Деревенщина в Пекине 2 - Крис Форд

Похоже, госпожа Сим в узких кругах довольно известная личность.

— Знаете, какое на нашем с вами поприще самое главное качество успешного сотрудника, госпожа Дэн? — интересуюсь я, наблюдая за её реакцией. — Не сочтите за браваду малолетки.

— Ну, давай, поучи меня, маленький мальчик из Суншугоу, — фыркает она.

— В вашей работе главное — добросовестность. Извините, знаю, вы понимаете лучше меня, но в данном случае это особенно актуально. Сейчас у меня кое-что щёлкнуло в голове насчёт дяди Ли Миньюэ. Мне сегодня на глаза попалась одна занимательная новость, но дошло только сейчас.

— Какая? — нетерпеливо ёрзает Ли Миньюэ.

— Одной локальной компании с участием иностранного капитала одобрена заявка на комплектацию первой партии корейского бронеавтомобиля «Чёрная Пантера», — сообщаю я, доставая из кармана телефон. — Национальное производство, золотая мечта ВПК и технологического истеблишмента Кореи: собственная техника переднего края, не американские брэдли и хаммеры.

Открыв нужную страницу, я прогоняю текст через онлайн-переводчик и протягиваю смартфон третьему секретарю:

— Я ещё не проверял, но готов поспорить, это компания нашего дяди.

Хозяйка кабинета внимательно читает, Ли Миньюэ тоже лезет в интернет в поисках анонса.

— Помимо гражданских автоаксессуаров, о которых знают все, он что-то поставляет и для этой закрытой линейки, — продолжаю я, пока женщины изучают информацию. — На вашем месте, да даже на моём, у меня бы возникла параноидальная мысль — почему-то он исчезает именно тогда, когда выигрывает тендер на армейскую комплектацию. Не знаю, может, это и совпадение, но разве в некоторых местах не учат относиться к таким совпадениям с особой осторожностью?

Госпожа Дэн сдержанно кивает, не отрываясь от экрана.

— Да, с китайской семьей у него всё было сложно и гумозно, но общение поддерживали. Опять же, он высылал деньги, — добавляю, сверившись взглядами с Ли Миньюэ.

— По два миллиона юаней раз в несколько месяцев, — подтверждает та, озвучив весьма немаленькую сумму. — Если у нас и были с кем-то проблемы, так это с его женой. Она не сильно жаловала китайскую родню.

— Господин Ван, как нас уведомил сотрудник корейского МИДа, загремел в психушку, — напоминаю. — Узнаёте почерк? Раз она об этом слышала, значит, было что-то по промышленной линии. Вряд ли бы китайский зять привлёк внимание чеболей и всей этой верхушки, если бы дело не было связано с бизнесом. Нет у них времени на всякую мелочь.

— Пожалуй, соглашусь, — кивает госпожа Дэн после недолгого раздумья. — Вопросов больше не имею. Всё, берусь за это дело. Буду пытаться.

Глава 15

— Эй, уламыватель, — бросает мне вслед секретарь. — Примерную дату ужина с директором хоть озвучишь? Сколько мне ждать?

Я поворачиваюсь в её сторону, облокачиваюсь в дверном проёме и задумчиво закрываю глаза:

— Сегодня понедельник, день тяжёлый. Мы с ней уже виделись, теребить повторно — моветон, — размышляю вслух. — Завтра — накат работы, по горячим следам встречаться тоже неправильно. Тем более, мне с утра на работу, так что и вторник не вариант. В среду утром ей позвоню — либо в среду, либо в четверг она сможет вырваться на час-два.

— Откуда такая уверенность? — прищуривается собеседница.

— Вы очень молоды, госпожа майор, — говорю, не открывая глаз. — Наверняка последнее звание получали досрочно?

—???

— Потому что вам максимум двадцать семь, до майора у вас стандартно расти ещё минимум два года. Это при самом оптимистичном стечении обстоятельств: если лично вы гений, а ваше начальство в вас души не чает. Я прав?

— Продолжай.

— Та женщина постарше вас, причём изрядно. В молодости люди меньше смотрят в перспективу, а старшее поколение, назовём её так, пусть и на внешность далеко не старуха, заглядывает в двадцать первый-двадцать второй век.

— Подробнее.

— На её должности люди её типа обожают планировать двадцать первый век Республики Корея. Психология.

— Странно, что это понимаешь ты.

— У меня будут очень хорошие учителя в университете, считайте, кое-что объяснили авансом… В итоге: её внутренний интерес и мотивация ко мне лично — конечно, она будет поддерживать отношения. Потому что я — перспективный человек второй половины двадцать первого века Китайской Народной Республики. Да, связи и отношения на её работе именно так создаются и поддерживаются, — развожу руками. — В миде чуть другая специфика, по крайней мере, среди чистых дипломатов, о вашей двойной крышей не говорим. У вас конечно же профдеформация и вы не мыслите категориями личных связей, потому что втягивание-вербовка-эксплуатация.

— Хм.

— Она согласится, — уверенно заявляю я. — Не могу точно сказать, час выкроит или два, но встреча состоится.

— Хорошо, договорились. Рада, что не придётся долго ждать обещанного, — лицо госпожи Дэн становится серьёзным. — Слушай, а какая у тебя работа? Чего тебе на неё лететь? Это же потом обратно в Сеул мотаться? Останься на день-другой? И мне так спокойнее.

— Ресторан «Горизонт», работаю официантом. Остаться уже никак не могу, меня и так администратор прикрывает.

— Стоп, ты что, официант⁈ — третий секретарь удивлённо вскидывает брови.

— Все профессии нужны, все профессии важны. Не место красит человека а человек место.

— Да ладно. Завязывай. Ресторан — это несерьёзно.

— У меня там достаточно серьёзные обязательства перед конкретным человеком, которого я подведу, если не явлюсь. Ресторан, может, и несерьёзно, соглашусь, но партнёров в любом деле подводить нельзя. Это портит карму и рождает в мозгу вредные схемы, — прикладываю указательный палец к виску.

* * *

ИНТЕРЛЮДИЯ

Хоу Ган, прислонившись к своему автомобилю, задумчиво смотрит на здание налоговой инспекции. Солнце клонится к закату, бросая длинные тени от окрестных зданий. Мимо проносятся машины, спешащие по своим делам. Но мысли парня далеки от повседневной суеты. Ситуация с этим Лян Вэем накаляется с каждым днём и ему необходимо выяснить, кто и зачем пытался вербовать мальчишку. Только так можно будет понять истинный масштаб проблемы.

Хоу в очередной раз бросает взгляд на часы и недовольно цокает языком. Он терпеть не может, когда кто-то заставляет его ждать.

Спустя несколько минут из дверей налоговой инспекции выходит невысокий мужчина в тёмно-синей форме с фуражкой в руках. Заметив его, Хоу оживляется и выпрямляется в полный рост, возвышаясь над приближающимся китайцем на добрую голову:

— Чжэн Гоцян, — приветствует он инспектора, окидывая лицо того оценивающим взглядом.