Лора Андерсен - Аль-Ришад

— Кто отец? — спросил Диггиррен, но она молчала, и он сказал за нее сам: — Не мучайся, это Строггорн. — И вглядевшись в ее глаза, прочитал подтверждение. Диггиррен сразу же перестал смотреть на нее. — Ничего не объясняй, Этель, я всегда знал, что этим кончится. Не желаю ничего знать о вас. — Он еще какое-то время сидел в кресле за ее спиной, не пытаясь влезть в ее мозги и просто размышляя. — Ты теперь разведешься со мной? — спросил он через некоторое время.

— Зачем?

— Разве нет повода?

— Если для тебя он есть — подай на развод, я этого делать не буду. Этель встала и выключила телеком. — Я что-то устала, Диг. Последи, чтобы дети поели, когда придут, и постарайся успокоиться, испугаешь детей. Особенно Антона — ты же знаешь, он будущий Вард, от него так легко не спрячешься.

— Какой срок, Этель?

— Почти три месяца. — Этель ушла спать.

Ее ответ поразил Диггиррена. Это означало, что они встречались со Строггорном сразу после отлета Аоллы, и он подумал, что, наверное, они встречались и до ее прилета. «Строггорн большой мастер на такие дела», всплыли в его мозгу слова Лингана.

Антон пришел домой и, поглядев на отца, сам заказал ужин и отдал приказ биороботу накрывать. Ему было девять лет, и он считал себя совсем взрослым, полагая, что вмешиваться в дела родителей не имеет никакого права. Антон сам уложил младших в постель, а отец все сидел в гостиной и ни на что не реагировал.

Все последующие полгода Этель не подпускала Диггиррена к себе, да он и не стремился к этому. Казалось, два совершенно разных человека просто живут в одном доме. Конечно, это было совершенно очевидно их сыновьям, которые, тем не менее, не задавали никаких вопросов. О ребенке они не говорили, и Диггиррен даже никогда не спрашивал о здоровье Этель. Его не интересовал этот ребенок, и прочему-то он был абсолютно уверен, что как только тот родится — она подаст на развод. Только Антон однажды уточнил у матери, кто должен родиться, и она ответила, что у него будет сестра, но выяснять, почему отец так ненавидит еще нерожденного ребенка, мальчик не стал. Про себя он решил, что если ситуация в ближайшее время не разрешится, придется рассказать все Лингану.

Когда-то, совершенно случайно, Антон узнал, что еще задолго до женитьбы отец едва не убил мать, а некоторые прямо говорили, что убил, только удалось оживить. Оказалось слишком много посвященных, чтобы можно было скрыть правду, и теперь Антон начал бояться, как бы все не повторилось. Он только расстраивался, что не знает подробностей. Девятилетнему ребенку было бы крайне сложно выяснить их и тем более объяснить свое любопытство, и он самостоятельно забрался в архив, когда однажды был у Лингана в гостях и такая возможность представилась. Вряд ли бы тому пришло в голову, что вместо интересной игры, мальчик рылся в Протоколах заседаний Совета Вардов. Антон не смог получить доступ ко всему, но текст приговора, который не был секретным, он прочитал и запомнил навсегда. Единственное, что смущало Антона — обязательное психиатрическое обследование в четырнадцать лет, когда это неизбежно стало бы известным, но до этого было еще очень далеко — целых пять лет, а до этого времени он надеялся скрывать правду.

Этель почувствовала боль и сразу разыскала Строггорна. У них была договоренность, что рожать она будет в его клинике. Ему хотелось видеть, как появится на свет его первый и, скорее всего, последний ребенок, и он упросил ее об этом. Все предыдущие роды принимал Диггиррен. Он имел прекрасную квалификацию в этой области, а учитывая серьезные проблемы с обезболиванием для Этель, ставшей Вардом, хороший врач — Вард становился необходимостью. Но сейчас она побоялась даже заикаться о том, чтобы попросить его.

Строггорну помогал Лао, который не сомневался, что тот будет нервничать со всеми вытекающими из этого последствиями. Кроме того, Строггорн никогда не занимался этой областью медицины — до этого ему хватало и других проблем.

— Будут долгие и нудные роды, — констатировал Лао, осмотрев Этель, которая лежала в палате при операционной. Он специально говорил быстро, чтобы она не смогла их понять.

— Странно. Ведь это уже четвертые! — удивился Строггорн.

— Бывает. — Лао посмотрел на часы. — Мне нужно уйти, но я буду недалеко, сидеть с вами нет никакого смысла, это на много часов. Позовешь, она сама знает, когда я буду нужен.

— Подожди, а как-то ускорить или облегчить нельзя?

— Для нее можно, но мы убьем при этом ребенка, — пояснил Лао. — Любой эффективный для нее препарат — абсолютно смертелен для ребенка, и хотя мне жаль, что при нашем уровне медицины она должна рожать без элементарного обезболивания, ничего нельзя сделать. Что это ты в лице изменился? — Лао покачал головой. — Будешь так психовать и пугать Этель, выгоню и пришлю другого врача. — Он встал и невозмутимо удалился. На самом деле, его удивило отсутствие Диггиррена и то, что потихоньку он увидел в мозгу Этель. Как Советник, он решил заняться небольшим расследованием.

Через два часа схватки у Этель усилились, но толку от этого было мало. Как ни старался Строггорн держать себя в руках, он начал нервничать. Посидев еще какое-то время, внимательно вглядываясь в бледное, в капельках пота, лицо Этель, он решил найти Лао, чтобы тот посмотрел ее еще раз. Строггорн с удовольствием бы увел ее в псевдореальность, но при родах женщин-Вардов было проверено, что это сразу же прекращало схватки. Он нашел Лао и тот, не споря, пошел смотреть Этель.

— Никакого сдвига, — констатировал Лао. — Что-то надо делать, не нравится мне все это. — Они опять разговаривали очень быстро.

— Послушай, а вообще с женщинами-Вардами больше проблем, чем с обычными?

— Больше? — Лао удивленно посмотрел на Строггорна. — Это ты как-то мягко выразился! Да у нас с ними одни проблемы! То — неэффективно, это смертельно для ребенка. — Он нахмурился. — Этель еще здоровая женщина, а то у нас детская смертность у Вардов выше в несколько раз, чем у всех остальных. Иногда достаточно обычного гриппа — организм начинает защищаться и отправляет ребенка на тот свет.

— Лао, ты мог мне это сказать до ее беременности? Кого-нибудь другого могли бы уговорить.

— Удивляешь ты меня, Строггорн. — Лао грустно посмотрел на него. — Это где же найти такую смелую женщину, которая бы не побоялась родить ребенка от таких чудовищ, как ты и Аолла Вандерлит? Аолла ведь совсем нечеловек, и если о тебе это мало кому известно, но все равно — одного твоего взгляда хватит иным на всю оставшуюся жизнь — то про нее все знают, что на Дорне она настоящее чудовище!

Строггорн сидел совсем потерянный. Себя он не считал чудовищем, но сейчас хорошо представил, что это лишь его личное мнение, а обычные люди должны считать совсем по-другому. Тем более это касалось Аоллы. Этель закричала, до боли сжав руку Строггорна, и Лао поднялся, дожидаясь, когда схватка отойдет.