Джон Мини - Фактор жизни

– Было бы странно, – сказал он, – никогда не побывать больше во владениях леди Даринии.

– Значит, едем на родину?

– Я думаю, да.

Том попросил Жака сопровождать его. Но Жак был слишком занят налоговой реформой и руководством комитетами – делами, которыми в других владениях обычно занимались лорды.

Стоило только заглянуть на склады и ознакомиться с распределением доходов, чтобы увидеть, как последователен и упорен Жак, исполняя вверенные ему обязанности. Если бы они не отчисляли средства в фонд организации «Лудус Витэ», владение уже в первый год могло бы получить потрясающие прибыли.

Два арахнаргоса, взятые напрокат у лорда Шинкенара, висели над внутренним двориком дворца Тома. Небольшие чемоданы уже были помещены в грузовой отсек грудного отдела.

– С шиком возвращаетесь на родину, милорд. – Жак пришел попрощаться с отъезжающими.

– Точно.

Эльва быстро обняла Жака на прощание и отошла к одному из грузчиков.

– Я уезжаю, Жак, – сказал Том и сам подивился своим словам. – Следи тут за моим владением.

– Да, милорд.

Том ухватился за тонкое щупальце, и оно подняло его наверх. Он глянул вниз и заметил, что Эльва целует грузчика.

«Аи да Эльва!» – он усмехнулся.

Эльва подняла голову, увидела, что Том смотрит на нее, и передернула плечами. Потом ухватилась за щупальце и поднялась вслед за хозяином. Щеки ее слегка порозовели. Она всячески избегала его взгляда, когда Том помогал ей устроиться на месте.

– Ах эта пылкая любовь, – пропел он.

И не смог удержаться от смеха, когда она из розовой стала пунцово-красной.

Том долгое время занимался исключительно смертоносными планами. И вдруг обнаружил, что ему трудно теперь думать о делах, которые бывают в обычной жизни: женитьбы и похороны, ежедневная работа, хождение по торговым лавкам («Черт, я же не купил подарок брату Эльвы!»), тривиальные перебранки и споры, случайно подсмотренные забавные сценки… В общем, все то, что составляет радости и неприятности нормального человека.

– Как красиво! – Эльва сидела рядом с Томом.

– Конечно. – Том выглянул из мобиля наружу и увидел огромный квадратный в поперечном сечении проспект: дома, построенные из белого и розового мрамора, массивные скульптуры, движущиеся в воздухе. – Ты раньше не бывала здесь?.. Это Рилкер-Бродвей, названный в честь отца леди Даринии.

Эльва была родом из этого владения, но она впервые путешествовала по Первой страте, и глаза ее были широко раскрыты от изумления.

Когда они поднялись к внешнему входу во дворец, их уже ожидали два десятка слуг.

«Что они обо мне думают?» – спросил себя Том. И не нашел ответа.

Безучастное выражение лиц скрывало мысли слуг.

Процессия двигалась по знакомому, обставленному с роскошью коридору, а Тома преследовала одна и та же мысль: «Интересно, знают ли они, что я был одним из них?»

Стены были отделаны перламутром, и окружающая обстановка, по мере приближения к внутренним покоям дворца, становилась все богаче.

И кругом сияние. В какой-то момент легкая рябь пробежала по ближайшей стене. Пробежала и замерла.

Том улыбнулся. Как будто его узнали…

Его собственная свита насчитывала девять человек: Эльва, четыре воина, двое слуг в ливреях лорда Коркоригана и две горничные. Гостевой номер был достаточно большим, чтобы можно было разместиться всем, но слуги не привыкли оставаться в тех же апартаментах, что и хозяева, и им выделили другое помещение.

Увеличенная триконка с текстом приглашения висела в воздухе, располагаясь точно в геометрическом центре прихожей. Том сделал управляющий жест, и она развернула перед ним подробную информацию о небольшой вечеринке, которая должна была состояться поздно вечером в бальном зале рядом с апартаментами леди Сильваны.

– Пора, милорд, – напомнила Эльва.

– Идем.

Один из слуг подал Тому его старый плащ, и Том натянул его на себя. Улыбнулся, будто встретился с другом детства. Немного помедлив перед дверной мембраной, погладил ладонью стену и задумчиво произнес:

– Хорошо оказаться дома.

Не обращая внимания на вопрошающий взгляд Эльвы, он вышел в коридор. Четверо воинов тут же поспешили следом.

– Не думаю, что Труда появится здесь. – Том не видел старуху со времени своего вступления в «Лудус Витэ».

Эльва покачала головой:

– Насколько я знаю, она сюда не собиралась.

Они пришли в круглую, отделанную бронзовыми панелями залу с нависающим плоским потолком, и Том воспользовался контрольными кодами кольца, надетого на большой палец. Пол тут же стал медленно поворачиваться и двигаться по спирали вниз.

Спуск на Вторую страту занял целую минуту.

Добродушно посмеиваясь, Том вывел свою спутницу в богато украшенный коридор. Хотя он был и меньше коридора наверху, но также отделан темно-красным перламутром в сияющей оправе. Обстановка была такой же богатой, как и везде.

Эльва и четверо воинов сняли свои форменные рубашки и вывернули их наизнанку, пестрым узором наверх. Узоры на рубашках были у каждого разные, но все они флюоресцировали, а сочетание цветов на них было ярким и безвкусным.

Броско, и в то же время хорошая маскировка.

Том снял кольцо с большого пальца и спрятал его внутрь пояса. При спуске было несколько проверок службой безопасности, и он, по настоянию Эльвы, использовал свои дворянские привилегии, позволив сопровождающим его людям пронести с собой карманные гразеры.

При таком способе путешествия труднее было сохранить анонимность, но он всегда мог оправдать это путешествие ностальгией.

– Теперь мы больше походим на гостей, приглашенных на свадьбу, – заметила Эльва.

Пока они шли, четверо воинов, охраняя своего законного лорда и главу его службы безопасности, постоянно сканировали все окружающее пространство и все время держали наготове оружие.

Они спустились на пять страт вниз и остановились на рыночной площади возле одного из лотков. За приглянувшийся ему красивый кубок Том не колеблясь выложил купцу такую сумму, на которую Коркориган-старший мог бы прокормить семью полгода.

– Как думаешь, подойдет для подарка? – спросил он у Эльвы, пока дочь купца упаковывала кубок.

– Это замечательный подарок. Моему брату понравится.

– Ну и отлично.

Позже, когда они продолжали спуск вниз, Том сказал:

– Я даже не знаю, как зовут твоего брата и его невесту.

Эльва протянула маленькое, сделанное из олова и меди приглашение.

– Невесту зовут Трилина Ю’Скэрин. А моего брата – Одом Штрелстхорм.

– Ю’Скэрин? – Том нахмурился. – Мне кажется у Арланны такая же фамилия, не так ли?