Ричард Матесон - «Если», 1995 № 06

— Разумеется. — подтвердил Изнов. — Однако документ ведь должен быть соответствующим образом заверен? Но у нас нет с собой нотариуса с той планеты, на которой мы пребывали до визита к вам.

— И не нужно. Вы находились в пространстве. А на борту корабля все права власти, включая нотариальные, принадлежат капитану. Один из вас ведь являлся капитаном этого корабля?

— Капитан — я, — выступил Меркурий.

— Прекрасно. Таким образом, вы имеете право заверить акт дарения владельцем корабля… Он, я полагаю, тоже находится среди вас?

— Находится, — подтвердил Меркурий. — Однако ваше предложение кажется мне неосуществимым по немаловажной причине… Судовладельцем являюсь тоже я. И вряд ли закон согласится с тем, что я как капитан заверю дарственную от моего же имени.

Тих Алас оттопырил губу.

— Разумеется, — согласился он, — было бы лучше, если бы владельцем оказалось другое лицо. Однако… пусть вы — капитан, и вы же — судовладелец. Однако капитан может временно оказаться не в состоянии исполнять свои обязанности, допустим, по болезни. Разумеется, заболевание должно быть заверено врачом. У вас на борту есть врач? Нет? Тогда должно быть лицо, его заменяющее. Без него вы вообще не могли бы лететь — ни по каким законам. Но неужели среди вас нет никого, кто имел бы какую-то медицинскую подготовку?

— Я прошел ее… в определенных пределах, — признался Федоров.

— Это просто чудесно. Можете ли вы чем-либо подтвердить недомогание капитана?

— Гм… Боюсь, что у меня нет с собой необходимых документов.

— Жаль. Однако это не так страшно. В нашем судопроизводстве существуют прецеденты, когда лицо, формально не являвшееся медиком, признавалось таковым и получало право на соответствующие действия перед лицом экстренных обстоятельств. Допустим, три человека находятся в полной изоляции от общества. Один из них болен. В этих условиях право оказания неотложной помощи предоставляется тому, кто способен на необходимые действия в большей степени, чем остальные. В данных обстоятельствах это, несомненно, вы. — Алас слегка поклонился Федорову. — Итак, в рейсе капитану понадобилась срочная медицинская помощь. Вы оказали ее и можете это должным образом засвидетельствовать. На время болезни капитан передал свои функции другому члену экипажа, им могли бы быть вы, — на сей раз Алас склонил голову в сторону Изнова. — Временно пользуясь всей полнотой капитанских прав, вы заверили акт дарения корабля, совершенный его владельцем. Для законности такого акта нужно лишь, чтобы судовладелец находился в момент совершения акта в сознании. Что из этого следует?

— Что он не в запое, — буркнул Федоров. — А жаль, это я мог бы засвидетельствовать не кривя душой.

— Советник! — укоризненно пробормотал Изнов.

— Вы совершенно правы, — согласился Алас. — Его заболевание не должно быть связано с потерей сознания. Лучше всего, если это будет чисто механическая травма. Скажем, перелом руки.

— Я не совсем понимаю, — вскинулся Меркурий.

— Перелом залечивается достаточно долго, да и оставляет следы, которые с легкостью обнаружит любая медицинская экспертиза.

— Вне всякого сомнения, — подтвердил Алас. — Она их и обнаружит.

— Но у меня нет никакого перелома!

— О, этот недостаток устраняется мгновенно.

— Что вы хотите сказать?! — закричал Меркурий.

— Я вижу, вы все уже поняли. Конечно, это неприятно — сломать руку. Однако если на карту поставлено так много…

— Не согласен! — заявил Меркурий категорически. — Что же такое поставлено на карту, хотел бы я знать?

— Ваши жизни, только и всего.

— Я полагаю, — проговорил Изнов, — это не более чем метафора?

Алас усмехнулся.

— Вы делаете мне честь: по-вашему, я похож на поэта? Увы, мои способности лежат совсем в другой области. И когда я применяю какое-то выражение, я пользуюсь всегда лишь прямым, буквальным его смыслом. Так что можете не сомневаться: речь идет именно о ваших жизнях.

— Но почему?! Что мы такого сделали? Мы не успели еще как следует сойти на грунт этой планеты, встретиться с кем-либо, совершить хоть какой-то поступок. Что же может угрожать нашей жизни? Сами говорите: здесь царит закон…

— Могу еще раз подтвердить это: да, наш закон! Итак, на чем мы остановились? Ваш капитан со мной не согласен. Пусть, но вы в таком случае должны выдать другому лицу доверенность на право распоряжения вашей собственностью — в том числе и кораблем. Естественно, доверенность эта по причинам, о которых я уже упоминал, должна быть выдана не на нашей планете и до вашей посадки на нее. Галактическое время вашего старта автоматически фиксировалось галакт-хронометром корабля. Вот такой документ не вызвал бы ни малейших сомнений даже у самого придирчивого суда.

— А если бы такая доверенность у нас была? — вопросил Изнов.

— О, тогда все обстояло бы просто великолепно. Уважаемый владелец корабля перестал бы являться таковым в присутствии его доверенного лица. Это лицо совершило бы, пользуясь правами, зафиксированными в генеральной доверенности, акт дарения, и капитан корабля мог бы засвидетельствовать это деяние с кристально чистой совестью. Но у вас же нет такой доверенности?

— Она может возникнуть, — сказал Изнов.

— Вы хотите сказать, что найдете соответствующего нотариуса…

— Вовсе нет. Но это и не нужно. Незадолго до отлета мы находились в посольстве моей страны в Синерианской Империи. Территория посольства, как вам известно, является частью страны, которую оно представляет. Там действуют законы этой страны, и те права, которыми на корабле в рейсе наделен капитан, в посольстве принадлежат послу. То есть мне. И таким образом, я имею все основания заверить подобную доверенность своей подписью и посольской печатью. Она со мной.

— Чудесно! Просто чудесно! В гаком случае, приступим немедленно к составлению необходимых документов и их оформлению. Акт дарения может быть составлен на мое имя, а уж потом…

— Итак, мы добьемся того, что конфискацию корабля можно будет предотвратить или во всяком случае ощутимо отсрочить, не так ли? — не дал ему договорить Федоров.

— Совершенно верно, — с готовностью отозвался Алас.

— И если наши затруднения закончатся, мы сможем располагать им?

— Ну, собственно говоря… Корабль все равно придется продать: у вас ведь, насколько я могу судить, не очень много денег, а они вам понадобятся, весьма и весьма. Но я могу помочь вам найти добросовестного покупателя. Выступая в роли владельца, пусть фиктивного, я…

— А какие вы даете гарантии? — вставил невозмутимый Федоров.