Владимир Петров-Одинец - Нечаянный колдун

— «А подыграю!» — подстрекнул легкий хмель, завладевавший им:

— Дык! Холостой, стал быть!

— О! Заговорил, великий немой, отважился! Постигай, Леночка — он на подначки отзывается. Нуте-с, сударь, а что есть — холостой в русском языке? Семантику ведаете? Оцените, барышни, сколь усердно идет поиск верного определения — чело избороздили морщины, пот прошиб вьюношу… Ну, сокруши нас познаниями!

— Незаряженный!

— Ошибочка Ваша, сударь! Господин Даль зафиксировал следующее — не делающий нужной работы. А если уж совсем точно, по истинному смыслу — ты же врач, знаешь термин холощение? — не исполняющий функцию размножения! Леночка, не красней, ты дама замужняя, стесняться не имеешь права. Если через год вы нас на крестины не пригласите — стыд тебе, Александр, и позор!

Вмешалась Надежда:

— Пригласят. Если не передумают.

Лена совсем запылала от смущения, на что Федор среагировал мгновенно:

— Учись, Леночка, как надо! Вот что значит настоящая ведунья — увидела, хоть ты еще и не знаешь….

Матвеич свое мнение на этот счет не высказал — привык отмалчиваться. Всё могло быть, с точки зрения медицины, ведь четыре ночи они уже провели вместе, и не только держась за руки. Лена поступила просто и очень естественно — уложила Сашу в постель, а потом пришла туда сама. Как отреагирует молодой, здоровый парень на появление в постели горячего женского тела? Обряд слияния тел начался практически немедленно, что вполне естественно — при обоюдном-то желании! Длился этот приятный процесс почти беспрерывно, во множестве повторений. Наутро, на простой вопрос, в каком качестве госпожа Кичигина рассматривает доктора Горлова, ответ последовал такой же простой — как любимого мужчину. И всё стало на свои места. Так что гадать, будет ребенок или нет, он не собирался — детей нужно много! Лена про Ванечку знала, даже съездила с Матвеичем на могилку. Его поразило, что там, подсунутый под обечайку фотографии, сохранился конвертик с лениной запиской. Надо же, насколько методичными были её поиски. А он, кобель, в это время с Полинкой кувыркался!

— …плодитесь и размножайтесь! За вас, ребята! Подарок сделаем летом, как снега сойдут, — Федор продолжал тост.

Еда была хорошей, вино вкусным, беседа задушевной — чего торопиться? Нарастающий шум гульбы и ресторанные песни, деградирующие в откровенно кабацкие, оставались далеко, в центре зала, почти не мешая. Разговор шел о совершеннейших пустяках, когда к столу подошел высокий мужчина, не совсем трезвого вида:

— Я, конечно, извиняюсь, но хочу пригласить девушку на танец!

— Извините, нет, — отрезал Матвеич.

Мужчина повысил голос:

— А почему, интересно? Вот ты, кто ты такой, чтобы мне отказать? И вообще, я с деликатным подходом не к тебе, а к ней…

Назревала драка. Понятно, местный «авторитет» раскручивает конфликт. Матвеич прикинул — в схватке шансов не предвиделось, слишком трудно свалить такого слона голыми руками. Да и надо ли? Подкрепление не замедлит явиться. А если просто приказать, как Малому? Сумеет ли он справиться с мозгом этого гиганта? Попытка не удалась — то ли мозга совсем нет, то ли остатки его утонули в алкоголе.

Выручила Надежда. Она встала, подняла руку перед «слоном»:

— Смотри на меня. Ты хочешь спать, тебе не до танцев…

Голос звучал низко, вызывая вибрации на уровне желудка. Агрессивность сошла с лица гиганта, появилась растерянность. Оглядываясь, мужчина просительно сказал:

— Извините, а где? Это… Опа, во я вперся к чужакам, блин. Я свой стол потерял… Заблудился… Щас… А, понял! Пардон, ошибочка вышла…

И ушел. Настроение было испорчено, но мужики еще выпили, прежде, чем уходить. Рассчитался Федор, поразив Александра толстенным бумажником.

— Федор Петрович, если не секрет — откуда дровишки?

— Из лесу, вестимо. Народ, вишь, приносит, а я и беру, — совершенно в стихотворном размере отозвался тот.

— Народ?

— Я под знахаря работаю. Нарисовал себе диплом от ассоциации знахарей и ведунов — мифической, ессесно! — покрасивее, дал пару объявлений, антураж создал соответствующий — и готово! Диагностика за Надей — она их смотрит, пока народ в приемной сидит, а лечение — за мной. Энергетический массаж, костоправство, всё без халтуры, на полном серьезе. Травок в аптеке набрал, а отваров и настоев наделать — труда не составит. Народу легче становится, у меня официальный заработок появился. Вот так-то! А ты думал, я банк грабанул?

— Нет, просто спросил, — засмущался Матвеич, ведь такая мысль промелькнула сначала.

— Эх, Александр, даже врать не умеешь! Нет, парень, так вовсе не годится. Тебе и этому учиться надо, и срочно!

— Оно мне нужно? — пожал плечами Александр.

Ему основательно надоело, что каждый норовит ткнуть мордой в неумение, как щенка, сделавшего лужу на полу. В конце концов, ему уже не семь лет, да и закончил не только школу! Можно подумать, вся страна умная, один он — неуч! Так и сказал Федору. Тот возразил:

— У меня с тобой большие надежды связаны, а ты — как пень еловый для топора, любое предложение вязнет!

Матвеич вспылил:

— Задрали вы меня, ей богу! Раз я такой тупой и неумелый, чего вы ко мне вяжетесь? Всё, я с вами в расчете, и хватит меня поучать!

Женщины, уже выходящие на улицу, одновременно обернулись на его выкрик. Лена быстро подошла, взяла под руку. Надежда пристроилась со второй стороны:

— Мальчики, не надо ссориться! Федя, ты опять горячку порешь? Я же просила!

— Да ну, просто сказал, а он — на дыбы. Раскипятился, самовар сибирский…

Матвеич отмолчался. Разошлись с Федором, холодно пожав руки. Женщины расцеловались по полной программе меж собой и расчмокались с угрюмыми мужиками. Так хорошо начавшийся вечер провалился окончательно…

142

Горлов выпал из воспоминания о поездке в Николаевск внезапно, словно получив оплеуху. Тусклое сознание Ивлева лоцировалось внизу, а рядом двигались два чужих. Почти не напрягаясь, Матвеич усыпил сильного и мгновенно прочёл слабого чужака — такой энергией напитали его: Грег Свенсон, стажер, боялся провала, хотя и научился делать многое! Пить водку, не пьянея, вести разговоры ни о чем, пользоваться тайниками и цеплять микроскопические микрофоны-«жучки». Усыплять струей газа и незаметно делать инъекции снотворного. И не только снотворного. Этому пленнику вкололи новый наркотик, имитирующий алкогольное опьянение, на всякий случай. Не заметить в нем признаки жуткого похмелья — надо быть совсем слепым! Русские менты и военные снисходительно относятся к таким бедолагам. Но кто же его увидит? Дипломатические машины и грузы не досматривается, а до места чуть больше шести километров. Там пленника перегрузить в контейнер, опломбировать — и всё!