Артем Колчанов - Возвращение «Иглы» (фрагмент)

– Выход.

– Выход произведён, коррекция не требуется, отклонения несущественны.

– Маршрут определён, координаты фиксированы.

– Первому пилоту - продолжать движение по маршруту. Остальным - вахты по расписанию.

Сняв шлем, я увидел, что в креслах сидят ребята, глядят на меня и улыбаются по-доброму. Понял и то, что говорил всё вслух, а они не посмеялись надо мной, а поддержали мою игру. Я улыбнулся им:

– Всем вольно, тренировка закончена.

После этого все мы рассмеялись. Вместе нам было хорошо даже здесь.

– Сейчас позавтракаем и начнём работу, - просмеявшись первым, сказал Серёжка.

– Воды у нас по-прежнему нет, а пить хочется, - вздохнул Младший, - мне сейчас сухой паёк наверно и не проглотить.

– На корабле должна быть вода, - сказал Рель.

– Только боюсь, что вся она ещё много лет назад стала льдом, а лёд нам из баков не выколупать.

– Должны быть и аварийные НЗ, обязаны быть.

– А где их искать, ты знаешь.

– А что тут думать, схема стандартная, как и на "Игле".

Рель засунул руку под кресло, пошарил там. Опустился на колени, двумя руками что-то повернул. Кресло щёлкнуло, и в руки Релю выпал плоский "чемоданчик" аварийного запаса. Внутри него был подозрительно знакомый рацион и приличных размеров фляга, вода в которой уже оттаяла.

– Ты это знал и молчал! - немного наигранно возмутился Серёжка, - мы были в двух шагах от воды и почти сутки изнывали от жажды.

– Не очень-то и изнывали. Коли даже не было времени на то, чтобы подумать о воде. Это ночью мы распарились, потеряли массу влаги и вспомнили о жажде.

Рель вскрыл герметически запечатанную тару, подозрительно понюхал и только после этого сделал несколько крупных глотков:

– Хорошая вода, только безвкусная.

Он протянул флягу мне. Вода была чистая и действительно почти что безвкусная. Я отпил свою долю и передал флягу Младшему.

приготовили наскоро и так же наскоро с ним разобрались. Нам уже не терпелось вдохнуть в этот корабль жизнь, которой он был лишён незнамо сколько лет.

Во-первых, Рель потребовал, чтобы все мы облачились в скафандры. Мол, кто не хочет, добро пожаловать за дверь. Наши с Младшим скафандры уже были избавлены от батарей, но и без них служили неплохой защитой. Если вдруг что-то недоучли, и накопители взорвутся, скафандры не дадут нам пропасть.

Две батареи уже были объединены в одну связку, перевязаны упаковочной лентой и готовы занять место многострадального накопителя. Серёжка быстро, но аккуратно присоединил энергосъёмники:

– Может быть, стоит сразу же активизировать кибермозг?

– Боюсь, что энергии для этого у нас не хватит. Преобразователь должен активизироваться и без кибермозга, на автономном управлении. Всё остальное - потом.

– Ну что, тогда поехали?

Рель сел в кресло, склонился над консолью:

– Поехали.

Серёжка активизировал батареи, а Рель сдвинул на консоли пару переключателей. Мы тут же буквально оглохли от пронзительного рёва аварийных звуковых сигналов и чуть не ослепли от бьющих прямо в глаза сигналов световых. Рель, сбитый с толку столь бурным проявлением жизни очнувшегося корабля, на несколько секунд буквально опешил.

– Не тормози, - прокричал Серёжка и, присоединившись к Релю, начал что-то быстро переключать на консоли.

Через минуту иллюминация угасла, а сирены умолкли.

– Не успеваем, - крикнул Рель, - нужны ещё минута-полторы.

– Отключаю всё, что только могу.

Но это не помогло, через полминуты сигналы на консоли пару раз мигнули и окончательно погасли. Энергии снова не было.

– Нужно было сразу четыре батареи подключить.

– Без толку истратили бы и четыре. Так хоть не всё лишнее успело запуститься.

– Успел отключить?

– Почти всё. Что с преобразователем?

– Исправен, рабочего тела чуть больше половины загрузки, но нам и этого не издержать. Протестировался без замечаний. Начал заряжать пусковой накопитель. Почти половина необходимого заряда уже получена.

– В следующий раз успеем.

– А что нам ещё остаётся. Третьей попытки не будет.

– Есть ещё и печка.

– У неё батарея малой мощности.

Через полчаса началась вторая попытка, которая прошла практически без иллюминации. Сирены едва успели пискнуть, как были отключены. Время тянулось мучительно медленно.

– Успели, - сказал сияющий Рель, - преобразователь уже разогревается… Ещё чуть-чуть…

С этими его словами консоль снова погасла.

– Гадство, - высказался Серёжка, - только бы не остановился.

– Ждём, что ещё остаётся делать.

Минуты ожидания показались очень долгими. Рель и Серёжка успели даже пару раз поругаться, да и пару раз заявить о неудаче, прежде чем консоль вновь подала признаки жизни.

Преобразователь медленно входил в режим. Медленнее, чем полагалось, но никаких других отклонений в работе не показывал.

Рель и Серёжка работали на консоли в четыре руки, постоянно споря и переругиваясь. Нам же с Младшим на этом спектакле приходилось довольствоваться ролью зрителей. Немного потоптавшись за спинами ребят, я продвинулся вперёд и занял остающееся свободным командирское кресло. Ребята сидели в крайних, нужные им части консоли как раз располагались по краям. Работа у них ладилась не до конца, это было заметно по тому, что чем дальше, тем более издёрганными и злыми они становились, и спорили меньше.

На консоли передо мной уже вовсю светились экранчики, по которым очень быстро бежали строчки сообщений, переливались разноцветные схемы, вспыхивали и гасли столбики диаграмм, ползали разноцветные змеи графиков. И во всей этой картине я не понимал ровным счётом ничего.

По репликам ребят можно было догадаться, что они пытаются запустить главный кибермозг, но не могут даже понять, как это сделать. Питание на него подано, цепи управления и связи исправны, но ни одна из команд не даёт никакого эффекта.

Я сжал руками подлокотники кресла, и прямо передо мной неожиданно вырастает небольшая индивидуальная консоль: Вытянутый экран, сенсорная доска клавиатуры, пара светящихся панелей. На экранчике тут же высвечивается запрос:

"Предъявите стартключ"

А чуть ниже экрана я вижу надпись от руки:

"В каюте".

Рель и Серёжка тут же бросают свою возню и впиваются глазами в эти надписи:

– Понятно, - подытоживает Серёжка, - без стартключа и ни туда и ни сюда… Идём искать эту самую каюту.

– А что ещё остаётся, - соглашается Рель, - только один из нас двоих должен остаться здесь, мало ли что.

– Ты останешься? Или жребий?