Око небесное - Филип Киндред Дик

Хэмилтон рванулся что было силы. Прижавшись плечом к сжатой двери, он толкал, бил, раздирал и рвал мягкую живую плоть. Клочья органической субстанции повисли на его руках; ему удалось вырвать, выдолбить огромные ее куски.

– Помогите мне! – крикнул он силуэтам, копошащимся позади. Билл Лоус и Чарли Макфайф поднялись из луж слюны и начали яростно рвать то место, где была дверь. Появилось отверстие; с помощью Марши и Дэвида Притчета им удалось проделать в тканях существа округлую дыру.

– Вперед, – прорычал Хэмилтон, выталкивая жену. Марша свалилась ничком на крыльцо и перекатилась подальше. – Вы следующий, – бросил Хэмилтон Сильвестеру. Старика грубо протолкнули на ту сторону; за ним отправился Лоус, за ним – Макфайф. Бросив вокруг бешеный взгляд, Хэмилтон понял, что они с Дэвидом остались вдвоем. Пол с потолком уже почти сошлись; беспокоиться о ком-то еще не оставалось времени.

– Полезай! – буркнул он и с силой протолкнул мальчика в дрожащую дыру. Затем, изгибаясь и содрогаясь, полез туда сам. Позади, во рту существа, пол с потолком сошлись. Раздался резкий треск, когда встретились две твердые поверхности. Треск повторился – еще и еще.

Миссис Притчет, которая не смогла выбраться, была пережевана.

Выжившие члены группы собрались на переднем дворе, на безопасном расстоянии от дома. Все молчали и лишь наблюдали, как чудовищное существо пульсирует, сжимаясь и разжимаясь. Пищеварительные процессы были в разгаре. В конце концов движения стихли. Последняя рябь судорожной активности прошла по существу, и оно застыло.

С глухим жужжанием опустились занавеси на окнах, образовав застывшие непрозрачные тени.

– Оно спит, – сказала Марша отстраненно.

Ни с того ни с сего Хэмилтон подумал, что же скажут мусорщики, когда придут забирать мусор. На заднем крыльце будет лежать аккуратная кучка костей, обглоданных, обсосанных, а затем выброшенных вон. Ну, может, еще несколько пуговиц и металлических крючков.

– Вот и все, – сказал Лоус.

Хэмилтон двинулся к машине.

– Убить ее будет очень приятно, – сообщил он.

– Только не автомобиль, – предупредил Лоус. – Мы не можем ему доверять.

Хэмилтон остановился, задумавшись.

– Пойдем к ее дому пешком. Я попытаюсь выманить ее наружу; если мы сможем поймать ее на улице, не заходя внутрь…

– Она, скорее всего, и так на улице, – сказала Марша. – Все это работает и против нее тоже. Может быть, она вообще уже мертва; может быть, ее дом сожрал ее в тот же момент, как она вошла внутрь.

– Она точно не мертва, – криво усмехнулся Лоус. – Или мы сейчас были бы не здесь.

Из длинной тени у гаража выступил стройный силуэт.

– Верно, – раздался спокойный бесцветный голос. Знакомый голос. – Я все еще жива.

Хэмилтон вытащил пистолет из внутреннего кармана. Но лишь только пальцы потянулись к предохранителю, как его посетило ужасное осознание. Он никогда в жизни не пользовался раньше этим оружием – и даже никогда его не видел. В реальном мире у него не было пистолета. Тот появился только вместе с миром мисс Рейсс; пистолет был частью ее личности и существования в этой дикой, патологической фантазии.

– Вам удалось сбежать? – поинтересовался у мисс Рейсс Билл Лоус.

– У меня хватило ума не подниматься наверх, – ответила женщина. – Я разгадала ваши планы в тот самый момент, когда ступила на ковер в холле своего дома. – В голосе мисс Рейсс зазвучали нотки безумного триумфа. – Вы не настолько умны, как вам казалось.

– Боже мой, – сказала Марша. – Но мы никогда…

– Вы ведь собираетесь попробовать убить меня, верно? – пожелала знать мисс Рейсс. – Все вы, вся ваша группа. Вы ведь уже какое-то время планируете это, так?

– Это правда, – внезапно признал Лоус. – Так оно и есть.

Мисс Рейсс захохотала хриплым, металлическим смехом.

– Я так и знала. И вы не боитесь открыться и сказать это, да?

– Мисс Рейсс, – сказал Хэмилтон, – безусловно, мы планируем убить вас. Но мы не можем. В этом безумном мире нет человеческого существа, что способно причинить вам хоть какой-то вред. Это те чудовища, которых вы выдумали, что…

– Но, – перебила его мисс Рейсс, – вы ведь не человеческие существа.

– Что? – не понял Артур Сильвестер.

– Да конечно же, нет. Я сразу это поняла, как только увидела вас – в тот день на Беватроне. Именно поэтому все вы и пережили падение; это была очевидная попытка вытащить меня туда и столкнуть вниз, чтобы я погибла. Но я не погибла. – Мисс Рейсс улыбнулась. – У меня есть кое-какие собственные возможности.

Очень медленно Хэмилтон спросил:

– Но если мы не люди, то что же мы такое?

И в этот момент зашевелился Билл Лоус. Он с гулом взмыл с влажной травы и спланировал прямо к маленькой и тонкой фигурке Джоан Рейсс. Развернутые крылья, пыльные и пергаментные, взмахнули один раз и зашуршали в ночном сумраке. Его прицел был абсолютно точен; он оказался на ней до того, как она смогла пошевелиться или закричать.

То, что казалось человеческим существом, на деле было многочленным хитиновым созданием, которое жужжало, дрожа и обертываясь вокруг слабо трепещущего тела мисс Рейсс. Удлиненная задняя часть существа дернулась; резким уколом оно ужалило женщину, на какое-то время задержав свой ядовитый хвост в ее теле, а затем, удовлетворенное, отвалилось. Один за другим впившиеся, царапающие когти отпускали ее из захвата. Покачнувшись, мисс Рейсс упала на четвереньки и лежала лицом вниз, парализованная, редко дыша в мокрую траву.

– Она уползет! – тут же сказал Артур Сильвестер. Бросившись вперед, он прыгнул на уменьшающееся на глазах тело и перевернул его. Быстро и умело он испустил быстротвердеющий бетон сплошной полосой вокруг костлявых бедер женщины; оборачивая ее, он плотно замотал тело в толстую сеть из крепких нитей. Когда он закончил, продолговатое насекомое, ранее бывшее Биллом Лоусом, подхватило тело своими когтями; придерживая слабо бьющийся кокон, оно зафиксировало его на месте, пока Сильвестер не выпустил длинную нить и не перекинул ее через ветвь дерева. Спустя мгновение полупарализованная фигура Джоан Рейсс уже висела вниз головой в мешке из эластичных нитей; с остекленевшими глазами и полуоткрытым ртом она слабо раскачивалась на ночном ветру.

– Да, это должно ее удержать, – с удовольствием сказал Хэмилтон.

– Я так рада, что вы оставили ее в живых, – жадно сказала Марша. – Мы сможем с ней поразвлечься… И она ничего не сможет сделать.

– Но потом все равно убить, – напомнил Макфайф. – Когда мы наиграемся.

– Она убила мою мать, – сказал Дэвид Притчет высоким и звонким голосом. Никто из них не успел и пошевелиться, как он рванулся вперед, присел перед прыжком и взмыл прямо на качающийся кокон. Высунув длинную питающую трубку, он раздвинул нити кокона, разорвал на женщине платье