Русский маятник - Андрей Владимирович Булычев

разнеслась по казачьей станице. Возвращавшиеся с учений роты сами выстраивались на обширном выпасе у Терека.

– Ваше превосходительство, лейб-гвардии егерский полк после дальнего перехода и расквартирования несёт службу по распорядку! – докладывал Милорадович. – Происшествий не имеем!

– Здравствуй, Живан! – Алексей стиснул в объятиях своего друга. – Здравствуйте, господа!

– Здравия желаем, ваше превосходительство! – загомонили набившиеся в штабную избу старшие офицеры.

– Ваше превосходительство, роты и эскадроны выстроились, ждут вас! – заскочив с улицы, воскликнул Воробьёв. – Только лишь фуражной команды с охранным полуэскадроном поручика Луковкина в станице нет. Остальные все в строю.

– Пойдём, Алексей Петрович, поздороваешься с егерями. – Милорадович кивнул на дверь. – Ждали тебя.

– Так уж и ждали, – хмыкнул Егоров. – Ушли в поход ещё в прошлом году, а ведь мне так и не сообщили, злодеи. Ладно, хоть государыня матушка побеспокоилась, наказ в Военную коллегию дала, чтобы вызвали из имения. От вас-то, пожалуй, и не дождался бы весточки.

– Так это от неё самой и был приказ вас не беспокоить, Алексей Петрович, – проговорил виновато Живан. – Я уж и так и эдак, и к генералу Берхману, и к Мусину-Пушкину подходил, гонят, даже и слушать меня не хотели. От неё самой это приказ, говорят, и точка. А мне ведь и правда неудобно, ну как же так, полк в поход пойдёт, а его командир даже и не извещён вовсе?! Думал, втихаря, на свой страх и риск пошлю в поместье гонцов. Но тут уж Сашенька мне шепнула, что государыня просила передать, чтобы не беспокоили пока тебя. Полку, дескать, нашему долгая дорога потребуется, и что для тебя вызов так и так после Рождества придёт. А пока вовсе даже ни к чему тебя от семьи отрывать и так ведь к ней только вот недавно отъехал. Ну вот я и успокоился, – объяснял Милорадович. – Нас ведь в сентябре уже в Торжок для погрузки на речные суда погнали. На тот момент ты только лишь три месяца отдохнул, а обещали целый год. Ну какой смысл тебя и правда было отнимать раньше времени? Сами спокойно доплыли до Астрахани, а потом уже по зимней дороге сюда, к Кизляру, потопали.

– Ладно-ладно, ты давай-ка мне зубы не заговаривай, скажи лучше правду, что славой не хотели делиться с командиром, – проговорил, выходя из дома, Егоров. – Сашенька ему на ухо шепнула, ты гляди! Неужто всё-таки сдался наш старый холостяк пред девичьими чарами, а Живан? И когда свадьба?

– Какой же ты неинтересный, Алексей, – пробурчал, горестно вдохнув, Милорадович. – Ну никакой интриги, всё как будто наперёд всегда знаешь. Из похода вернёмся, государыня сказала, что будет свою фрейлину Александру к свадебным торжествам готовить.

– О-о, ну тогда да-а, тогда уж точно тебе на холостяцкой жизни нужно ставить крест. Теперь уже полковник Милорадович тебе точно не отвертеться! Подходим. – Он кивнул на длинный строй рот.

– По-олк, равняйсь! Сми-ирно! – скомандовал стоявший на правом фланге штаб-офицер. – Ваше превосходительство, лейб-гвардии егерский полк для встречи своего командира построен! Докладывает заместитель командира полка подполковник Хлебников!

– Здравствуйте, особые, гвардейские егеря! – выкрикнул, оглядывая замершие шеренги, Егоров.

– Здравжелаемвашпревосходительство! – проревел строй.

– Ну что, братцы, турок бивали, поляков бивали, теперь персов с ханцами пойдём бить? – громогласно спросил Алексей.

– Так точно, вашпревосходительство! – вновь слитно рявкнули егеря.

– Нам с вами, Алексей Петрович, кого хошь бить можно! – раздался знакомый голос. – Хоть пробежимся маненько, а то уж скучно и тошно в казармах сидеть.

– Пробежимся, Федя, обязательно пробежимся, – ответил, усмехнувшись, Егоров. – Лишь бы Авдотья не узнала про твои скучания, а то у неё рука крепкая, будет тебе тошно. Скучать разучишься.

Строй хохотал в голос.

