"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хонихоев Виталий

— Что? — не поняла Юки: — как так? Меня пытались выдать замуж против моей воли, а сейчас строят такие вот… козни! Как ты можешь!

— Так, спокойно. Дыши глубже. Просто дыши, не надо вот этого… я холод терпеть не могу, обморожение, кстати еще хуже, чем ожоги заживает. — тут я лукавлю, но Юки это знать не обязательно. А то привыкнет морозными болтами швыряться. Вообще эту порочную практику «на Сине все равно заживет» — надо прекращать. Развели тут…

— Юки-сама… — Ая обнимает Снежную Королеву и у той смягчается лицо. Хорошо. А то я уже думал под стол прыгать.

— Смотри. — говорю я: — Да, пытались замуж выдать. Но — ошибку признали, извинились, в открытую признали, что хотят сотрудничать. И что будут принимать меры, но все только по твоей доброй воле. Да, немного схитрили, прислали тут Аполлона с прикрытием в виде Богини Страсти и Желания, но тут уж они себя не ограничивали. Договоренности своей они больше не нарушали, долги твои все погашены, тебе нет необходимости прогибаться. Так что, да — ты свободна в выборе.

— Именно! — говорит Ая, обнимая Юки: — но почему ты…

— И почему бы в этом выборе не дать шанс и кандидатам от семьи Мацумото? Судя по дядьке — не все они там гады и идиоты, это просто нам тут не повезло. А ты им важна — вон какие ресурсы сюда бросили. Это ж выдернуть двоих перспективных молодых людей, славу и гордость клана из Токийской элитной школы какой-нибудь и сюда — в ссылку, в Тмутаракань, в глушь. Ты вот представь себя на их месте? Ты то свободна в своем выборе теперь — а они? Вот кто поинтересовался — а хочет ли Акеми свои школьные годы провести, будучи отвлечением для твоих кавалеров, а буде нужно — и подстилкой? Хочет ли Атсуши всегда быть рядом с тобой и подставлять плечо, или может у него в Токио подружка осталась? Думаю, очень интересные ответы мы бы услышали… — сказал я. Подумал и все-таки стянул бутерброд. Есть хотелось жутко, а мы так и не сели чай пить с этими разборками.

— Как тебя послушаешь, так каждый раз все в голове переворачивается. — пожаловалась Юки.

— А вы его не слушайте, Юки-сама. — подхватила Ая: — он дурак. И кобель.

— Да, да. Он тут хотел эту… прямо на столе… а мы тут чай пьем. — поддержала ее Мико.

— Но каждый раз ты прав оказываешься… — задумчиво потерла переносицу Юки: — что ж делать то…

— Ну, Син плохого не скажет… — тут же переобулась в полете Ая: — он так-то дурак, но мысли у него правильные.

— По нему не скажешь, но он умный. Где-то глубоко внутри. — опять поддержала Мико. Я молчал и жрал бутерброд. Когда я ем — я глух и нем. Меньше слов — больше еды, вот.

— И что же тогда делать? — вопрос в пространство. Но каким-то удивительным образом он находит меня и я, поперхнувшись, глотаю чай, чтобы запить куски бутерброда. Ая оказывается рядом и без всякой жалости лупит меня по спине. Со всей силы, между прочим. Не могу отделаться от мысли, что это личное.

— Кхм. — откашливаюсь я: — жить. Что делать. И перестать относится к этим двоим как к говну. Они просто очень лояльные и вынуждены делать то, что им не очень-то и нравится.

— Но… а если вдруг мне понравится? — задает Юки вопрос.

— Ну так и прекрасно. — говорю я: — понравится, так вперед, попробуй. Сейчас не средние века, немного секса это хорошо для организма.

— Я не об этом! — краснеет Юки.

— И я не только об этом. Понравится — так понравится. Что за позиция опять «не буду делать то, что сделает меня счастливой, потому что это навязано?». Сейчас у тебя есть право выбора, а это самое важное право. Тут, конечно, куча подковерных интриг, но лично я считаю, что плевать на все эти хитросплетения. Знаете, какое самое верное средство от сумасшедшей любви?

— Какое? — интересуется Ая. Юки молчит, не к лицу Королеве такие вопросы задавать, но ей любопытно.

— Они поженились и прожили вместе полгода в однокомнатной квартире. — говорю я: — быт, грязные рубашки, один туалет, ты каждый день видишь свою любовь в исподнем, без косметики, она видит тебя, ее начинает раздражать как ты храпишь, вылавливаешь козявки в носу, дурацкие шуточки и друзья-идиоты. Тебя раздражает что она или слишком болтлива, или наоборот — молчит где не надо и вообще ты не подписывался на все это — выглядит она в быту совсем по другому. Начинаются ссоры, скандалы, он проводит все больше времени со своими друзьями в баре, а к ней начинает оказывать визиты молочник. Или лифтер там. Курьер. А то и все вместе.

