Мария Симонова - Вирус хаоса

— Ерунда, — произнес Смеляков, хмурясь. — Все, что мы имеем, — это какие-то точечные сбои в законах. Мироздание этим не проймешь. Мало ли в нем аномалий!

— Но эта аномалия растет, — возразила Мэри, — нас становится все больше — пока только количественно, просто мы не умеем… То, что вы сегодня сделали случайно: ты, Фил, «разбудил» оружие, а Михалыч залечил свою рану — ведь по сути это всемогущество! Кто от него откажется? И надо-то всего — научиться манипулировать своим раздражением, сделать так, чтобы оно для тебя стало перманентным, вошло в норму!

Фил неожиданно засмеялся. Мэри осеклась и взглянула на него обиженно.

— Прости, — сказал он, — просто вспомнились сказки о колдунах и ведьмах — так вот почему все они настолько… неприятные! Бедняги вынуждены постоянно находиться в таком режиме, иначе от их всемогущества останется пшик!

— В сказках почти всегда присутствует здравое зерно… — задумчиво произнес Смеляков. — Вот уж воистину — трещина мира проходит сквозь сердце человека…

— Ну, стало быть, всемогущество… — сказал Фил, поднимаясь. — Я вам еще не говорил, как я ненавижу, когда меня запирают? Вот, помню, один раз… — он замолчал, подойдя к двери, и дернул за ручку. Дверь и не подумала отпираться. Он обернулся к Мэри, во взгляде — разочарованный вопрос.

— В тебе говорит злость, Фил, — сказала она, ощущая себя начинающим инструктором по теории Хаоса. — А нам нужно что?

— Так, ясно!.. — сказал он, напряг плечи, сделал сосредоточенное лицо и вдруг улыбнулся, обмяк: — А это на самом деле не так просто, как кажется.

— А знаете-ка что?.. — Михалыч медленно встал, потирая руки, словно хирург перед операцией. — А ну-ка дайте-ка место! — Он отстранил Фила и сделал шаг к двери.

В этот момент замок вытек. Это не походило на расплавление — он просто выплеснулся и стек по двери, как вода, но на бежевой краске остались металлические потеки. Смеляков не успел даже прикоснуться к ручке!

— Вот это да-а… — протянул Фил. — Уважаю. Видна привычка к спецэффектам. А я просто хотел, чтоб щелкнуло.

— А мне — простите, Мэри, — просто очень захотелось в туалет.

Они вышли в узкий пустой коридор, но Фил продолжал дискуссию:

— Рискованно раздражаться на такие вещи: мог просто замочить шорты, — сказал он.

Они свернули направо, здесь была лестница.

Михалыч не собирался оставаться в долгу:

— Я раздражался не на свою естественную физиологическую потребность, а на то, что мне не позволяют ее осуществить, — он осмотрелся. — А кстати, что мы собираемся делать дальше?

— Искать гальюн! — сказал Фил.

— Спасибо, — искренне отозвался Михалыч.

Мэри вздохнула: эти новенькие «вирусы» пока еще не задумывались о риске таких пикировок. Расплавить ведь можно не только замок. «Злые волшебники» делали лишь первые шаги, они еще не боялись хохмить и подзуживать друг друга.

И на первых порах вообще мало чего боялись.

— Попробуем найти Жнеца, — сказала она. А потом добавила: — Но и сортир не мешало бы. — Когда на их пути встали двое солдат: то есть не то чтобы сразу встали, сначала просто появились: они подпирали стены у выхода с лестницы. Первым поднимался Фил: ему моментально уткнули дуло в грудину, скомандовав:

— Назад!

— Нет, только не назад! — донеслось с конца лестницы, где находился Михалыч. Мэри была посредине, но и она подумала о том же.

А в следующий момент перед ее глазами появились два нуля, нарисованные на бежевой плоскости. Над нулями красовалась женская фигурка.

«Ох, слава богу», — подумала она первым делом и только потом огляделась. Справа была дверь мужского туалета, прямо перед нею стоял Михалыч. Из-за него выглянул Фил и сделал ей ручкой.

Когда Мэри вышла и наконец огляделась как следует — куда их, собственно, занесло? — то обнаружила вокруг роскошное убранство «под дуб», украшавшее довольно длинный коридор, ведущий к лестнице наверх. Рядом из двери выскочил Фил, за ним с достоинством появился Михалыч.

— Наверх! — скомандовала Мэри, и они устремились по коридору к лестнице.

Не успели они преодолеть и половины пути, как им навстречу посыпались стюарды, у первого же в руке торчал пистолет, надо думать, что и остальные были вооружены не подносами с мартини.

— Стоять! — скомандовал первый, а в следующий миг Мэри оказалась на свежем воздухе. Впереди была корма, расцвеченная огнями, а по обе стороны — она облегченно перевела дух — Михалыч с Филом.

— В банкетный зал! — скомандовала она, хотя на корабле это, наверное, называлось иначе, как и все на флоте.

В зал, полный респектабельного народа, они ворвались, как группа альтернативщиков — драные джинсы, окровавленные шорты и выцветшие майки. На Мэри кто-то кидался, кто-то пытался ее задерживать, но все они в мгновение ока пропадали, оставаясь позади. Она высматривала Жнеца.

Его не было.

— Ч-черт, — она поглядела вправо-влево — Михалыч и Фил по-прежнему были рядом. Впереди опять виднелась корма, расцвеченная огнями.

А с двух сторон приближались темные силуэты.

— Стоять! — донеслось откуда-то справа. — Руки за голову!

Мэри послушно подняла руки и положила их на затылок. Потом сказала негромко:

— Ребята, нам нужен Жнец, — вздохнула коротко и скомандовала: — Вместе.

Точка перед глазами взорвалась, обернувшись комнатой, или каютой — небольшой, со вкусом обставленной. За накрытым столом напротив друг друга сидели двое. Один из них, наголо обритый, рявкнул:

— Вон! Я занят! — потом поднял глаза и произнес:

— Машка, — помолчал и промолвил: — Давно тебя не видел.

— А я тебя вижу регулярно, Смеляков, — сказала Мэри. И спросила: — Можно нам присесть? — Не дожидаясь разрешения, она скомандовала, поглядев вправо-влево, на верных попутчиков: — Приземляемся, ребята.

Она подвинула себе стул, еще один поставил к столу Фил, а Михалыч, за неимением свободных стульев, подтащил поближе аккуратное кресло и рухнул в него.

— Продолжаем разговор, — стоически предложил Смеляков-5, когда все расселись. И вопросительно оглядел присутствующих.

Из всех известных Мэри Смеляковых больше всего он бы походил на Жнеца, если бы не был лысым.

Жнец, так и не переодевшийся «в приличное», дымил сигаретой.

Присутствующие безмолвствовали. Наверное, приходили в себя.

— Я думаю… — только собралась заговорить Мэри, но в этот момент в комнату вкатился Андрей Валентинович с докладом:

— Евгений, это черт знает что такое! Их потеряли на верхней па… — он запнулся и смолк. Потом растерянно произнес: — А, их уже привели?..

— Мы сами пришли, Андрей Валентинович, — сказала Мэри. — Вы, надеюсь, уже поняли, что нас не стоит держать под стражей?