Иван — укротитель драконов - Евгения Кец

так быстро отыскал голубой каштан? Он же такой редкий! Ты и правда настоящий герой!

— Пришлось потрудиться, — решаю не скромничать. — Хотя, вообще-то, это было не слишком сложно. С орками пришлось подраться, но мне это не впервой.

Почти не вру даже. А восхищённый блеск в глазах Серой Луны явно стоит того.

— О, морские звёзды, — томно вздыхает русалка, — позволь проводить тебя?

— Буду рад, — улыбаюсь.

Не спеша плывём к берегу, болтаем по дороге. Рассказываю о своём приключении, на всякий случай не упоминая дракона и всячески приукрашивая. Даже не знал, что могу так долго и красочно врать.

Рано или поздно наша прогулка подходит к концу. Оказываемся недалеко от берега. Уже прекрасно видно скалу, которой притворился Дрейк, и Сивку, бродящую вокруг. Лошадь тоже меня заметила и даже зашла по колено в воду.

Встречает. Приятно.

— Ну, вот и всё, — печально говорит Серая Луна. — Пора прощаться.

— Да, — соглашаюсь, — пора.

Не знаю, что ещё добавить. Вряд ли мы с русалкой еще когда-нибудь увидимся, так что прощаться действительно грустно.

Но Луна решает подсластить наше расставание. Неожиданно обнимает меня за шею и целует. От внезапности не удерживаюсь на плаву и вместе уходим под воду. Успеваю расслышать то ли возмущённое, то ли обеспокоенное фырканье Сивки.

В голове судорожно всплывают рассказы о том, как русалки под воду моряков утаскивали. Но Луна, похоже, не собирается меня топить. Выпускает из объятий и, махнув длинным хвостом и улыбнувшись на прощание, скрывается в морской пучине.

Глава 24

Взгрустнув, всплываю и прямиком на берег. Сивка мотает длинной гривой и копытом бьёт, а Дрейк недоверчиво поглядывает на меня.

— Что? — не выдерживаю пристального внимания.

— Нет, ничего, — отмахивается дракон. — Ты достал водоросли? — явно тему переводит.

— Да, — широко улыбаюсь, — и ещё много всего в придачу выдали. Фисс будет рад.

— Летим к нему? — спрашивает Дрейк.

— Да, — киваю. — Но может, сначала немного тебя уменьшим? — призывно потряхиваю авоськой с одуванчиками.

Дракоша облизывается и причмокивает, но потом мотает головой.

— Не, — говорит. — Как же я тогда вас с лошадкой повезу? Вдруг сильно уменьшусь?

— И правда, — соглашаюсь. — Полетели так.

Сивка, образно выражаясь, со мной не разговаривает. Понятия не имею, чем я её расстроил. Уже начинает казаться, что гнедая ревнует меня к русалке.

Глупости, конечно. Она же лошадь. Но ощущение стойкое.

Летим домой. Уже привычно стало сидеть на драконьей спине и смотреть на пролетающие далеко внизу земли. Мы летим так высоко, что реки и дороги кажутся тонкими ниточками. Даже столица, где я совсем недавно побывал, выглядит как муравейник под ногами.

Благодаря тому, что Дрейк не терял времени даром и научился лучше владеть своим врождённым навыком иллюзии, передвигаемся среди бела дня. Дракон притворился облаком и летел среди настоящих облаков, иногда поднимаясь выше их. На таких высотах холодно и тяжело дышится — но благодаря зельям я легко терплю неудобства. Сивка тоже приняла полезную микстуру, но после этого всё равно надменно фыркнула и отвернулась.

Я не стал выяснять, в чём дело. Тем более, гнедая говорить всё ж таки не может, и что-то узнать у неё затруднительно. Ничего, подуется и перестанет. На крайний случай — извинюсь за всё, когда будем прощаться.

Сразу становится грустно. Намного грустнее, чем во время расставания с русалкой. Всё-таки я, Сивка и Дрейк за эти несколько дней побывали в таких передрягах, что грех не подружиться. Совсем не хочется прощаться… но мне надо домой. А Фисс, я уверен, приглядит и за копытной, и за чешуйчатым.

Оставляю друзей, так сказать, в добрых руках.

За этими мыслями не замечаю, как стемнело, и что мы уже подлетаем к городу, где живёт Фисс.

Я подползаю к уху Дрейка и кричу, что надо переночевать где-нибудь, а уж с рассветом отправиться в город. Дракон кивает и закладывает вираж к скалистому острову, где располагается его пещера.

С тех пор как мы её покинули, ничего не изменилось. Сняв поклажу с драконьей спины, я выдаю лошади остатки овса. Та берёт торбу зубами и показательно оттаскивает вглубь пещеры, чтобы там поужинать в одиночестве.

Фи, какая гордая у нас кобылка.

Хрустя медовой грушей, я вновь показываю Дрейку авоську с пурпурными водорослями.

— А может, мне не надо уменьшаться? — он вдруг начинает сомневаться. — Я большой и сильный, орков есть могу…

— Да какие проблемы, — достаю из сумки фигурную раковину, полную перламутровых жемчужин. — Ты вот этих наелся, чтобы вырасти?

Жёлтые глаза Дрейка вспыхивают, а из пасти натуральным образом течёт слюна. Он кивает и тянется ко мне. Кажись, эти камешки для него и правда желанный деликатес.

— Э нет, — убираю жемчужины. — Ты и так огромный. Я к тому, что всегда сможешь стать больше, если захочешь, понял?

— Угу, — дракон кивает и громко сглатывает. — Ладно, давай сюда. Лишь бы не сильно уменьшиться.

— Тогда для начала одну, — достаю одуванчик из авоськи. — А ты когда вылупился, какой был?

— Ну как ты примерно. Немного меньше.

— А каким хочешь быть?

Дрейк открывает было пасть и тут же закрывает, глядя на меня в недоумении. Даже Сивка оборачивается, любопытствуя.

— Не знаю, — протягивает дракоша. — А каким надо?

— Давай попробуем, насколько маленьким ты можешь стать, — во мне просыпается любопытство. — Водорослей навалом, жемчужин тоже. Так что можем позволить себе эксперименты.

— Экскременты мне не нравятся, — мотает головой Дрейк.

Торможу пару секунд, а потом начинаю хохотать.

— Ты откуда слова-то такие знаешь? Не экскременты, а эксперименты… будем опытным путём выяснять, каким ты можешь стать.

Экскре… то есть, тьфу, эксперимент оказывается увлекательным. Сначала мы накормили Дрейка одуванчиками и уменьшили до таких размеров, что он смог поместиться у меня на ладони. Затем опять сделали величиной с гору. Насмеялись вдоволь — даже Сивка на какое-то время забыла про свои обиды и ржала вместе с нами.

В конце концов, оставили Дрейка размером чуть больше слона. Он вполне способен поднять нас с Сивкой и лететь — силы ему не занимать, даже когда он небольшого размера.

А потом мы уменьшим его и посадим ко мне в карман, чтобы всем втроём спокойно навестить Фисса.

Ложимся спать и наутро воплощаем свой замысел. Забираю параплан, чтобы не убиться, когда прыгну в портал. Ну всё, я готов…

Лиловая калитка открывается сразу же, как я в неё стучу.

Глава 25

— Дорогие мои!

Фисс бросается и сначала заключает в объятия меня, а потом обвивает руками шею Сивки и зачем-то целует её в лоб. Гнедая кажется удивлённой и смущённой. Даже как будто