Исключительное право Адель Фабер - Юлия Арниева

Жером, коневод, о котором я говорила вчера. Не могли бы вы показать ему конюшни?

Пьер оценивающе оглядел Жерома и его лошадей, и в его глазах промелькнуло уважение — он явно разбирался в лошадях достаточно, чтобы оценить качество скакунов.

— Конечно, госпожа, — кивнул садовник. — Мастер Жером, следуйте за мной. Конюшни давно не использовались, но основа крепкая, добротная.

Жером передал поводья лошадей своему брату и последовал за Пьером. Я решила присоединиться к ним — мне было интересно не только состояние конюшен, но и первая реакция коневода.

Мы обогнули главное здание и направились к северной части владений, где за небольшой рощицей виднелись постройки конюшен — длинное одноэтажное здание со множеством денников и круглый манеж для выездки рядом. Всё это, как и дом, пребывало в запустении — крыша частично обвалилась, ставни покосились, двери некоторых денников висели на одной петле. Но, как и сказал Пьер, основа действительно выглядела крепкой и добротной.

Жером внимательно осматривал всё, проверяя стены, пробуя доски на прочность, заглядывая в каждый угол. Его лицо становилось всё более задумчивым, но не разочарованным, скорее, сосредоточенным, как у человека, подсчитывающего объём предстоящих работ.

— Что скажете, мастер Жером? — спросила я, когда он закончил осмотр. — Есть ли смысл восстанавливать?

Коневод потёр бороду, собираясь с мыслями:

— Смысл есть, госпожа. Строили на совесть, основа крепкая. Крышу перекрыть, стены подлатать, денники обновить — и будет как новенькая. Вот манеж хуже — там весь пол менять придётся, да и стены местами. Но если ваши плотники, — он кивнул в сторону сыновей Пьера, — так же хороши, как говорят, справимся.

— Сколько времени, по-вашему, займёт восстановление? — поинтересовалась я, уже прикидывая расходы и приоритеты.

— Если взяться всерьёз, недели три-четыре, — прикинул Жером. — Сначала денники для Фалько и Беллы, чтобы им было где жить, а потом остальное.

Я обменялась взглядами с Пьером, который всё это время молча слушал, иногда одобрительно кивая словам коневода.

— Что думаете, Пьер? Сможете с сыновьями взяться за конюшни в первую очередь?

— Отчего ж не взяться, — неторопливо ответил садовник. — Дело знакомое. Раньше ведь тоже приходилось и крышу перекрывать, и стены чинить. Материал потребуется, конечно, но это дело наживное.

— Отлично, — я кивнула, принимая решение. — Тогда так и поступим. Мастер Жером, вы и ваш брат можете пока разместиться в домике привратника, как только его приведут в порядок, а пока в господском доме найдётся комната.

Лицо коневода просветлело, и он поклонился с искренней благодарностью:

— Спасибо, госпожа, не пожалеете. Мы с Анри завтра же перевезём остатки нашего хозяйства. А Фалько и Белла пока могут постоять под навесом — он вроде крепкий ещё, — он указал на пристройку рядом с конюшней.

— Только сено нужно свежее, — добавил он, критически осматривая заросшее травой поле за конюшнями. — Это не годится для таких скакунов.

— Мальчишки могут съездить в город, купить сена, — предложил Пьер. — Жак и Сэм будут рады помочь.

Я кивнула, соглашаясь:

— Да, пошлём их, как только появятся. Ещё нам понадобится дерево для ремонта, инструменты…

— У меня есть знакомый лесник, — вмешался Жером. — Поговорю с ним, даст хорошую древесину по сходной цене. А инструментов у меня и у брата хватает своих.

Мы ещё некоторое время обсуждали детали предстоящих работ, прикидывая сроки и расходы. Выяснилось, что восстановление конюшен обойдётся не так дорого, как я опасалась, особенно с учётом связей Жерома и опыта Пьера с сыновьями. Чувство удовлетворения разливалось внутри меня — поместье постепенно оживало, обрастая людьми, планами, надеждами.

Возвращаясь к дому, мы заметили подъезжающую телегу. В ней сидели две молодые девушки, настолько похожие друг на друга, что сомнений в их родстве не возникало. Возницей был немолодой коренастый мужчина с обветренным лицом и добрыми глазами.

Девушки, заметив нас, тут же оживились, зашептались между собой и стали поправлять прически и платья, явно волнуясь перед предстоящим знакомством. Как только повозка остановилась, они соскочили на землю и присели в синхронном книксене.

— Госпожа, — произнесли они одновременно, потом переглянулись и нервно захихикали.

Я внимательно рассмотрела сестёр. На первый взгляд совершенно одинаковые: обе с каштановыми волосами, собранными в простые косы, в скромных серых платьях, с веснушками на носу и карими глазами. Но, приглядевшись, можно было заметить различия: одна из девушек держалась чуть увереннее, её взгляд был прямым и любопытным, а другая казалась застенчивой, опускала глаза и теребила край фартука.

— Клара и Мари, верно? — улыбнулась я. — Рада вас видеть. Марта рассказывала о вас с большой теплотой.

— Это Клара, — застенчивая девушка указала на сестру, и я отметила, что голос у неё был мягким и тихим. — А я Мари.

— Мы очень благодарны за приглашение, госпожа, — добавила Клара. Её голос, напротив, звучал звонко и уверенно. — Тётя Марта говорила, что вам нужны горничные.

— Именно так, — подтвердила я. — Работы в поместье много, одной Люси не справиться. Надеюсь, вы не боитесь трудностей?

— Ничуть! — энергично воскликнула Клара, в то время как Мари просто скромно улыбнулась и кивнула.

Жозеф, их отец, вмешался, слегка подтолкнув дочерей вперёд:

— Девочки у меня работящие, госпожа. Грамоту знают, шить-вышивать умеют, с хозяйством справляются. Не пожалеете.

— Уверена, что не пожалею, — я ободряюще улыбнулась сёстрам. — Марта сейчас на кухне, она всё вам покажет и расскажет об обязанностях. А пока, Жозеф, не могли бы вы оказать нам услугу? Нам нужно привезти сено для лошадей и кое-какие строительные материалы из города.

Мужчина с готовностью кивнул:

— С радостью помогу, госпожа. Всё равно собирался заехать на рынок перед обратной дорогой.

Пока Пьер объяснял Жозефу, что именно нужно купить, я повела девушек в дом, где нас уже встречала удивлённая Марта.

— Милые мои! — воскликнула она, обнимая племянниц. — Так быстро добрались! Отец привёз?

— Да, он только что уехал за сеном и досками, — пояснила Клара. — Сказал, вернётся к обеду.

— Замечательно, — Марта оглядела их с ног до головы, явно проверяя, всё ли в порядке. — Ну что ж, пойдёмте, покажу вам дом и ваши комнаты. Работы здесь, конечно, невпроворот, но справимся.

Близнецы последовали за своей тётей, а я осталась в холле, размышляя о стремительных переменах в поместье. Всего пару дней назад здесь было пусто и заброшено, а теперь