Игорь Смирнов - Сага о драконе

В ответ Эмерсон шлепнула его по боку и обернулась к Ручному.

- Просто говорите ему все, что бы вы хотели сказать Сиверт. Пэн передаст ей ваши объяснения, а потом - ее вопросы. Он может вызвать и одну из огненных ящериц, чтобы доставить это оружие Сиверт. Когда покончите с этим, передайте вторую штуковину на базу десантников в холде Бухта и вручите капитану Робертсу. Объясните ему, для чего она и как ей пользоваться. Потом поглядите, много ли вы еще таких же сможете собрать сегодня.

- Слушаюсь, госпожа адмирал.

Ручной повернулся к Пэну, а Эмерсон - к стоявшим перед ней юношам.

- Так. Вот эти устройства. Чтобы они не сработали случайно, парни из инженерной службы вместо переключателя или кнопки установили рычажок под крышкой. Вам следует оказаться не менее чем в тысяче футов над их базой. Все, что от вас требуется - это появиться там, привести в действие устройство, бросить его и снова уйти в Промежуток. С момента включения взрывателя у вас - пять секунд. Удалите крышку рычажка заранее - перед прыжком в Промежутке к их цитадели. Вам останется, таким образом, только повернуть рычажок и бросить ее. Понятно?

Чехов посмотрел на устройство. Он задал несколько вопросов, чтобы уяснить все до конца, затем встал и сказал:

- Понятно, госпожа адмирал. Когда надо это сбросить?

- Как мне говорили, вирус более активен, когда на земле еще лежит роса и солнце не так высоко. Когда над той местностью должно рассвести?

Гвин закрыл глаза и прикинул. Потом по выражению его лица контр-адмирал Эмерсон поняла, что он сверяется со своим драконом, Рогантом.

- У них солнце встает раньше, чем у нас, значит, рассвело там несколько часов назад. Если хотите, можем сместиться во времени. Так не надо будет ждать до завтра, чтобы сбросить ваши... устройства.

Эмерсон задумалась.

- Если Лесса не против, сделайте это. А нет - подождите до завтра. Вопросы есть?

Оба юноши посмотрели на нее, потом покачали головами.

- Свободны.

Они повернулись, взяли взрывные устройства и быстро вышли, обсуждая, что надо сделать для выполнения своей задачи.

Через два часа - Эмерсон как раз снова терла лоб, гадая, когда же она хоть немного поспит и поспит ли вовсе - перед Карен появился Чехов.

- Госпожа адмирал? - обратился он и, по ее кивку, продолжил: - Оба устройства взорваны на рассвете сегодня утром. Лесса позволила нам сместиться во времени.

- Ты случайно не знаешь, когда мы увидим какие-то результаты воздействия вируса? - спросила она.

- Сипак просил передать вам, госпожа адмирал, что должно пройти по меньшей мере два дня, а может, и больше. Но даже это - грубое приближение. Он сейчас изучает, что говорит история насчет этого вируса. Периниты заболевали в течение двух дней. Если им суждено было умереть, то умирали они в первые пять дней болезни. Он не знает, как именно вирус подействует на чужих. Он может только твердо сказать, что подействует - так или иначе.

- Спасибо, лейтенант. Теперь, полагаю, все, что нам остается - это ждать.

10. УДИВИТЕЛЬНЫЕ ОТКРЫТИЯ

После того, как Чехов и Г'вин, оседлав голубого Роганта, сбросили вирусные бомбы, сместившись во времени, всем оставалось только ждать. Сипаку, по-прежнему заключенному в лазарет, ожидание давалось особенно тяжко. Он не мог спускаться на планету, чтобы следить за тем, начал ли действовать вирус, а поскольку Марша Коллинз, начмед "Карсона", хотела, чтобы вулканит отдохнул, она допускала к нему лишь некоторых посетителей и ограничила доходивший до него поток информации.

