Мерседес Лэки - Роза Огня

Она сделала глубокий вдох и расслабилась. Теперь, когда у нее был план, Роза была готова встретить лицом к лицу все, что ее ожидает. Если бы только ее не ожидал Дюмон! Она не то чтобы боялась его - но каждый раз, когда они встречались, чувствовала подавленность. Он был не таким уж силачом физически, но все же много выше и сильнее ее, а у Розы сложилось убеждение, что при случае Дюмон вполне способен применить к женщине силу.

"А не удастся ли уговорить Ясона почаще посылать Дюмона в город или даже все время держать его там, вызывая в поместье, только когда в этом есть необходимость?"

Идея показалась Розе весьма привлекательной, но от нее скоро пришлось отказаться.

"Он ведь секретарь Камерона, а я не собираюсь брать на себя еще и эти обязанности вдобавок к уже имеющимся".

Она и в самом деле не могла бы этого сделать. Дюмон явно выполнял вполне определенные приказания Камерона, и выполнял их привычно и быстро. Она не смогла бы делать это столь же безукоризненно, а Камерон, несомненно, требовал и ожидал от своих служащих компетентности. Если она попробует заменить Дюмона, ее ждет провал, а Роза вовсе не хотела лишиться уважения Камерона, которое успела завоевать.

Ее собственная работа занимала теперь и дневные часы, поскольку она начала читать книги, которые Камерон рекомендовал для ее образования. Она сама предложила ему это накануне, указав на то, что она вполне квалифицированная исследовательница, и если он не воспользуется этим ее умением в дополнение к работе переводчицы, то не получит от нее полной отдачи.

"Я и так уже делаю очень много. Будет гораздо легче скрыть от Дюмона, что я знаю всю правду о Ясоне, чем пытаться стать не только переводчицей и исследовательницей, но и личным секретарем. В сутках не хватит на все это часов".

Серый свет, сочащийся в окно, напомнил Розе о зимних днях в Чикаго, хотя она и понимала, что, выглянув в окно, не увидит привычной для себя зимней картины. Оставалось уже совсем немного времени до Дня Благодарения... Роза не ожидала, что этот праздник будет отмечаться в доме Камерона. Приближение даты лишь говорило о том, как долго она уже здесь находится.

"Всего неделя до Дня Благодарения! Трудно поверить..."

Все дни были одинаковыми, ничто не отличало один от другого, и они сливались воедино.

"Так трудно вспомнить, какой сегодня день недели, не говоря уже о числе и месяце!"

Поместье находилось далеко от полустанка Пасифика, так что до Розы не долетал воскресный колокольный звон, как это было в Чикаго. Не было никакой возможности посещать воскресные службы, и Роза лишилась и этого напоминания о начале недели.

Она размышляла обо всем этом, пока одевалась. Одежду она выбрала теплую: шелка не годились для такой погоды. Батареи в комнатах были горячими, а саламандры разожгли огонь во всех каминах.

"Как странно... Наверное, будь я должным образом воспитана, я очень переживала бы по поводу пропущенных воскресных служб, но я совсем не чувствую, чтобы мне этого не хватало. Разве я там скучала? Наверное. Наш проповедник был не слишком искусным оратором, а о музыке нечего и говорить. Не помню, чтобы папа был таким уж ярым приверженцем религии. Мы всегда ходили в университетскую часовню, потому что так было принято среди преподавателей".

После того, как детство кончилось, Роза никогда не обращалась к религии за утешением и поддержкой - может быть, потому, что стала слишком практичной, чтобы надеяться их получить. Она никогда не видела, чтобы церковные деятели предлагали нуждающимся в помощи что-то, кроме советов "накормить голодных и утешить страждущих". Что же касается самого Творца, Роза не могла себе представить Бога настолько праздным, чтобы Он прислушивался к каждой молитве и просьбе верующих.

"Мне, пожалуй, и не захотелось бы это делать, будь я Богом. Половина людей, подобно избалованным детям, клянчит лишнюю конфетку, а вторая половина жалуется на несправедливость своей доли. А еще есть такие, кто напыщенно благодарит Создателя, когда на самом деле им просто хочется похвастаться своим везением. На месте Бога я наслала бы на них всех чуму или вражеское нашествие, чтобы узнали, что такое настоящее страдание, и не докучали мне".

Вчера вроде бы было воскресенье, последнее воскресенье перед Днем Благодарения? Ноябрь... Как странно!

Роза застегнула ботинки и вышла в гостиную, где ее, как обычно, дожидался завтрак. Если бы саламандра была в комнате, Роза поблагодарила бы ее, но она отправилась в те неведомые края, где пребывают саламандры, когда они не нужны своим хозяевам. Роза пила кофе и намазывала масло на тост, по-прежнему размышляя о том, как быстро идет время.

"Я уехала из Чикаго в конце октября и добиралась сюда не менее недели. Один из кондукторов поезда, кажется, что-то говорил о Хэллоуине... Потом еще неделю я делала переводы для Ясона - до того, как прочла книгу Ди. Поль отсутствовал тоже немногим больше недели. Да, остается совсем немного времени до Дня Благодарения, я не ошиблась. - Роза покачала головой. - Вот уж не думала, что время начнет течь так незаметно".

Действительно, как странно! Ее жизнь так изменилась за эти недели!

"Магия, саламандры - Господи, ведь еще совсем недавно я не думала ни о чем, кроме крыши над головой и возможности заработать на кусок хлеба, а теперь - посмотрите на. меня! Шелковые и шерстяные платья, превосходная пища, роскошные апартаменты, работа, которую я не только хорошо умею делать, но которой наслаждаюсь! И возможность закончить диссертацию... Да еще и щедрая плата! - Роза снова покачала головой. - Мне следует благодарить провидение, а не переживать из-за того, что мне не удастся избавиться от общества единственного неприятного типа!"

Да, все так, но ведь Ясон Камерон тоже почему-то не доверяет Дюмону, иначе не стал бы просить ее держать в тайне ее новое знание о магии. Значит, ее беспокойство не столь уж беспочвенно. Придя к такому выводу, Роза стала обдумывать, отправиться ли ей в парк, рискуя встретить там Дюмона, или остаться у себя.

"Может быть, мне и следовало бы избегать Дюмона, но ведь Закат, наверное, ждет меня".

В последние дни Роза регулярно навещала жеребца. Он по-прежнему был ласков и послушен, как комнатная собачка, и возмущение девушки неприязнью Дюмона к коню только росло. Бедняжка Закат явно страдал от одиночества, несмотря на то, что в соседних стойлах находились две рабочие лошади и старенький пони. Из разговора с Камероном Роза знала, что до своего несчастья он непременно посвящал жеребцу час или два, и у нее сложилось смутное впечатление, что для коня возможность бегать в загоне не заменяет ежедневной скачки под седлом. Должно быть, кто-то говорил ей, что такому коню для счастья необходимо общество человека; поведение Заката явно подтверждало это.