Андрэ Нортон - Принц приказывает

Майкл Карл разглядывал юношу. Знакомое лицо… Может, офицер, которого он видел на улице или в соборе? Нет, не похоже. Такой парень не стал бы связываться с бандой Кобенца. Наверное, он видел его в горном лагере Ульриха Карла.

Кстати, а где он сейчас? Майкл Карл откинулся на спину и стал разглядывать зелёный полог над головой. Последнее, что он отчётливо помнил, это как он стоит в соборе, король обнимает его за плечи, и вдруг колонны как-то странно завертелись.

Майкл Карл посмотрел на зелёный бархатный полог между резными кроватными столбиками. Прямо перед ним стоял другой стул, а в нём спал человек-волк. Свою волчью маску он сбросил, голову положил на руки. Принц посмотрел на него: ему стало ясно, что тот ещё долго не сможет сидеть и вообще какое-то время будет неинтересным компаньоном.

Юноша с трудом повернул голову. Половина лица сильно болела; потрогав щеку, он обнаружил, что та плотно забинтована.

В другой части комнаты оказались еще два таких же стула, длинный стол с резной сценой охоты вдоль всего края и тяжёлый сундук. Над столом, уравновешивая юношу-охотника, внесла другая картина в тяжёлой раме. С неё на принца смотрел тоже юноша, но в его высокомерном взгляде не было улыбки, не улыбались и тонкие губы.

— Весьма неприятная личность, — проговорил Майкл Карл вслух, разглядывая портрет.

— Таким он и был, приятель. Я хорошо был с ним знаком, — в ногах кровати стоял король, человек-волк продолжал спать.

Майкл Карл без удивления посмотрел на своего двоюродного брата. Он уже привык к таким неожиданным появлениям.

— Кто он такой?

— Наш дед, покойный король. Хотелось бы найти хоть одного человека, которому бы он нравился. А это, — он кивнул на картину с юношей-охотником, — принц Эрик, твой отец. Ты удивительно похож на него. Вполне мог бы послужить твоим портретом. Как себя чувствуешь после завоевания города?

— Хорошо. Послушайте, я хочу встать.

— Всему своё время. Ты нас испугал, молодой человек, когда решил так картинно потерять сознание в соборе.

Урич ужасно рассердился на меня за то, что я не послал подкреплений раньше. Ты привлек на свою сторону множество поклонников, приятель. Мне следует как можно быстрее взять у тебя клятву верности: если ты решишь восстать, я окажусь побеждённым, прежде чем пойму, что случилось. Как тебе нравится быть героем?

— Чушь! Что вы сделаете с Кобенцем и остальными?

Глаза Ульриха Карла перестали смеяться, подбородок его, казалось, заострился.

— Кобенца будут судить за измену и убийство архиепископа. В любом случае мы с ним покончили. Остальные, вероятно, отправятся в изгнание.

— А Иннесберг?

—. Сдался сегодня утром. Угроза прекратить подачу воды заставила их пойти на переговоры. После того, как при взятии крепости был убит Камп, у них не осталось настоящего предводителя. Конечно, неприятности на юге не закончены, но это можно предоставить Иоганну. Он неожиданно продемонстрировал железную руку в наведении порядка, чем вызвал большое уважение и благоразумный страх.

Дворцовую гвардию я распускаю. Моей личной гвардией будет волчья стая, а иностранный легион разместится в крепости. На него я вполне могу положиться.

Кстати, часть твоей гвардии, оставшаяся верной Совету, просит пощады и мира. Я ответил, что это решать тебе.

— А что с Лауптом и Кафнером?

Гладкий лоб короля прорезала легкая морщина.

— Мы не можем их найти. Я знаю, что они не покинули страну. Они меня тревожат. Лаупт был мозговым центром всего дела, и я не усну спокойно, пока он не будет под замком в Львиной башне.

— Вы его найдёте, — заверил брата Майкл Карл.

После взятия Рейна он твердо верил, что этот высокий молодой человек, без всякого чванства сидящий на его кровати, может сделать всё, что захочет.

— А теперь расскажите, как вы взяли крепость, — попросил он.

Глава тринадцатая Кто владеет Рейном, тот владеет Морванией

— Нет, — тут же поправился юноша, — лучше расскажите, как вы так быстро изменялись: из Оборотня в американца, из американца в короля. Я не люблю историй, которые начинаются с середины, и…

— Хочешь знать начало и конец? — подсказал брат. — Ну, всё это результат неверных решений покойного, но не оплакиваемого короля, нашего не вызывающего симпатий деда. Он был настоящим тираном и брал пример с отца, Фредерика Великого. Не стану говорить, что он швырял тарелки в принцев крови или рвал на них одежду, но он сделал всё, чтобы превратить крепость в ад для своих близких.

Он довёл до смерти жену и взялся за сыновей. Однажды утром явился завтракать и набросился на принца Эрика, твоего отца. Эрик, конечно, был младшим сыном и вообще не хотел садиться на трон, поэтому он подождал, пока старик замолчит, чтобы перевести дыхание, и ответил ему, закончив заявлением, что отправляется в Америку и хочет посмотреть, как отец попробует остановить его.

Король сидел молча, он был ошеломлён, как кошка, избитая мышкой, с которой она думала поиграть. Принц Эрик хладнокровно закончил завтрак и сказал, что идёт паковаться. Отец не пытался удержать его, может, почувствовал уважение к единственному члену семьи, который посмел ответить ему, а может, просто от шока временно не был способен действовать.

Эрик попрощался со всеми, включая брата, коронного принца Стефана. Последнее, что он сказал Стефану: посоветовал убираться отсюда, пока ещё возможно. Однако у Стефана были здесь определённые привязанности, не последняя из которых — твой покорный слуга, который в то время поднимал ужасный шум в королевской детской.

Принц Эрик успел перейти границу, когда на пограничный пост прибыл офицер с приказом арестовать его. Я думаю, Карл собирался дать Эрику отведать Львиной башни, когда наконец сделал попытку схватить его.

Старый Карл кипел от гнева. Он не бил посуду, но похоже было, что начнёт в любую минуту, и у всех выработалась привычка ходить на цыпочках и выглядеть как статуи, когда Карл обращал на них внимание. Ужасное время. Вскоре король послал разузнать, что поделывает беглый сын за океаном.

Королю доложили, что принцу явно нравится в Америке, потому что через месяц он женится и не думает, что его невеста горит желанием посетить Морванию. И вообще, ему больше нравится работать на сталелитейной фабрике своего будущего тестя, чем играть роль принца. Он хочет стать инженером.

Это доконало короля. Последовал страшный взрыв, и окружающие месяцами потом собирали осколки свой гордости и самоуважения. Мой отец отчасти использовал метод Эрика и вежливо, но решительно удалился в свой горный замок. Он заявил, что не хочет запугать своего сына до смерти топающим и орущим дедом.