Волчий клан 2 - Валерий Муллагалеев
У меня шла кругом голова от изобилия всевозможных запахов, и только подписи давали надежду на нахождение «Мертвенной капели» — яда, необходимого для приготовления антидота для графа Павла Рюмина.
Скрупулезность Челищева сыграла нам на руку.
Мрачный дом, эта обитель чистого разума, лишенного человеческих эмоций, огласился счастливым женским визгом. Я аж подпрыгнул от неожиданности, Ядро встрепенулось как разбуженный пес, лихорадочно пытаясь сообразить — радоваться ему или грызь кого-то насмерть.
— Нашла, нашла! — воскликнула Инесса и метнулась от полок ко мне.
Повисла у меня на шее, схватила меня за щеки, впилась поцелуем. Со звонким чмоканьем отпрянула, закружилась в танце, оставляя в воздухе огненные росчерки. Волосы развевались, с каждым поворотом мелькала ослепляющая улыбка. На такое можно любоваться бесконечно.
— Здесь такой запас «Мертвенной капели», что можно отравить целый город!
Услышав, что сама сказала, она осеклась, остановилась и проговорила:
— Вот ведь псих этот Челищев.
— И не говори. А что еще здесь полезного?
— Ой, да тут много всего. Девять десятых мне вообще не понятно. Но, — голос ее стал хитрым, — раз уж мы здесь, то я конфискую пару штучек, которые пригодятся мне на кафедре зачарования.
Она танцующей походкой пошла вдоль полок, закидывая себе в сумку разные диковинки, словно в супермаркете с деликатесами.
— Прихвати пару журналов, — посоветовал я. — Уверен, он кропотливо записывал все результаты исследований. Пригодится.
Инесса с готовностью сгребла со стола пару дневников. Сумка ее раздулась, глаза горели восторгом и жаждой знаний. Так выглядит научный сотрудник, ворвавшийся в кабинет Теслы или Эйнштейна.
— Георгий, если бы мы не спешили, я бы здесь поселилась, пока все не прочитала! — заявила она. — Только сменила бы занавески на повеселей.
— Не сомневаюсь, — усмехнулся я. — Но только после того, как Челищев будет окончательно мертв. До тех пор я глаз не сомкну в этом доме.
— Может, он все-таки погиб? — с надеждой сказал она.
— Увы. Он не только жив, но и очень, очень, очень на меня зол. Я должен его достать, Инесса. Как думаешь, здесь есть какой-нибудь портал в Бездну?
Она не успела ответить.
Дом вздрогнул, окна в рамах задребезжали. Раздался глубокий голос, идущий словно из-под земли.
— Ищешь дорогу в Бездну, маленький чернокнижник? Иди ко мне…
Инесса присела на полусогнутых ногах. Я огляделся по сторонам, рука лежала на эфесе палаша, Ядро в груди вращалось, готовое к превращению.
Голос повторил:
— Иди ко мне… Иди ко мне…
Половицы под ногами вздрагивали в такт словами.
— Кто это? — прошептала Инесса, побледнев. — Или что?
— Не знаю, — сказал я. — Но пойдем!
— Да-а-а! — заурчал голос. — Иди ко мне… Иди ко мне…
Глава 17
Иду, иду!
— Иди ко мне!.. — снова прозвучал голос.
Глубина тембра пробирала до костей, аж зубы ныли от низкой рокочущей вибрации. Казалось, что это говорит сама земля и вот-вот начнется землетрясение. Волосы у меня на предплечьях встали дыбом.
Инесса уставилась на меня округлившимися глазами и прошептала:
— Не надо туда идти, что бы это ни было!
— Но оно говорит о дороге в Бездну, — сказал я. — Я должен туда попасть, чтобы достать Челищева. И я пойду на голос… раз уж приглашают.
— Георг, не ходи! Мы найдем другой способ. У графа тут куча дневников, уверена, в записях найдутся инструкции, он же такой педант, все записывает…
— Не думаю, что тебе следует мараться темной магией. Не беспокойся за меня, я разберусь. А ты отправляйся назад, принеси зелье отцу. Время не ждет.
Инесса хотела что-то сказать, но осеклась. Видно было, что она порывается пойти вместе со мной, пусть даже в Бездну, но сейчас каждый лишний день мог стоит графу Рюмину жизни.
— Ты разрываешь меня напополам, — сказала она, зажмурившись.
Я подошел к ней и мягко положил ладони на плечи.
— Все хорошо. Мы вместе нашли антидот. А теперь у каждого из нас есть свое дело.
— Я понимаю, понимаю. Просто… сначала ты уехал из лагеря, потом был в плену на Арене. И вот сейчас мы наконец-то вместе, все было так хорошо…
— Мы встретимся снова.
Она перевела дыхание.
— Обещаешь? Даешь слово?
Я покачал головой.
— Это лишнее. Каждое слово, которое я произношу, я даю. Может, дипломат из меня так себе, но что сказал — сделаю. Поэтому я должен завершить начатое. И именно поэтому я вернусь.
Инесса аккуратно приподняла мои очки и посмотрела мне в глаза. Не знаю, что она там хотела увидеть, но увиденное ее успокоило. Она кивнула и твердо проговорила:
— Хорошо. Я провожу тебя, а потом отправлюсь в Вельград к папе.
— Уверена? Мы не знаем, что там, а тебе нужно спешить.
— Одна я вернусь быстрее. Воспользуюсь порталом, к слову. — Она чуть улыбнулась. — С тобой-то этого нельзя было, тебя примагничивает к голым бабам.
Я припомнил подробности того события, но вовремя опомнился.
— Это произошло случайно!
— Ну-ну.
— Ты же понимаешь, что на самом деле тогда меня примагнитило к тебе, — сказал я и поцеловал ее. — А теперь пойдем, посмотрим, кто так настойчиво зовет нас в гости.
Инесса напоследок собрала еще стопку исследовательских журналов Челищева, и мы вышли из дома на свежий воздух.
Голос доносился из глубины леса. Мы пошли в ту сторону, и вскоре я заметил, как земля уходит под уклон.
Вдруг я заметил шорох, но не спереди, а сзади. Мгновенно развернулся, готовый ко всему.
За нами шла человеческая фигура. Я узнал нашего проводника — долговязого охотника Кревиса.
Вот только теперь он передвигался не длинными бесшумными шагами, кошачья грация оставила его.
Он брел вперед как лунатик, загребая рыхлую лесную землю носками сапогов. Длинный лук волочился за ним, чудом зацепившись тетивой за кисть руки. Ранее сосредоточенное лицо было расслабленным, рот приоткрыт, с уголка губ стекала нитка слюны. Глаза распахнуты, взгляд пустой и по-детски наивный.
— Эй, Кревис! — позвал я.
Он не отреагировал. Было понятно, что идет он не за нами, а на зов.
Мы с Инессой подошли к нему, преградили путь. Он напоролся на мою грудь, вяло отпрянул и попытался обойти, словно я был деревом, оказавшимся на пути.
— Он под гипнозом, — резюмировала Инесса.
— Вижу, — ответил
