Мастер Алгоритмов. ver. 0.4 - Виктор Петровский
С другими возникала обратная проблема. Некоторые сны оказались слишком легкими, нестабильными. Стоило мне вбросить нужную мысль, как пространство начинало плыть, меняться каждую секунду, вместо начальства выдавая то школьного учителя, то говорящую собаку, то еще какую-то дичь. Выцепить конкретные координаты из подобного киселя стоило немалых трудов, да и риск разбудить человека чересчур резким вмешательством постоянно висел надо мной.
И все-таки мы продвигались. Звено за звеном, я собирал имена, должности и лица, приближаясь к нужному мне человеку (но это не точно).
До тех пор, пока мы не уперлись в глухую стену.
Очередной контакт, суровый мужик с седыми висками, чей образ я старательно вылепил в памяти по итогам прошлого сновидения, на связь не выходил. Я мысленно тянул за сформированную ниточку, но на том конце отсутствовал отклик. Вообще ничего. Абонент (временно?) недоступен.
Я отпустил концентрацию. Процесс начинал меня утомлять.
— Не идет, — констатировал я, поворачиваясь к Баюну. — Образ четкий, привязка есть, а контакта нет. Может, защита какая-то стоит?
Фамилиар лениво почесал за ухом задней лапой.
— Да какая там защита, Дима, — ответил он расслабленно. — Все гораздо прозаичнее. Человек просто не спит.
Ну да. Действительно. Я как-то упустил из виду человеческий фактор. Ночь на дворе, но кто сказал, что всякий человек ложится спать в десять вечера после стакана кефира, и до самого утра не просыпаются? Мужик вполне мог сидеть над отчетами, проводить ночной допрос или что там они в таких организациях делают. А в бодрствующий разум без мыла не залезешь, тут мои полномочия заканчивались.
— Логично, — согласился я, разминая несуществующую шею. — Ждать, пока он соизволит лечь в постель, мы не будем. На сегодня сбора данных вполне достаточно, цепочку мы наметили хорошую.
— Тогда что? Потренируемся? — поинтересовался кот.
Я призадумался. Это было бы логично, сноходчество требует развития. Но с другой стороны, был у меня план поприятнее. И, вероятно, полезнее, что давало мне моральное право выбрать именно его.
— Нет. Илью хочу проведать.
Я сосредоточился на образе товарища, и связь с ним нащупал практически без малейшего усилия. Все познается в сравнении, и по сравнению с клерками, чиновниками и оперативниками, на которых мне начхать, дорога к Илье — практически идеально гладкое шоссе, а идти по ней — будто ехать на скоростной машине.
* * *
— То есть, ты сейчас вместо работы зависаешь на природе, в комфортном бункере Милорадовича, спишь до отвала и жрешь шашлык? — спросил Илья, с удовольствием пережевывая сочный кусок мяса.
Он, в общем-то, очень хорошо и емко суммировал мою текущую ситуацию. Тем самым шашлыком я и решил его угостить в этот свой визит, и овощами, конечно же. И хотя гости обычно не носят с собой еду, у нас с ним в снах установилась обратная традиция.
— Вроде того, — ответил я, устраиваясь поудобнее на краю крыши.
— Вот это жизнь! — Илья восхищенно покачал головой и потянулся за следующим куском. — Тоже так хочу!
— Ну, у меня там еще грядет нападение наемников, которое я не факт, что переживу… — напомнил я о небольшой ложке дегтя в этой бочке загородного комфорта.
Илья замер, делая вид, что всерьез задумался над моими словами. Скривил губы, посмотрел на мясо в своей руке.
— Думаю, оно того стоит, — хмыкнул он.
— Что есть, то есть, — ухмыльнулся я.
— А сам чего не налегаешь? — Илья указал шампуром на мою пустую тарелку. — Мясо же мировое вышло.
— Да как-то не хочется, — скромно улыбнулся я.
На самом деле причина в том, что после вечернего злоупотребления я теперь даже во сне смотреть на еду не мог, но признаться в этом было бы как-то стыдно. Организм Волконского сыграл со мной злую шутку, и теперь мысль о любом питании вызывала глухое отторжение. Но завтра это пройдет, с голодухи и не такое съешь, а шашлык все-таки получился хорош.
— Ну, как знаешь, — пожал плечами инженер. — Мне больше достанется.
— Достанется, сколько захочешь, — заверил я его. — Ешь, это ж сон. Я в любой момент еще нарисую, хоть целого барана на вертеле.
— Ловлю на слове! — он улыбнулся. — А что там с наймитами? Какой план?
Увы, на это я мог ответить только частично.
— Я окопаюсь как следует на местности, подготовлюсь, потом Милорадович сольет инфу о моем местонахождении. Контролировано. Долгая история, но князь рассчитывает поймать крота.
— О как. Думаешь, у нас в Министерстве такие водятся? — Илья нахмурился. — Ай, да конечно, водятся. Из наших-то коллег много кто мать родную продаст за тридцать сребреников — да какой там, за ломаный грош, да еще и отца сверху накинет!
— На самом деле, сомневаюсь.
— В продажности этих п… Плохих людей?
— Что ты, что ты, никогда! — я театрально поднял руки. — В том, что среди них есть кроты.
— Чего так?
— Понимаешь, какое дело. Из действий этого хрена, который меня преследует, я могу сделать предположение, что за ними стоит определенного толка человек.
— Сволочь?
— Вне сомнений, но главное — осторожная сволочь.
— Да, расстреливать кафешки, долбить из двенадцать-и-семь рядом с правительственным зданием, поджигать многоквартирники и посылать полтора десятка мудаков в полной затарке на бронеджипах в промзону выглядит очень осторожно…
— По-своему. Человек, который так действует, не боится, что на него выйдут. Его официально вообще скорее всего не существует, как и его бойцы — мертвые души.
— И?
— И такие люди, я полагаю, к минимуму стараются свести контакты с чужаками, и всякие хвосты подчищают. Плюс они в Каменограде, скорее всего, чужаки, и никого особо не знают. И как им выйти на человека в Министерстве, выяснить, что этот человек именно нужный, что он готов к сотрудничеству, ничем не рискуя?
— Взять в заложники его семью, — Илья пожал плечами. — Или самого его запугать до усрачки.
Я призадумался. А ведь и правда.
— А потом его убрать.
— Ну разумеется.
— Ладно. Допускаю.
— Вот именно.
Пока он расправлялся с угощением, разговор плавно перешел в рабочее русло.
— А по алгоритмам есть новости? — спросил Илья, вытирая руки. — Что с молекулярной этой всей темой? Продвинулся?
Я мысленно перебрал свои последние успехи в бункере. Похвастаться действительно было чем.