Вместе с Сипаком решил не покидать корабля и Пэн; принятию такого решения способствовал день, проведенный в одиночестве на Перне. Благодаря своему размеру и умению выгодно его использовать он оказался среди тех, кому поручили сторожить все еще содержавшегося в камере-изоляторе чужака. Четыре дня, когда пришлось ждать, пока подействует вирус, Пэн проводил основную часть своих дежурств в лазарете. По какой-то причине чужой в его присутствии вел себя спокойнее. По крайней мере, он не визжал целыми днями что есть мочи и не валялся в беспамятстве, когда корабль уставал от его зубодробительных воплей. Поскольку контр-адмирал Эмерсон не желала ни убивать чужого, ни держать его в бессознательном состоянии, она предпочла, чтобы его караулил тот, кто не тревожил бы хохлатое птицеподобное существо.

На пятый день после взрывов вирусных бомб до Сипака и Пэна дошли известия о том, что вирус, кажется, действует. Чужие падали с небес и либо погибали от удара о землю, либо падали уже мертвыми. Все пришельцы сосредоточились в двух своих главных цитаделях - той, что располагалась в горах, и рядом с компьютерным комплексом.

После бомбардировки узник-чужак становился с каждым днем все тише и тише. На четвертый день он перестал кричать и только сидел в своей тюрьме с самым угнетенным видом. На своих стражей он едва глядел. Исключение он делал только для Пэна.

С Пэном существо, кажется, пыталось общаться. Чужой "говорил" на своем кричаще-щебечущем языке большую часть времени, когда Пэн стоял на, посту. Остаток дежурств Пэна хохлатый сидел с сосредоточенным выражением лица и пристально смотрел на молодого бронзового дракона.

Пэн, в свою очередь, не сводил глаз с пришельца, чувствуя некоторое неудобство, когда Сибрук и Зиа, его золотая огненная ящерица, зашли проведать Сипака. Они вдвоем впервые оказались лицом к лицу с бодрствующим птицеподобным созданием. До этого оно либо спало, либо пребывало в беспамятстве после выстрела из оглушающего ружья. Чужой подпрыгнул от удивления и во все глаза стал таращиться на Зиа, примостившуюся у Сибрука на плече.

Зиа чирикнула, глазея на чужака в ответ. Потом чирикнула еще раз, теперь уже с некоторой неловкостью в голосе. Переведя взгляд на бронзового сородича, она спросила:

"И долго он так?"

"Весь день. Когда не смотрит на меня, то сводит с ума своим чириканьем. Думаю, он пытается со мной заговорить, - с озадаченной физиономией говорил Пэн. - Но почему именно со мной? Я ведь всего-навсего мичман. От меня ничего не зависит, и я, вне всяких сомнений, не смог бы ничего СДЕЛАТЬ!"

"Может быть, ты в чем-то особенный", - откликнулась Зиа.

"Но в чем? - спросил Пэн, смущенно вращая глазами. - С чужими пытались вступить в контакт все, включая и телепатов. Что я могу?"

Сибрук, слушавший более-менее общедоступную беседу, сказал:

- Что кто может - никому не известно. В прошлом даже войны удавалось укротить благодаря усилиям отдельных личностей. Почему бы тебе не попытаться ответить этой птичке?

- Говорить с этой птичкой!?! - раздался оскорбленный возглас с одной из кроватей.

По меньшей мере на половине коек лежали раненые, из них изрядное количество составляли десантники. Остальные места заполняли члены экипажа "Карсона" и другие представители Федерации, не имевшие, в отличие от перинитов, естественной невосприимчивости к вирусу гриппа и находившие в различных стадиях выздоровления от легкой формы той же болезни, которая поразила чужих. Поскольку люди и другие существа, входившие в Федерацию, некоторой устойчивостью к вирусу все же располагали, да и медицина делала свое дело, никто от вирусной инфекции не умирал, хотя многим больным искренне этого хотелось. В тяжелых случаях пациенты страдали от бесконечной тошноты, рвоты, поноса, головной боли, головокружения и других симптомов гриппа. Таким больным предстояло длительное стационарное лечение.