– Ладно, братцы, это хорошо, гляжу, бодры вы и веселы! – воскликнул генерал. – Обещаю, долго сидеть мы тут не будем, совсем скоро и нам дело найдётся. Чините обувку, одёжу и амуницию, это всё в горах быстро худится. Пока есть время, учитесь горной войне. Она очень отличается от той, что на равнине, и опыта такого у нас ещё с вами не было. Даже прицел в горах и тот другой. Поэтому, подполковник Рогозин. – Он повернулся к группе стоявших на правом фланге штаб-офицеров. – Изыщите возможность дать каждому из егерей пороха и свинца на пару десятков зарядов в день. Пусть набивают навык, стреляя на перепадах высот.

Двадцать пятого марта генерал-поручик, граф Зубов Валериан Александрович прибыл в Кизляр. Через день по прибытии им был назначен большой парадный смотр. Колонны войск шли перед сидевшим верхом в седле командующим, затем он объехал на коне строй, приветствуя каждый полк и отдельные подразделения.

– А нога-то у него из чистого золота, – бежал шёпот по шеренгам. – Истинно вам говорю, заморские, англичанские мастера её ему ладили, – делился новостями со своими товарищами Калюкин. – Она даже в колене сгибаться может, но тяжёлая очень, потому и ездит генерал только лишь верхом.

– Ну да, если из золота, тогда, конечно, тогда на такой не походишь, – согласился Лошкарёв. – Фельдъегеря вшестером кожаный мешок тащили, упирались. И мешок я не скажу, что уж большой, но видать было, какой он тяжёлый. Золото – оно и есть золото.

– Где это ты столько золота-то видел, Нестор, чтобы его цельными мешками таскали? – хмыкнул Южаков. – Может, там вовсе и не золото, а серебро было?

– Ага, коне-ечно, серебро! – пренебрежительно протянул тот. – Говорю же я вам – золото! Мы с Елистратом на карауле у крепостной цитадели Кизлярской стояли. А тут двое крытых кожей саней с фельдъегерями и охранным отрядом к входу прикатили. Ну вот оттуда и выносили эти самые мешки. Тяжеленные, видать неудобно их было тащить, один уронили, так он треснул, и оттуда золотым ручьём монеты брызнули. Чё было! Фельдъегеря как заорут, сабли выхватили и встали полукругом. «Караул!» – кричат. Ну мы, конечно, подбежали, из Владимирского полка ещё четверо часовых, те конные, которые в охране были, тоже встали вокруг фельдъегерей, а они по снегу на карачках ползают, кажную монетку выцарапают и в шапку потом их кладут. Правда ведь, Елистартка, так всё было?

– Так, так, – подтвердил Горбылёв. – Потом пересчитывали ещё три раза, пока всё не сошлось, несколько раз снег перетряхнули.

– Тише там! Разболтались! – донёсся окрик старшего ротного унтера. – Южаков, Лошкарёв, спокойно стоять устали?! По штрафным, может, соскучились? Так я мигом вам их выпишу!

– Не-не, Авдей Никитич, всё уже, молчим! – донеслось в ответ.

– Вот и молчите, – пробурчал Милушкин. – Немного осталось. Слышите? Владимирские уже ревут, значит, скоро всех по местам квартирования разведут.

Действительно, далеко с правого фланга долетело трёхкратное ура, это здоровался с генерал-поручиком Владимирский мушкетёрский полк, самый последний в длинном ряду подразделений. Спустя немного времени, пройдя строевым шагом мимо Зубова, войска разошлись по квартирам.

Глава 6. У реки

– Господа, я намерен вести войну самым решительным образом, – сидя в кресле и положив искусственную ногу на стул, заявил собранным генералам Зубов. – Она не ограничивается одними лишь боевыми действиями в Закавказье. Поверьте, это только лишь начало. Пока европейские страны сцепились между собой в войнах, пока они свергают и провозглашают новые монархии и революционные правительства, у России есть несколько лет, чтобы устроить свои дела на юге. На этот год нам предстоит выбить персов от ближних подступов к империи, усмирить их вассалов, после чего занять сам Тегеран и уже потом повернуть на запад к Турции. Если всё пойдёт, как и запланировано, то вскоре наши действия будут поддержаны армией Суворова, который нанесёт удар со стороны Валахии и Румелии с дальнейшим выходом к Константинополю по суше. А наш доблестный флот, на котором изъявила желание быть сама государыня императрица вместе с моим братом Платоном, высадит большой десант на южном Черноморском побережье. Очень скоро Византия сбросит трёхсотлетние османские оковы, а над Софией вновь воссияет золотой православный крест, как это и было предсказано святым Константином. Но для начала, как я уже ранее сказал, нам нужно усмирить кавказские ханства, обратив их из врагов в наших верных союзников и вассалов. Отряд