пробормотал отделенный, вскидывая ружьё. «Бам!» – грохнул выстрел, и он, развернув коня, поскакал вслед за остальными.

– Ваше благородие, с противоположного берега стреляют. – Ряхин кивнул в сторону заросшей кустами и деревьями реки. – Там отделение с прапорщиком Завражским. Может, поддержать ребят нужно?

– Втягиваться в бой нам нельзя, – решил Воронцов. – Мы не знаем, сколько там всего неприятеля. Сержант, берите двух егерей и скачите назад. За нами в версте драгунский Нижегородский полк следовал, запросите подмогу.

– Слушаюсь! – Унтер-офицер козырнул. – Петров, Климов, за мной! – скомандовал он, и трое верховых понеслись по дороге на север.

– Эскадро-он, спешиться! – скомандовал Воронцов. – Коноводам отвести коней! Второй взвод, в первую шеренгу с колена становись! Третий и четвёртый – во вторую шеренгу стоя! Штыки на ружья надеть! Стреляем по команде залпом! Отборные стрелки, для вас огонь по своей сноровке и прицелу!

Вот подскакало отделение Загнёткина с командиром взвода, и егеря, спешившись, заняли места в первой шеренге. На противоположном берегу в зарослях мелькнули фигуры, и к броду выскочило полтора десятка коней, на одном из них всадник был перекинут поперёк седла.

– Быстрее, быстрее! – крикнул капитан. – Где Сусекин?! Чтоб ему!