— Брр… — поежилась Ая: — как страшно.

— Угу. Так что если захочешь вдруг от жуткой влюбленности и страсти избавится — добро пожаловать. Мы с Нанасэ переезжаем, но я старую квартиру сдавать назад не буду — на всякий случай. Могу так сказать и дать пожить тебе с твоей страстью полгодика. Мигом вся влюблённость пройдет.

— Вот почему ты… — говорит Юки: — почему ты так на Акеми отреагировал…

— Ну … и это тоже. Сразу перескочить романтику и получить все ужасы быта… конечно сперва был бы пик удовольствия, но и это — тоже необходимая стадия. — поднял вверх палец я: — вот вы думаете мне прямо охота с этой … Акеми покувыркаться?

— Да! — хором произнесли сестрички Сато, а Юки кивнула. Да, они так считают.

— Ну… хорошо. Да, охота. Но! Я бы сделал это не потому что хочу. Я бы сделал это во имя нашей дружбы, практически жертвуя собой во имя твоего, Юки, свободного выбора! Задвинув свои желания на второй план! Пожертвовав собой и бросившись грудью… на грудь.

— Да, там есть куда бросится. — задумчиво сказала Аю и покраснела, когда увидела обращенные к ней вопросительные взгляды: — я так, просто заметила…

— Вот, даже твои верноподданные в состоянии оценить ту степень опасности, которая … грозила мне. — сказал я: — думаете мне прямо хотелось в пасть зверя шагнуть?!

— Да! — опять хором. Я вздохнул. Что же, похоже меня тут хорошо знают.

Глава 15

Мы с Нанасэ переехали. Оказывается, в нашей небольшой, однокомнатной квартире было на удивление много вещей. На мой непосвященный взгляд половину можно было выкинуть, а еще одну половину — просто сжечь, но кто я такой, чтобы давать свои советы Великой Нанасэ-онээсан, которая вдохновилась переездом, покупкой новой мебели (три комнаты. Можно и мебель поставить, не все футоны на полу расстилать) и ремонтом. Так как на старой квартире была договоренность о том, что мы снимаем ее как минимум еще на полгода — то прямо сейчас мы с Нанасэ вроде как на двух квартирах сразу.

Кстати, новая наша квартира — через дорогу буквально, в том самом многоэтажном здании, что закрывало нам вид на залив. Теперь из окна (двенадцатый этаж!) видно все — и залив и старенький маяк на краю косы, далеко-далеко, и порт с его большими грузовыми кранами.

Сегодня выходной, но сестричка Нанасэ нашла себе работу — неподалеку есть офисное здание, некий «Северо-Восточный Рыбный Трест» и им срочно оказалась нужна Нанасэ. Подозреваю руку Акиры, это ж ее старое официальное место работы. Действительно, сестренка на работе не переутомляется, коллектив там, говорит, прекрасный, оплата достойная, а еще и отпуск оплачиваемый. И, конечно, все эти общественные нагрузки — типа выезда на природу всем офисом, посещение курортов с коллективными играми на сплочение и командный дух. И вот сегодня с утра сестричка чмокнула меня в макушку, сказала, чтобы я «был умницей» и «передавал привет Майко-тян» и умотала на какой-то там турнир по волейболу между офисными работниками. В каком-то загородном пансионате.

Пользуясь случаем, я решил собрать малое собрание у себя на новой квартире, лень что-то было до убежища ехать, да и людям новое место обитания показать. Тоже важно, случись что — все знают, никто искать не будет. Тем более, Акира сказала, что есть разговор и «на пару слов».

Так что я встал, прибрался (в этом хаосе переезда, прибраться означало — собрать вещи в кучу) и только начал думать, чтобы сообразить на обед, как раздался звонок в дверь.

— О! Уютненько. — оценила Читосе, проходя в дверь: — вот. Подарок. С новосельем, все такое. — она сунула мне в руки коробку. Так-с, принимаем, провожаем гостей в гостиную. Большая комната пока полностью лишена мебели, будем все делать на полу, но для японцев это привычно — Читосе сразу же вовлекается в «расставить все как полагается» и «накрыть стол». Стола, кстати, тоже нет — но ткань на пол постелили. У Читосе на бедре… нет, не кобура, а какая-то небольшая сумочка, прикреплена там же, где должна висеть кобура. Привыкает.