Жан ля Ир - Тайна XV

— Вернейль!

— Что прикажете?

— Потуши прожектор и пусти меня на твое место.

Никогда Ксаверия не видела Сэнт-Клера в таком возбуждении.

Прожектор был потушен; Никталоп привел в движение трипод и направил его к яме. Сердце Ксаверии безумно билось.

— Браво! — сказал Сэнт-Клер.

Что такое? Ксаверия и Вернейль не видели ничего. В самом деле, восемь прожекторов, как по сигналу, вдруг потухли. Быть может кефалы восьми трехножников думали, что тьма на девятом значит приказание к всеобщей тьме?

— Браво! — сказал Вернейль, поняв мысль Никталопа.

Медленно Никталоп провел свой трипод между двумя машинами-руками. Он видел кефалов-механиков, удивленных исчезновением прожекторов.

Он привел в движение рычаги. Во тьме две руки направо и налево от трипода опустились. Двое щипцов схватили каждый по жестикулирующему Марсианину…

— Вернейль!

— Здесь!

— Внутренний свет.

— Готово!

На столбе вентилятора блеснул полукруг света, скрытый абажуром.

— Вернейль, Ксаверия, внимание! Канаты, клапы….

— Готово!

— Я жду!

— Два Марсианина…

Один, два ужасных крика:

— Улла, улла!

— Скорей, — прошептал Сэнт-Клер.

Масса упала на башенку, потом другая. Два дряблые предмета. Вернейль и Ксаверия бросились на копошащихся кефалов, в то время как Никталоп заставлял трипод мчаться во всю прыть к просеке в лесу, к гидроплану и подводной лодке!..

Это был хаос из щупальцев, ног, рук, тряпок, веревок; слышались вздохи, проклятья, сдавленные: улла! улла!.. Сэнт-Клер должен был быть на чеку; борьба происходила у его ног..

— Готово! — сказал Вернейль.

— Наконец-то! — проговорила Ксаверия.

С заткнутыми тряпками клювами, со связанными вместе щупальцами, оба кефала, лежа, смотрели, широко открыв свои глаза, на Сэнт-Клера, который манипулировал с рычагами, ручками и коммутаторами.

Сначала это был быстрый бег по просеке, потом борьба с густым лесом… Надо было проложить себе дорогу. Острые цепи резали, клещи хватали, вырывали, руки расчищали…

— Трипод за нами!

— Лео, два трипода! Прожекторы! Прожекторы, мы…

— Срази их, Вернейль, электро-зеркалами. Взберись на верхнюю площадку…

Вернейль взобрался, перегнулся через барьер и навел электро-зеркало.

— Один!..

Взрыв, шум, развал…

— Два, — сказал Вернейль, смеясь.

— Третий! — закричала Ксаверия.

— Есть!

Молчание. Потом грохот взрыва.

— И третий!

— Мы подходим, — сказал Никталоп.

— Четвертый!

Новый взрыв раздался вдали.

— Ба!.. — произнес Вернейль.

Это было последнее слово храбреца.

Невидимый снаряд пролетел. Предназначавшийся для башенки трипода, он промахнулся, но снес совершенно голову Вернейля.

Обезглавленное тело упало вниз и из шеи потоком хлынула кровь в лицо Ксаверии…

— О!.. О!..

В глазах ее был невыразимый ужас и она упала на окровавленный труп, руки которого сжимали еще бесполезное электро-зеркало.

— Лео! Лео!..

Она рыдала, скрежетала зубами, трясясь вся в ужасном нервном припадке.

Бледный, с напряженными нервами, со стиснутыми зубами, Сэнт-Клер управлял своим триподом.

Лес и ночь кончились… Впереди был день, спокойное море… Направо гидроплан… Едва в ста метрах… Сэнт-Клер направил свой трипод в воду… Четвертый преследовал его страшно торопясь…

— Нет! нет! не дамся!

Он видел на борту гидроплана людей с электро-зеркалами.

— Как, — крикнул Сэнт-Клер, — что это они хотят сразить меня!..

Одним прыжком он взобрался на верхнюю площадку. Все тело его высунулось из башни.

— Оэ!.. — зарычал он, подняв руки.

Его увидали… Отгадали! Никталоп в треножнике! Почему бы и нет… Разве он не способен на все?

Потом он живо сошел вниз. Он продолжал действовать и спускаться… Платформа мотора уже касалась воды…

— Стоп!..

Сэнт-Клер двинулся снова. Гидроплан подходил…

— Четыре человека, скорей!.. Другие составьте цепь!.. Командир, подводную лодку!

И на этот раз его поняли. Матросы бросились в башенку, другие становились в цепь и приняли сначала Марсиан-пленников… Командир по телефону вызвал подводную лодку.

Бесчувственная Ксаверия была тоже перенесена с трипода на гидроплан и с гидроплана на подводную лодку…

И вдруг в эту минуту поспешные движения, шум брызнувшей воды и крик:

— Бегите, подводная лодка! Спасайся, кто может!

Это был голос повелителя.

Гидроплан подскочил на воздух, разбитый вдребезги, его экипаж был разорван в клочки…

Огромная волна прошла над триподом, из которого вылезал Сэнт-Клер, опрокинула его и унесла. Никталоп, был захвачен пенистыми волнами…

Как раз в эту минуту подводная лодка погрузилась в воду.

Четвертый трипод остановился на берегу, вызывая бурю с помощью взрывчатых веществ, выбрасываемых черной трубой…

Подводная лодка была уже далеко!..

В узкой каюте, которую освещал электрический фонарь, Ксаверия лежала, вытянувшись на койке. Она тяжело вздыхала. Вот она открыла глаза и увидела трех стоявших около нее людей…

— Лео?.. — вскрикнула она.

Люди не отвечали. Они опустили головы. И Ксаверия, наполовину поднявшись, увидела, что они все трое плакали…

— Лео! — пронзительно закричала она.

И упала замертво…

XI

У марсиан

Только позднее узнали в Космополисе, какое впечатление произвело это приключение с триподом, занятым земными людьми, и все последующие события на кефалов.

Но интерес рассказа заставляет нас придерживаться хронологического изложения событий.

Как Сэнт-Клер и подозревал, Марсиане восьми триподов подумали, что им дан приказ от начальника, когда девятый трипод потушил маяк.

Наоборот, кефалы у машин были удивлены внезапным прекращением света, который был им необходим в это время.

Потом, когда они услышали улла! улла! обоих кефалов, они поняли, что-то было ненормального в этом происшествии, было для них опасно.

Тогда они зажгли прожекторы машин и змей. Они увидели убегающего трипода, а некоторые заметили даже одного из двух похищенных кефалов. Он двигал своими щупальцами и исчез, как будто брошенный в башню.

Прошло несколько минут. Марсиане были в смятении. Начальник в яме был предупрежден об удивительном происшествии. Он поднял тотчас же маяк-сигнал и дал приказ четырем триподам идти в погоню за странным беглецом. И Марсиане ждали, пока происходила чудовищная охота. Из четырех триподов только последний вернулся. Он остановился около ямы, нагнулся и из башенки вышел кефал.