Евгений Квардаков - Тиадар

— Ну вот… — чуть разочарованно сказал сам себе Лейнер. — А мог выйти интересный разговор с этим товарищем. Жаль…

Отправив подоспевших офицеров разбираться с убитым, он спустился вниз, где вокруг транспортера скапливалось все больше и больше народу. Едва выбравшись на улицу, издалека, Лейнер заметил Штайера и его жену, которых отвели к стене дома и накрыли силовыми щитами.

— Кто пострадавший? — коротко спросил Мариус у одного из военных.

— Винфред. Он подставился под выстрел. Хорошо еще экзоскелет оказался старой модели, сработали энергощитки.

Черт, а ведь не уговори его тогда Керт поменяться машинами, на месте шефа военной охраны мог быть он. Лейнера передернуло и по спине пробежал неприятный холодок. Винфреда уже грузили в медицинский глайдер, он был без сознания, а правая сторона его груди почернела и обуглилась. Экзоскелет не смог принять на себя весь удар и расплавившаяся броня въелась в кожу и поверхностный слой мышц.

— Прогноз какой? — поинтересовался Лейнер у хмурого врача, что-то записывавшего в свой информблок.

— Не знаю, шеф. — развел тот руками. — Ранение очень тяжелое, но если довезем до центра, то вытащим без труда. Спас экзоскелет. Не будь его, порвало бы в клочки.

Позади, при большом стечении зевак, из дома вытаскивали убитого Лейнером человека. Шеф полиции еще раз бросил взгляд на лежавшего в антигравитационной барокапсуле Винфреда и вернулся к шлюзу, возле которого все скапливалось все больше и больше людей. Такая же, если не еще большая толпа собиралась вокруг разбившегося глайдера, из вывороченной двери которого на мостовую вывалился искалеченный труп сидевшего рядом с водителем полицейского.

— Ривз, что за бардак, мать твою! — рявкнул он проходя мимо лейтенанта безучастно наблюдавшего за выносом тела. — Быстро собери ребят и обеспечь отсутствие на месте происшествия посторонних!

— Да… ах. да, разумеется. — офицер моментально исчез с глаз долой и Лейнер наконец то смог рассмотреть покушавшегося на Штайера неудачливого убийцу.

Даже несмотря на полностью разорванную шею, грудь и раздробленную нижнюю челюсть он без труда узнал Мэтью Стенлона. Вопрос о том, как «Серебряная Луна» узнала пути следования кортежа отпал сам собой.

К тому времени как Лейнер вернулся на базу, Дойл уже знал все из выпуска местных новостей. Вопросы наклевывались сами собой, и он был готов к этому, когда Мариус попросил его подняться к нему в кабинет. Пришлось откладывать в долгий ящик все записи с Рэндом, определенно опротивевшим Майклу за эти дни и ползти по эскалатору на верхний этаж управления к шефу, находившемуся в явно не самом лучшем расположении духа.

— Вечер добрый, Майкл, — сказал Лейнер. — Хотя трудно его назвать особенно добрым. Ты дверь прикрой за собой, разговор есть.

Захлопнув герметичную дверь Дойл сел в кресло напротив Лейнера, угрюмо курившего прямо под табличкой «не курить».

— В общем, дело такое. — Лейнер протянул Дойлу оптический накопитель в виде кристалла. — Два дня назад с Марса запрос на тебя пришел. С полным разбором полетов. Я особо делу ход давать не стал, и понимаю, что правильно поступил. Ты да еще пара человек, вот и все те, кто здесь имеет хоть какое-то представление о работе в полиции. Мы же ведь, по сути, милиция, дружина местная. О следовательской деятельности и не знает никто. А вот тут она и нужна. Да и не могу я гарантировать, что в отделении еще «кротов» нету.

— Мариус, я понимаю к чему ты клонишь… — развел руками Дойл. — Но на мне висит Рэнд.

— Да, я понимаю. И не собираюсь отвлекать тебя от этого дела. Но попрошу содействия, если понадобится. Поможешь — буду благодарен. Расследование этого дела с покушением на Штайера я на себя возьму, думаю, вместе с Патриком Норром мы что-нибудь да раскопаем. Он ведь раньше по особо тяжким на Проксиме был, до подобного твоему случая. Вот сегодня мне помощь и нужна. Ты ведь со Стэнлоном общался?

— Ну как общался… разумеется, разговаривали о том, о сем.

— Вот и отлично. Ничего он интересного не рассказывал? Быть может были темы, которых он избегал касаться в разговорах, или же о которых наоборот любил поболтать.

— Да все как у всех. — неуверенно ответил Дойл. — Выпивал, бывало, чушь всякую нести начинал. По трезвому про оружие любил поговорить, много знал про системы связи…

— Понял. А что за чушь — то?

— Да по мелочи. То про пещеры рассказывать начинал, мол, какие они глубокие и какие там твари обитают. То что-то про пение из раковин говорил. По мне, так бред полнейший.

— Бред, да не совсем… — задумчиво проговорил Лейнер. — Поющие раковины, это не так просто. Есть тут басенка одна про них…. Мол, агенты «Серебряной Луны» такие артефакты в катакомбах находят и своим новым соратника дают послушать. Якобы, из раковин этих такой напев звучит, да такие видения приходят, что у человека чердак съезжает и он сам того не ведая становится на сторону этих экстремистов. Да, жаль я этого не слышал, а ты человек новый и значения этому не придал…

— Ну так кто же знать-то мог…

— Да нет, нет, я тебя ни в чем не обвиняю. Только вот давай-ка скатаемся сейчас на квартиру Стэнлона и проверим что там и как. Если раковину такую найдешь, ты ее главное к уху не прикладывай, а то потом я даже знать не буду, что с тобой делать.

Сказано — сделано. Долго ли, сесть в глайдер и проехав всего несколько улиц остановится перед невысоким, как и все дома поблизости, строением с несколькими окнами. Весь путь Дойл и Лейнер проделали молча, ни тому ни другому говорить особо не хотелось. Своего дома у Стэнлона, как и у многих полицейских не было — он жил в просторной, двухкомнатной муниципальной квартире, плату за которую он платил с зарплаты по значительным льготам. Его соседи, уже наслышанные о случившемся сидели за столами в баре на первом этаже и косясь на подъехавшую полицейскую машину тихо переговаривались между собой.

— Теперь смотрите, всех достанут расспросами и мозговыми сканированиями. — говорили одни. — Он потому был тихий, что всего боялся и готовился к убийству.

— Да уж… а может это все подстроено? — сомневались другие. — Ведь таким хорошим соседом был Мэтью. Тихий, учтивый… не пил, не колобродил по ночам.

— Под телепатическим внушением он был — с видом всезнаек заявляли третьи. — Ну не мог он по своей воле такого совершить.

Дойл даже не посмотрел в сторону сплетников. Истину выяснить еще только предстояло и правы могли быть как первые, так и вторые и третьи.

Квартира Стэнлона оказалась на втором этаже, пустынная, полутемная, с закрытыми днем жалюзями. В обеих комнатах царил беспорядок, кровать была не убрана, стол раскрыт и на столе лежали оптические информ-диски.