Джон Мини - Фактор жизни

– И я тебя, – ответил Том, – к сожалению…

– Кто ты теперь? Вольноотпущенник? – Ставрел ухмыльнулся. – Кого ты ограбил, чтобы так разодеться?

Том ощутил знакомое по старым временам покалывание в спине.

– Я с тобой разговариваю. – Ставрел вытер тыльной стороной ладони под носом. – Я слышал, ты занимался борьбой. Значит, теперь можешь дать мне сдачи, да?

«Искаженные слухи или он принимает меня за кого-то другого? – подумал Том. – Я просто не могу в это поверить».

На его губах расцвела нежная улыбка. У него было такое чувство, будто разом наступили все дни рождения. И годовщины восхождения в ранг лорда в придачу…

– Слушай-ка, малыш… – Ставрел осекся.

Перед глазами возникли алые стрелы-целеуказатели, но Том постарался не обращать на них внимания: он сейчас не нуждался во вспомогательных средствах защиты.

– А-а, ладно… – Ставрел уже не смотрел на него так пристально, глаза его забегали. – Пойду поищу моих товарищей.

Том отодвинулся в сторону и пропустил его. К нему подошел один из охранников:

– Я думал вы убьете его, милорд!

Том покачал головой:

– В этом нет необходимости.

– Потанцуем, милорд? – К нему подошла невеста. Трилина скромно опустила глаза, но ее щеки раскраснелись от радости.

– С удовольствием!

Том последовал за нею на круглую танцплощадку. Он искал Дервлина, полагая, что сразу заметит медно-красную шевелюру в толпе, но того нигде не было видно. Зато Эльва самозабвенно кружилась в танце со своим братом Одомом.

– Спасибо за то, что пришли, милорд!

– Называй меня Томом, пожалуйста.

В волосы Трилины были вплетены алые ленты, а на рукавах сделаны прорези. Одом был подпоясан широким поясом из алого же материала.

– Замечательная свадьба, – добавил Том, и они присоединились к танцующим.

Гости танцевали под сложную мелодию, воспроизводимую встроенной музыкальной системой. Похоже, кадриль… Тому понадобилось некоторое время, чтобы узнать немного измененную мелодию – это была «Песенка о буровой скважине».

И он едва не упал.

– С вами все в порядке, ми… Том?

– Чуть-чуть устал. Мне надо присесть.

«Слишком много воспоминаний», – добавил он про себя, поклонился и оставил новобрачную. Взял стакан искрящейся воды с буфетного стола и отошел в сторону, прислонился к каменной стене.

Некоторое время он наблюдал за танцующими, но затем музыка стихла, и гости захлопали при виде Дервлина, выходящего на маленькую сцену из-за расшитого золотом и серебром занавеса.

– Я приготовил небольшую речь. – Дервлин вытащил огромную имитацию инфокристалла из кармана и сделал вид, будто собирается включить дисплей. – Поскольку я знаю Одома много лет, то мне известно много интересных историй из его детства, о которых, он, скорее всего, даже не рассказывал дорогой Трилине…

По залу прокатилась волна смеха, раздались ободряющие выкрики.

– К примеру, о том, как пятеро сестер Тилдрилли взяли его с собой, чтобы показать туннель…

«Удар ниже пояса», – подумал Том, но тоже засмеялся со всеми вместе. Потом осушил второй стакан с водой.

– Или о том, как он…

Янтарный луч рассек пространство зала.

Затем раздался глухой удар.

«Что происходит? – успел подумать Том. – Это же взрыв!»

А потом ударная волна бросила его на пол.

В воздух взвились клубы пыли. Со всех сторон послышались крики и стоны.

– Милорд! – Руки охранника подняли его. – Что это за чертовщина?..

Том видел сведенные от боли скулы людей. И теплую кровь, текущую повсюду.

– Пойдемте, милорд!

Спотыкаясь на валявшихся под ногами глиняных черепках, они выбирались из этого хаоса.

– Со мной все в порядке! – Он оттолкнул руки охранника.

– Дживрин погиб! – Охранник указал на растерзанное тело.

Том увидел остекленевшие глаза, уставившиеся в никуда.

«Это же один из моих людей, – понял он вдруг. – А я даже не знал его имени».

Люди вокруг или бежали с криками прочь или молча пробирались вдоль стен. Том укутал лицо плащом, чтобы не задохнуться от пыли.

Широкоплечий мужчина с медно-рыжими волосами легко перешагивал через обломки, зажав под мышками по ребенку.

– Дервлин! Подожди!

– Маленький Том? – Дервлин едко усмехнулся. – Все вырастают… Возьмите-ка лучше этих детей.

Снаружи послышались отдаленные крики и шипение. Вновь полыхнул огонь.

– Что происходит? – Том взял за руку маленькую девочку; охранник сгреб в охапку другого ребенка.

– Милицейский наряд.

– Чтоб их Хаос взял!

Том огляделся вокруг: среди всеобщей неразберихи было все же заметно движение людей в глубину зала.

– Идем, Том. Придется отложить наши воспоминания о старых временах.

Помогая себе руками и коленями, люди пытались проползти сквозь небольшое отверстие в полу. Оно должно было вести в служебную шахту.

– Сколько у нас здесь обученных членов ячейки, способных на боевые действия? – спросил Том.

Снаружи раздался предсмертный крик, который тут же оборвался.

– Не стоит говорить «у нас», парнишка. – Дервлин взял в правую руку гразер погибшего Дживрина, в левой руке он держал только черную палочку для барабана. – Ты уберешься отсюда.

Вокруг слышались глухие стоны раненых и покалеченных.

Том распахнул плащ и отбросил его в сторону.

– Я уберусь?! – Он отпихнул гразер, протянутый ему одним из уцелевших охранников. – Спасибо, я не люблю шума, который они производят. А вот если вы накроете шквальным огнем вон тот участок, – Том указал, – то я смогу выбраться отсюда через боковой туннель. И тогда я благополучно смогу обойти их сзади.

Дети, которых спас Дервлин, испуганно моргали и таращились по сторонам.

– Ты так ничего и не понял, мой мальчик?

Застыв, Том поднял глаза на Дервлина. Несмотря на то что снаружи возобновилось шипение гразеров, он готов был расхохотаться: уже много лет никто с ним так не разговаривал.

– Ведь, скорее всего, они пришли за тобой, Том. – Дервлина передернуло. – Ты не думал о такой возможности?

Том застыл.

«Неужели это моя вина?» – подумал он. И вынужден был согласиться с тем, что Дервлин, похоже, прав.

Милиция вполне могла обладать лишь частью информации. Они знали, что к ним в лапы может попасть один из руководителей «Лудус Витэ», в голове которого хранятся бесценные стратегические планы… но они не знали, кто он.

А он, глупец, не учел такой возможности и не соблюдал законов конспирации.

«Это моя и только моя вина», – думал он.

А Дервлин, похоже, хорошо представлял себе сложившуюся ситуацию. И по его мнению, Том должен был уносить ноги. Что ж, судя по всему, Дервлин кругом прав…