Мария Симонова - Воины Тьмы

Оказавшись вне игры — то есть в спокойной, незыблемой пустоте нормального космоса, — ксенли сразу начал медленный разворот, обозревая окрестности. Никаких крупномасштабных объектов в ближнем космосе не наблюдалось.

— Поразительная область! — подал голос получивший наконец возможность высказаться Дру, подразумевая, как я понял, Наутблеф. — В прошлое посещение мы оказались там среди гигантских разноцветных шаров! Они перекидывали нас друг другу, словно какие-то игрушки! Я хотел рассмотреть шары поближе и неосмотрительно соскочил с ксенли в момент соприкосновения с синим шаром — так меня тут же выбросило оттуда! И прямо на корабль Апстера! А ты что скажешь, Стас? Ведь ты тоже уже бывал в Наутблефе?

— Нам в тот раз довелось поучаствовать в гонках, — нехотя отозвался я. В первый раз в Наутблефе нас гоняло по здоровенным и неимоверно перепутанным радужным трубам наперегонки с какими-то чрезмерно шипастыми красными каштанами. Воспоминания об этих шипах, пришедших с нами в соприкосновение, когда мы стали злостно нарушать порядок гонки, были не из приятных.

Понятия не имею, в какую область вселенной нас выставили за нарушение на этот раз, но дракон здесь долго не задержался: он сделал полный разворот, потом моя голова привычно закружилась, звезды мигнули и исчезли, а в следующий миг перед нами возникли новые, частично заслоненные гигантскими корпусами двух дрейфующих бок о бок кораблей. Большим из этих кораблей был «Вечный Скиталец», вторым — разбойничья шхуна Птеродактиля.

«К кораблям подходить нельзя», — сразу предупредил дракон.

— А мой корабль? Он может отойти от «Скитальца»? — спросил Птеродактиль вслух.

"Пусть попробует «Скитальца».

Командор поднял к лицу руку — на его запястье засветился зеленым огоньком прибор, сделанный в виде браслета.

— Керк, слышишь меня? Мы вышли! — сказал Птеродактиль в прибор.

— Вижу вас, командор! — донесся голос из браслета. — Что я должен делать?

— Отходи от «Скитальца», мы тебя догоним!

— Понял, работаю.

Мы посидели с минуту в молчании, ожидая, что корабль Птеродактиля вот-вот отшвартуется от своего проклятого соседа. Двигатели на корабле, судя по полыхающим синим пламенем дюзам, работали вовсю, но он не тронулся с места, словно взятый на абордаж и намертво пришвартованный к легендарному космическому пирату.

— Не понимаю, в чем дело, командор! — раздался голос из прибора. — Не могу отойти от «Скитальца»!

— Давай максимальную нагрузку!

— Уже дал, двигатели работают в предельном режиме!

Капитан многоступенчато выругался и уставился на сидящего поблизости помощника.

— Что будем делать?

Помощник промолчал, на всякий случай пожав плечами.

— Думать! — ответил сам себе командор. И вся пиратская бригада, сидящая практически «на сундуках», а вместе с ней и мы принялись старательно думать.

Пока все были заняты мучительными попытками активизировать свой мыслительный процесс, Сфит снял с плеча торбу, извлек оттуда продолговатую консервную банку и нерешительно протянул ее Ильес.

…Это еще откуда?..

Мой мыслительный процесс незапланированно свернул в иное русло. Я точно знал, что никаких банок до визита на «Скиталец» у Сфита в торбе не обреталось, да и вообще там мало чего обреталось из категории "Ж" (то есть жратвы) после нашего последнего пикника. Неужто на «Скитальце» надыбал?..

Ильес машинально взяла банку, покрутила ее так и сяк и непонимающе взглянула на Сфита.

— Это что?..

— Еда… — смутился Сфит. — Хорошая еда!.. Оттуда, — он махнул рукой в сторону «Скитальца».

Аи да Сфит, аи да сукин сын! Догадался попросить у «Скитальца» жратвы! И когда только успел?

Ильес подняла на меня вопросительный взгляд, но спросить ничего не успела — сидящий неподалеку от нее Птеродактиль молча наклонился вперед и хапнул банку у нее из рук. Все так же молча он достал из-за пояса длинный нож и изуверски вскрыл им банку — судя по всему, просто из любви к искусству, потому что банка была, насколько я успел заметить, с подогревом и открывалась без помощи прикладных орудий. Заткнув нож обратно за пояс, командор вынул из кармана штанов ложку и принялся молча поглощать консервы — кажется, мясо с какими-то бобами.

Сфит наблюдал за командором укоризненно, Ильес — с усмешкой, Дру — трудно судить, но по-моему — с брезгливым негодованием, меня же терзал интерес естествоиспытателя: выживет — не выживет?.. Остальная команда заглядывала в пустеющую на глазах банку плотоядно. Похоже, что Сфит своими нехитрыми действиями сумел отвлечь от стратегических размышлений абсолютно всех. Кроме самого командора. Прикончив консервы и выжив, Птеродактиль отбросил в сторону банку, вытер ложку о штаны, сунул ее обратно в карман и поднес ко рту переговорное устройство.

— Керк! — гаркнул он в устройство. — Прыгаем вместе к Бирле! Если не сможете оторваться, ждите здесь, я за вами вернусь.

Он обернулся ко мне.

— Слышал? Командуй ксенли!

— Ну что, дракон, прыгаем?

«Не уверен, что он за ними вернется».

— А его корабль?

«Зачем ему этот корабль? Он теперь может купить себе целую эскадру!»

— Что ты предлагаешь?

«Если корабль не сможет оторваться от „Скитальца“, мы сразу же возвращаемся и снимаем с него людей».

Ты уверен, что «Скиталец» их отпустит?

«Думаю, что небольшой модуль от корабля отойти сможет».

— Слышал? — обернулся я к командору. Тот в упор глядел на меня. — Согласен?

— Командуй, — буркнул он.

Из прыжка мы вышли вблизи зеленовато-коричневой в голубую крапинку планеты. Как ни странно, Бирла, являясь, насколько я понял, Фатер-Лендом космических флибустьеров, была, похоже, начисто лишена океанов и морей — по крайней мере на той стороне, что сейчас обращена к нам, отсвечивали лишь реки да озера, основную же площадь занимала безнадежная суша. С другой стороны такая масса твердой почвы наверняка призвана была радовать глаз соскучившихся по земле космических головорезов, возвращающихся домой после праведных трудов на ниве грабежа.

Мы вышли из межа одни. Я было решил, что «Скиталец» так и не выпустил посудину Птеродактиля из «мертвого» абордажа, и собирался уже дать команду ксенли на обратный ход, как вдруг корабль возник неподалеку, примерно на том же расстоянии от нас, что и раньше, а рядом с ним по-прежнему парила мрачная громада корабля-призрака. То ли корабль Птеродактиля протащил за собой «Скиталец» через меж, то ли Апстер подслушал переговоры командора с Керком и сам прыгнул за нами; так или иначе — нам уже не было нужды возвращаться, а можно было снимать людей с корабля Хески, практически не сходя с места.