Владимир Брайт - Достигая уровня смерти

Могильная плита практически закрылась, перекрыв доступ кислорода в родовой склеп неудавшегося искателя приключений, но в самый последний момент, сбросив наваждение и собрав воедино остаток жизненных сил, я рванулся вверх, за неимением ничего другого, вставив в узкую щель правую руку.

Захрустели дробящиеся кости.

Потрескавшиеся губы распахнулись, пытаясь выпустить наружу дикий нечеловеческий крик и…

Левое веко испуганной птицей взметнулось вверх, и по ослепшему от неожиданно яркого света зрачку ударила мощь десяти тысяч солнц.

– С в-в-в-о-о-озвращением, – слегка заикаясь, произнёс Чарли, – теперь уже с ок-к-кончат-т-тельным. – И, перестав лить воду из чайника на лицо распростёртого на полу напарника, добавил: – А-а-а я уж-же п-п-под-ду-умал чт-т-то п-п-поте-рял т-т-тебя.

– Чарли, это ты? – Мой разум не мог вот так сразу переключиться и сделать выбор из двух реальностей, одна из которых была настоящей, а другая – галлюцинацией, порождённой чудовищной дозой наркотиков.

– Д-д-а-а м-м-ой д-друг, это д-д-ей-йств-в-ви-тельно я.

Второе веко последовало примеру первого, и теперь уже оба глаза оказались открытыми. Однако прошло ещё некоторое время, прежде чем расплывающиеся контуры окружающего мира обрели более или менее чёткие очертания.

– Н-да… Серьёзно мы залетели, – прохрипел я, одновременно попытавшись слегка приподнять голову.

Однако практически сразу отказался от этой нелепой затеи. В оба виска и в затылок ударил такой мощный заряд боли, что я с трудом удержался на тонкой грани сознания. Если бы рядом находился не старина Чарли, а кто-то другой можно было подумать что меня избивают коваными сапогами.

– Т-т-ебе л-лучше л-лежать. – Индеец-полукровка слегка опоздал со своим советом. По-хорошему его нужно было дать чуть раньше.

Впрочем, всплеск головной боли, последовавший за преждевременной неудачной попыткой подняться, не шёл ни в какое сравнение с тем «головняком», который обрушился на меня после того, как напарник вкратце обрисовал ситуацию.

И она (мать её), эта самая ситуация, была хуже некуда. Если дать краткую характеристику происшествию, то фраза «лучше бы нас просто убили» как нельзя более точно подходила к данному случаю.

Однако раз уж нас не убили и жизнь, несмотря ни на что, продолжалась нужно было признать очевидный факт. Мы потеряли ВСЁ.

Ну, или почти всё.

«Костыль В. Вилли» спас нас от лёгкой и быстрой смерти, но потребовал за это невероятно высокую цену – начиная с этого момента, мы были обречены на долгую мучительную агонию.

Я вспомнил «Концентрация субтрансдивиального поля не опасна для «чистого» человека, а НОЙМа может настичь эффект обратной волны, в результате чего имплантаты, находящиеся внутри его тела, раскалятся».

Эти слова совершенно спокойно, между двумя сигаретными затяжками пробурчал весельчак Вилли.

Для него в сказанном не было ничего пугающего. Подумаешь – лабораторная мышь сдохнет в результате очередного эксперимента. Как говорится, пустяки, дело житейское. Но только не для тех, кто затрачивает массу сил, энергии, времени и денег, чтобы достать очередной имплантат, вживить его в тело, а потом пройти курс реабилитации, порой очень долгий и болезненный, затем привыкнуть к инородному телу, вживлённому в организм, а после всего вышеперечисленного ещё и научиться им грамотно пользоваться.

Я даже не упоминаю о том, что такие операции противоречат закону, который дал силам правопорядка чёткую установку: «Пленные НОЙМы нам не нужны».

И вот после всего этого мучительно долгого пути длиною в несколько лет – всего за одну секунду потерять все свои имплантаты и при этом остаться в живых.

Участь, которой не позавидует ни один участник страшной и глупой игры под названием MMORPG «Жизнь».

По большому счёту даже в самом диком кошмаре нельзя представить себе такую ситуацию, когда высокоуровневый НОЙМ скатывается, чуть ли не до первого уровня, не имея денег даже на элементарные имплантаты, не говоря о чём-то более существенном.

Грёбаное субтрансдивиальное поле грёбаного В. Вилли не просто раскалило имплантаты в теле индейца, оно их начисто уничтожило. И теперь нужна была немедленная операция по извлечению этих оплавленных кусков металла и пластика из организма Чарли.

И моего, кстати, тоже.

Эффект обратной волны разрушительным ураганом прошёлся по телу напарника, а остатками зацепил меня. Сейчас я не мог сказать точно, что конкретно вышло из строя, а что работает, но как бы то ни было, если в самое ближайшее время не извлечь повреждённые элементы из организмов – нам конец.

– Запасов антибиотиков и морфия, благодаря которым мы всё ещё дышим и не чувствуем обжигающей боли разрывающей внутренности, хватит на пару дней. – Я озвучил факты и без того известные Чарли. – Если до этого срока не удастся наскрести денег на операцию по удалению искорёженных имплантатов, лучше сразу пустить себе пулю в лоб, чтобы не мучиться.

Вместо ответа Чарли просто кивнул. Кроме всего прочего у него были повреждены голосовые связки. И ещё…

Ещё была серьёзная проблема с позвоночником – то ли заклинило, то ли сместило позвонки, так что как боевая единица он был даже не нулевым уровнем, а минусовым. Индеец мог более или менее нормально двигаться, но позвоночник – это такая хрупкая вещь. Одно неверное движение – и всё.

Одним словом, с какой стороны ни посмотри, получалось, что мы даже не по уши в дерьме, а на дне самого глубокого колодца, до отказа заполненного дерьмом.

И выбраться из этой мерзкой клоаки мы могли только при помощи очень крупной суммы наличных. Которых, к слову сказать, у нас не было. А то, что мы прихватили с собой кое-какие «запчасти» киборга, ровным счётом ничего не давало. Ни в голове, ни в руке охотницы не оказалось ни одного целого имплантата – всё было искорёжено и расплавлено до неузнаваемости.

Я всё ещё неподвижно лежал на грязном полу, бессмысленно вперив взгляд в почерневший от сигаретного дыма потолок, и думал. Мучительно размышлял, ища выход из безвыходной ситуации, пытаясь поймать чёрную кошку в тёмной комнате или…

Мысль пришла неожиданно.

Сначала она показалась настолько дикой, что я даже не решился озвучить её. Но затем, взвесив все «за» и «против», всё же сказал:

– Сразу и много наличных можно взять только в банке. Значит, нам ничего не остаётся, кроме как ограбить банк.

Взгляд Чарли настолько явно выражал его мысли, что он мог ничего не говорить вслух, всё и так было яснее ясного – напарник решил, что я тронулся. Сел на полярный экспресс, следующий до самой Гренландии, где стая весёлых оленей водит рождественские хороводы в ожидании Санта-Клауса и санок, доверху набитых подарками.