Трактирные шалости - Ева Финова

— Ладно тебе, не хочет, пусть не говорит.

— Вдруг его из деревни прогнали, а? Вдруг он кого-нибудь убил, ограбил, м? Или ещё хуже, водит дружбу с нечистой силой? — упиралась мелкая.

— На все вопросы — нет. Но даже если и убил кого, то за дело.

— Так ты из княжеской дружины? — Илона поняла его ответ по-своему. — По тебе и видно, ручищи вон какие.

Она сделала знак, указывая на его мускулы. Как по мне — у Болъивана, если уж на то пошло, банки посолиднее будут.

Я усмехнулась из-за глупых мыслей в голове. Да уж, в моей прошлой жизни мужики немалые деньги отваливали на спортивное питание и качалку, чтобы иметь подобные формы, как у кузнеца или этого дружинника, судя по всему.

— Разве я сказала что-то смешное? — изумилась Илона.

— Нет-нет, я о своём подумала. И вообще, хватит уже допытываться. Садитесь есть, суп готов. А рагу чуточку позже, но вы можете начинать трапезу.

— А как же ты?

— Я не хочу суп. Дождусь рагу и присоединюсь, — прошла к шкафу и достала тарелки. — Давайте, не упрямьтесь.

Илона в последний раз зыркнула на нашего гостя недоверчивым взглядом, прежде чем со вздохом смириться с неизбежным — его обществом на ближайшие несколько дней.

Одно плохо, я сильно отвлеклась и поздно заметила исчезновение одного из кухонных ножей, того самого, который специально придавила пустым казаном. Ох!

Глава 15

«О чём я только думал, забирая нож с кухни?» — князь Энский посмотрел на скамью, стоящую у стены, и быстро понял — её кто-то намеренно подвинул.

Оглянувшись назад, он проверил — хозяйка трактира и настырная Илона мыли посуду — убирали со стола, а он вышел в зал, намереваясь подняться наверх. Однако кто-то явно вошёл внутрь, пока они были на кухне. Мстислав нутром чуял присутствие незваного гостя в большом тёмном помещении — свечи потухли от поднявшегося сквозняка, а заново их никто не зажигал.

Выхватив кухонный нож из-за пазухи, он до скрипа сжал рукоять, обвязанную тонким лоскутиком кожи. Но вот тихий знакомый свист в ответ подсказал — опасность миновала.

— Си-и-у… — услышал князь повторно, едва прошёл вперёд.

— Не здесь, — прошептал он преданному соратнику. — Пусть девицы поднимутся наверх, и я спущусь.

Три тихих стука было ему ответом. Приказ принят без возражений. Тем временем за его спиной послышались шаги и громкие шорохи.

— У-а-а-а! — зевнула Илона, совершенно не смущаясь. — Как спать охота…

— Иди отдохни, — посоветовала Вель. Она вышла следом из кухни и скользнула беглым взглядом по гостю, тоже хотела пройти к лестнице, но тут она заметила нож в его руке. — Так вот он где! А я уже перепугалась…

Она покачала головой с укоризной и обвинительно уставилась на нового работника трактира.

— Зачем взял? Что собираешься с ним делать?

Смущение так некстати случилось с Великим князем, когда он попытался придумать достойное оправдание собственному поступку.

— Да вот, для обороны взял, вдруг заявится кто злой.

— В такой глуши? — Вель недоумённо посмотрела на дверь. — А кстати, ранение твоё, я до сих пор не спрашивала подробности, но, надеюсь, проблем не возникнет? Преследования не будет?

Повернув лезвие в другую сторону, Мстислав медленно опустил взгляд, не желая врать.

— Этого обещать не могу, но я сделаю всё возможное, чтобы вас не задело.

— Уж будь добр. — Молодая худенькая светловолосая красавица совершенно не подозревала, как легко очаровывает окружающих одной лишь искренней улыбкой, одним добродушным наивным взглядом. — И нож верни на место, он мой любимый, я им овощи чищу и рыбу разделываю. Болъиван хорошо над ним потрудился.

Угрюмое «Угу» вылетело само собой. Вот уже в который раз Вель упоминала кузнеца и хвасталась его навыками. Неужели между этими двумя и впрямь что-то есть? И его жена не зря злится и ревнует?

Да он и сам был готов взревновать, вот только Вель этого совершенно не поймёт. Неприятное саднящее чувство пробежалось под грудиной. Боль тупая, неприятная.

Он просто смешон. Глупо ожидать симпатию к незнакомцу, свалившемуся на её голову новой проблемой. Для начала нужно заставить её довериться ему. Она должна увидеть в нём опору и незаменимого помощника, прежде чем он вновь осмелится предпринять более смелые действия, попробует рассказать о чувствах.

Скрипы на лестнице подсказали, что обе девицы ушли, а ему только и оставалось надеяться — Вель не будет его ругать за самоуправство. Ведь он поступил с той комнатой по собственному разумению. Завесил окно грязным покрывалом, которое ещё недавно носил сам. И даже отверстие, проделанное в центре для головы, пригодилось, нанизал тряпку на ветку и хорошенько привязал края к верхним и нижним крюкам, торчащим из стены между каменной кладкой.

Ветер, конечно, гулял, лучше уж так, чем оставлять комнату с открытым окном.

Вдобавок Мстислав перенёс матрас и стопочку вещей из шкафа Вель к себе в комнату, а не Илоши. Ему казалось, что так будет правильнее, но ровно до тех пор, пока сверху не послышалось недовольное:

— И где мои вещи, а?

Вернув нож на положенное место, откуда взял, князь поспешил подняться наверх, туда, где сверкая очами Вель влачила за собой матрас.

— Нет-нет, оставь здесь, а я, если нужно, посплю в коридоре или на лавке в зале.

Застыв на месте, хозяйка трактира вмиг утратила весь боевой настрой и в следующий миг уже спокойно проговорила:

— Ладно, так тому и быть. Сегодня поспим в одной комнате, а завтра я вернусь к себе.

Пожав плечами, Мстислав совершенно не возражал против подобного расклада и помог ей отнести этакий тюфяк обратно. Устроил его подле кровати.

— Устала я, отдохнуть хочу. — Вель указала взглядом на его руки, мол, давай быстрее.

— Ты на кровати, а я на полу. У меня одежда теплее, и я к такому привычен.

— Ну-ну.

Видно было, она ему не поверила, но противиться не стала. Подхватила собственное покрывало и подушку из стопки вещей, ныне лежащих на столе, и устроилась на кровати, когда осторожно разулась.

— Я сегодня лягу пораньше, хоть высплюсь, а ты, будь добр, не шуми, у меня очень чуткий сон.

Скупой кивок в ответ — и Вель с удовольствием закрыла глаза, укутываясь одеялом по самый нос. Немного помедлив, Мстислав позволил себе вольность — представил, как было бы приятно лежать рядом и обнимать эту строптивую, но добрую и очень милую девицу. Чувствовать теплоту её тела, целовать её в губы.

Будто почуяв его взгляд, молодая хозяйка трактира сморщила носик и недовольно повернулась на другой бок. Вспомнив о насущном,