Первый Предтеча 3 - Элиан Тарс
— Лучшие из худших, — подтвердил я.
Она помолчала, глядя на свою «постель». Потом повернулась ко мне и тихо произнесла:
— Ты обещал рассказать. Про Антона. И про кольцо. И про…
— И расскажу, — перебил ее я. — Но утром.
— Сейчас, — с нажимом проговорила девушка.
— Утро вечера мудренее, — произнёс я и удивился тому, что мои слова прозвучали непривычно мягко даже для меня самого. — Ты провела несколько дней в подвале у Бестужева, тебя накачали дрянными зельями, держали под подавителем. Каналы повреждены. Я их подлатал, но для нормального восстановления нужны, как минимум, покой и сон.
— А ты? — чуть прищурилась она. — Что собираешься делать до утра?
— Посплю в «Егере» с остальными, — пожал я плечами.
Мирослава стиснула зубы и отправилась к импровизированной постели, а затем рухнула на нее, так и не повернувшись ко мне лицом.
Несколько секунд я смотрел на изящные изгибы ее тела. Затем снял тот плед, что висел между дверью и доской и укрыл девушку.
— Спасибо, — не оборачиваясь произнесла она, уже отрубаясь.
— Спокойной ночи, — ответил я, глядя на появившийся пролом.
Недолго подумав, я создал стену из воздуха, которая выглядела как грязное мутное стекло. Чтобы не тратить свою энергию, запитал ее на Место Силы.
Хм… а ведь можно так весь дом перегородками обустроить. Впрочем, это бессмысленная трата потенциала Природного Источника! Лучше купить брусков и фанеры.
Я усмехнулся и вышел на улицу.
Петрович и Игоша устроились в кузове «Егеря». Малец уже клевал носом, а дед негромко переругивался с радиоприёмником, пытаясь поймать волну. Увидев меня, Петрович кивнул:
— И вы к нам, Антон Игоревич?
— А как же.
— Ну добро, — улыбнулся он. — Все вместе, как всегда! И завтракать будем вместе — утром у Галины оладьи сделаю, — пообещал он, а потом подумал и добавил: — Если, конечно, наша орда до утра муку не сожрёт.
Я расстелил брезент у борта и лёг.
Рух сидел на крыше дома, подальше от края, чтобы лишний раз не попадаться на глаза. Как я понял, он не очень любит долго находиться в невидимости — куда проще ему просто спрятаться и «подгасить» внешний жар.
И всё же я его чувствовал. Присутствие старого друга ощущалось через Руну тёплым мерцанием.
«Спи, Первый, — донёсся его мыслеголос. — Я на посту».
«Буди, если что».
«Разумеется. Если будет что стоящее. А если прибежит крыса — сам съем. Даже не думай, что стану делиться».
Я хмыкнул и не стал доказывать Руху, что его трофейная крыса меня не интересует — всё равно сделает вид, что не поверит.
Где-то рядом негромко переговаривались часовые. В «Волке» возился Лапа, которого всё ещё корёжило от элексира. Каменный Мишка неподвижно стоял у забора.
Нелепо, тесно и совершенно несолидно для возрождающегося графского рода.
Но это — временно. Завтра подлечу бойцов. Поговорю с Мирой. Возможно, разберусь с документами на землю.
А пока мне нужны хотя бы четыре часа сна.
Я закрыл глаза и провалился в темноту.
* * *
Во время погони
Стальной Пёс нетерпеливо всматривался вперёд через лобовое стекло.
Люди Северского отстреливались как бешеные. А эти воздушные щиты, которые гасили пули прямо в полёте… Игнат видел подобное на показательных учениях имперской гвардии. И там это делал одарённый в чине полковника, с тремя десятилетиями боевого опыта.
Как мелочь Северского может исполнять подобное?
Затрещал телефон, но Игнат не обратил на это внимания — кому надо, свяжутся через рацию.
Все мысли Стального Пса были о нём — о Северском!
А!!! К черту!!! Сейчас бойцы Пса наконец пробьют одну из этих защит, попадут по колесам, и Северскому уж точно будет не уйти. И плевать, что несколько машин выведены из строя — уже можно будет добежать пешком! Окружить Северского и его мелюзгу, и тогда…
Телефонная трель окончательно выбила Игната из колеи. «Что за идиот не может пользоваться рацией⁈»
— Да! — рявкнул он в трубку, даже не прочитав имя звонившего. — Чего надо⁈
На том конце протянулась холодная секунда тишины.
— Повтори, — произнес Андерсон ровным голосом.
Игнат зажмурился. Идиот! Кретин! Что ж ты творишь, Стальной Пёс!
— Прошу прощения, Господин, — испуганно проговорил он вслух. — Внимательно вас слушаю.
— Вот так лучше.
— Мы перехватываем Северского, — спешно отчитался Игнат. — Есть потери, но…
— Хватит, — оборвал Андерсон. — Забудь про Северского. Бери все машины и гони на Дунайку. Брагинские прознали, что мы перебросили силы к усадьбе, и решили под шумок прощупать наши склады на юге. Если мы потеряем Дунайку, я потеряю терпение. Это понятно?
— Но, Господин, Северский… Мы можем его перехватить и… Если прямо сейчас…
— Игнат, — в голосе Андерсона прорезалось что-то такое, от чего Стальной Пёс невольно выпрямился. — Ты меня слышал?
— Слышал, Господин.
— Тогда выполняй. А насчёт Северского не переживай. — Андерсон помолчал, и Игнат буквально услышал, как тот усмехнулся. — До меня дошли слухи, что наш молодой дворянин скоро обзаведётся недвижимостью. Это всё упрощает. Пока он был бродягой без адреса, с ним действительно было сложно. Но если он решил стать серьёзным аристократом, то пусть и отвечает как аристократ. А у нас для таких найдётся множество способов. Поверь мне.
Андерсон отключился. Игнат несколько секунд слушал гудки, потом медленно убрал телефон.
«Ничего, — подумал Игнат. — Обустраивайся, Северский. Обзаводись домом, нанимай людей, пускай корни. Чем глубже пустишь, тем больнее будет, когда я их вырву».
Глава 5
Рух разбудил меня коротким мыслеобразом. Я открыл глаза в полутьме кузова «Егеря», пару секунд анализировал данные от Руны Ощущения и, не уловив ничего излишне тревожного, сел на пол. Игоша сопел рядом, свернувшись калачиком. Петрович похрапивал у противоположного борта, натянув плед до подбородка.
Пять часов сна. Для древнего Предтечи, пережившего вчера штурм, погоню и ночёвку в кузове грузовика, вполне достаточно. Нынешнее тело мной уже давно не воспринималось чужим, оно всё лучше привыкает и к моим нагрузкам, и к методам восстановления.
— Первый! — взволнованно прошептал появившийся перед кузовом Цицерон. — Там…
— Знаю, — оборвал его я. — Скоро буду.
Бесшумно перемахнув через задний борт, я спрыгнул на землю.
