Александр Белаш - Красные карлики

– Никто не мечтает о таких попутчиках, – рассудительно промолвил Форт. Сиеста была в разгаре, солнце палило, как открытая топка, над полосой зачистки зыбился жар испарений.

– Капитан, прострелите им колёса!

– Думаешь, это поможет наладить отношения? Вряд ли. Фура сломается – если не под откос слетит, – а у шофёров часто есть оружие. Начнётся перестрелка… потом явятся жандармы и арестуют нас за разбой на большой дороге. Ты этого хочешь?

– Тогда дайте предупредительный в воздух! или по бетону!

– Они только быстрей поедут. И сообщат в город по рации.

– И пусть! хоть жандармы нас вывезут. Ууу, расисты! – запулил он каменюкой в следующий грузовик, что свистнул мимо, обдав их порывом горячих выхлопных газов. – Если я чужой, так значит – пропадай?!

– Шумишь ты много, Джифаренге. Говорю же – пойдём по шпалам до станции. Тут рядом, километров пятьдесят. И путейцы на автомотрисах проезжают – глядишь, подберут.

– А глядишь, и задавят!.. Нет, что за подлые отродья – ни один не тормозит!

– Да мы с тобой – как зомбаки из болота. Не остановятся, кончай руками трепыхать.

Но Джифаренге не смирялся; он горланил и жестикулировал с видом бесноватого. Как ни странно, его упрямство принесло плоды – некий шофёр не робкого десятка придержал бег фуры, и дракон автотрассы со вздохом тормозов замер, не доехав до них несколько метров. Джифаренге кинулся к машине; водитель приоткрыл герметическую дверь, вытаращившись на него:

– Э, парни, вы живые или мне кажется?..

– Возьмёшь двоих до Купер-Порта? – Джифаренге уже вцепился в поручень, не оторвёшь.

– Залезайте, быстренько! Как приедем, уберёте за собой в салоне.

– Договорились, – Джифаренге полез по ступеням, роняя плитки отсохшей грязи. – Капитан, пожалуйста, садитесь!

– Как вы тут очутились? – Шофёр на полную мощность запустил вентиляционную систему и кондиционер, чтобы выветрить из кабины спёртую атмосферу сиесты и излишки углекислоты.

Джифаренге разинул было рот, но поглядел на Форта и промолчал. Пусть легенду озвучит старший по званию.

– Мы туристы, экстремалы. Путешествуем по ПМ пешком и автостопом.

– Как-то оно экстремально за край. Подумал, у меня бред, а оказалось – у вас. Я бы и на спор за сто тысяч экю в лес не подался. Там же грибы сплошные! Нет, что хотите, а на людей вы не похожи.

Форт, долго не видевший себя иначе как в отражениях луж, заглянул в зеркальце на приборной панели. Да… таких хоронят в закрытом гробу. Может, не стоило смотреться, чтобы не расстраиваться?..

– У тебя – ты капитан, да? – голова ненастоящая. Артон, я угадал? Ты точно уверен, что тебе в мозг грибы не проросли?.. А ты бинджа. Смотри, скоро из носа шампиньоны полезут. После вас всё протирать придётся…

– Ты не набивай цену, а лучше дай, чем намазаться.

– Возьми в бардачке, жёлтый пузырёк.

«Для пластиковых, металлических и композитных изделий», – прочитал Джифаренге и, налив чуток на губку, принялся втирать едкое снадобье в физиономию. Теперь ему ничего не было страшно. Минут двадцать спустя он уже спал, закинув голову, под убаюкивающее бормотание шофёра: «Нет, знавал я сумасшедших, но не настолько же…» Остатком жидкости из пузырька воспользовался Форт, хотя быстрого эффекта ждать не приходилось.

К Купер-Порту они подъехали в 44. 10, на закате, когда бушевала гроза и сплошной стеной лил проливень. Густосинюю тьму раскалывали трещины изломанных слепящих молний, пронзительный бело-голубой свет на пару секунд обрисовывал дорогу под кипящим слоем дождевой воды, щиты дорожных знаков, низко клубящиеся сырые тучи, и неожиданным видением вырывался из тьмы силуэт города – Купер-Порт был словно олово, вылитое сверху на лес и застывшее неровной плюхой с выступами башен-сталагмитов. Зеркальная плёнка слитных крыш отражала блеск молний, блики её кривизны вспыхивали всякий раз по-новому, и мерещилось, что город шевелится и ползёт по равнине гигантской амёбой жидкого металла, пытаясь башнями ощупать грохочущее небо.

Вид разыгравшейся стихии – сладкое ощущение в пресной жизни киборга. Форт любовался приближающимся из тьмы городом: Джифаренге дрых, и напрасно было трясти его, чтобы он тоже восхитился великолепием ночного города в грозу.

«Мы дома», – подумал Форт с радостью, предчувствуя долгожданный отдых.

Сначала вымыться как следует. Прямо на автомобильной мойке в шлюзе, где машины, приходящие извне, очищают от налипшей грязи. Потом пропарить одежду в термокамере – и ходом в мастерскую «Роботеха». Абонемент на техобслуживание у Форта был оплачен, волноваться не о чем. Залатать по максимуму кожу, продезинфицировать все язвы, закрыть наклейками – и домой, на улицу Дефиле. В 51.00 все учреждения закроются: значит, к юристам пойдём завтра утром. Нет, всё-таки утро задолго до восхода – это нонсенс.

Фура въехала в шлюз, ураганом завыл воздухообменник; тут-то и начались вариации на тему старинной баллады «Мертвец явился к Марджори и постучал в окно». Форт в полной мере оценил хладнокровие шофёра, который рискнул их подвезти.

Диспетчерша мойки, увидев Форта, ахнула и побледнела. Парень у колонки с автомобильным шампунем открыл рот и перестал моргать. Молодка, что обслуживала термокамеру – та даже взвизгнула, вцепившись ногтями себе в скулы.

– Не пугайтесь, я немного пострадал в аварии.

– Ма-а-ама… не подходите!

– Вот видите, я кладу деньги. Это деньги. Надо дать мне сдачу.

– Сдачу капитану. – В довесок к страхолюдному клиенту над ним громоздко заторчал серый с просинью огромный нелюдь, по пояс голый и лишайный. – Мы кувырнулись в кювет, поняла?

– Да-да, – пугливо закивала термичка. – Прох… ходите… поскорей!

– Может, купите очки? – Джифаренге выкатил решётчатый противень с колёсиками, где дымилась его роба. – Тёмные, побольше.

– И накладную бороду.

– Я серьёзно. А то на вашем фоне даже меня замечать перестали, совсем.

– На, держи; двести экю должно хватить. Если закроется амбулатория, успеешь на пункт первой помощи. Я пойду в «Роботех». Может, починка затянется, тогда я заночую в мастерской, мне разрешено по договору сервиса. А ты где отстоишься?

– Где?! в Штетле, естественно! Не приведи чёрт, чтоб кто-то занял мою койку.

– Кажется, ты сейчас и на полу растянешься, было бы место. Веришь, что дошли?

– Оооо, – покачал башкой Джифаренге. – Точно, здесь бы и упал. Как держусь, сам не пойму. Ног не чую. Но надо в больничку! губы дерёт, язык щиплет, а ноги… смотреть на них боюсь – вдруг там одни кости?

– Нет, кое-что осталось, – утешил Форт. – Утром найди меня; к адвокатам двинем вместе.

– Есть, капитан! – наконец-то на лице бинджи появилась улыбка, от которой Форт успел отвыкнуть.