Тимур Литовченко - Казнь через помилование, или Фантом

Всю ночь я метался по комнатке, словно загнанный зверь, ревел, грубо ругался, визжал, плевался, бился головой о стены, оказавшиеся такими же мягкими, как матрац кровати, искал на голых стенах хоть какой-нибудь гвоздь или крючок, чтобы разорвать одежду на полосы, связать веревочную петлю и совершить страшный грех самоубийства... Потому что такой поступок всё же лучше, чем уничтожение полутора тысяч человек вообще и собственной семьи в частности!

А также совершенно лишённый смысла: со мной или без меня, тем не менее дарки так или иначе нападут завтра на "Голден Глорию". И петля вокруг моей шеи ничего принципиально не изменит.

Потом я в изнеможении свалился на кровать и начал молить Бога о чуде. Только оно могло спасти Паолу и детей. Несомненно, о нападении дарков на грузовой корабль, который вёз меня, стало известно в тот же день, и я молил Всевышнего, чтобы они испугались и сдали билеты. Когда вдруг понял, что теперь аргументов за полёт ровно вдвое больше! Во-первых, обычно дарки не повторяли подобных операций в одном и том же секторе за столь короткий промежуток времени: их корабли уступали нашим, поэтому дарки старались не появляться там, где их могли поджидать. Во-вторых, Паола конечно же испугалась за меня и, разумеется, захочет разобраться на месте, то есть полетит обязательно. А с ней дети...

Не могу описать степень охватившего меня отчаяния, когда я понял всё это! Тогда я принялся молиться уже неизвестно о чём: чтобы тотчас же, в этот же миг в моей "мягкой" тюрьме объявился некий книжный Венслав Кручек с пилюлей... ну, хоть бы цианистого калия, лишь бы я мог отравиться! Чтобы таблетка оказалась вдруг фантастической пилюлей невидимости, и дарки... не нашли бы меня! Чтобы всё здесь немедленно взорвало. Чтобы все мы провалились в Тартарары...

Конечно же, всё осталось, как и было до того. Никакой супергерой ко мне не явился. И в этом мысль моего Сплинта оказалась верной: чудодейственные пилюли существуют лишь в книжках, а не в жизни...

Тогда я понял, что вообще делаю всё наоборот. И на меня излилась волна самого большого раскаяния! Ведь нынешний ад начался как раз с того, что я вообразил себя Христом, забыв, что ни в коем случае не являюсь Сыном Божьим, что я лишь жалкий человечишко с маленькой буквы. Христос мог спокойно выпить чашу горечи и умереть за других - а я не могу... так как, в отличие от Иисуса, у меня жена и дети! Это мое сверхуязвимое место, которое я сам же себе и создал! В отличие от умницы Христа.

Вот за свою безмерную гордыню я и наказан. Я не был совершенным, но вызвался играть такую роль, причём не на подмостках сцены и не перед объективом камеры, а в жизни! Куда уж там спасать человечество, когда и собственных страданий мне многовато, и свою собственную семью я уже не в силах спасти...

Итак, постепенно я впал в состояние глубокой прострации. Я знал лишь одно: что непременно не выполню задание дарка. То ли не сумею прицелиться (я им не стрелок и не военный пилот!), то ли наш корабль расстреляют истребители охраны, то ли мои каким-то чудом всё-таки не попадут на лайнер, то ли вместо "Голден Глории" полетит обыкновеннейшая "болванка", пустая ракета без единого человека, с одними роботами или даже без них... Следовательно, что-то всё-таки должно произойти.

Через несколько часов дарки вернулись. Я совершенно не отреагировал на их появление, по поводу чего мой дарк сказал:

- В самом деле, грустно видеть, в сколь жалкое и отвратительное создание превращает человека философия богопочитания и запрета на убийство. Будьте бодрее, Демин! Не вас же собираются убить.

Он был абсолютно прав. Я в самом деле походил на безвольную медузу. Мои руки, ноги, голова желейно подрагивали, я довольно-таки плохо соображал. Дарки вынуждены были подхватить меня под локти, так как сам я не мог сделать ни единого шага. Меня тащили куда-то, потом везли и вновь тащили...

Даже не знаю, как очутился в пилотском кресле. Оказалось, мы давно уже летим в гиперпространственном коридоре, а мой дарк сидит подле меня и тихонько этак шепелявит:

- ...малейшая попытка неподчинения, Демин, и я отстрелю вам голову. Поняли ли вы в конце концов?! Разнесу башку, так это у вас называется?

Я слегка повернул голову и увидел у своего виска дуло небольшого лучемёта. В ответ на моё удвиление дарк брезгливо взял меня за подбородок, повернул мою голову обратно и раздражённо сказал:

- Не дёргайтесь, смотрите перед собой. Ну что за идиот! Другие на вашем месте реагировали намного спокойнее. И сознаюсь честно, я не понимаю психоаналитиков, которые рекомендовали назначить вас главой резидентуры. Тем не менее, у психоаналитиков свои основания, не мне их критиковать, - здесь дарк прошипел что-то неразборчивое. По-видимому, на своём родном языке.

- Мне всё равно,- сказал я мрачно. - Я выполню всё, что прикажете.

Не знаю, как выдавил из себя такое. На самом деле же мне хотелось взбунтоваться, сорвать лучемёт, смотревший мне в висок, сжечь всё дотла, всех изорвать в клочья и застрелиться самому... И однако же я продолжал безвольно и апатично сидеть в кресле.

А впрочем, первые мои слова, произнесенные после продолжительного молчания, произвели на дарка благоприятное впечатление. Он облегчённо вздохнул и сказал:

- А вы крепче, чем кажетесь на первый взгляд. Уже и заговорили, и задышали свободнее... Ничего, Демин, это в первый раз убить страшно. Действительно, страшно. Потом уже легче. По себе знаю. Но я вижу, психологи не ошиблись. Держитесь бодрее, вас ждёт блестящее будущее!

Здесь я самым идиотским образом захохотал, но совсем не оттого, что поверил обещаниям дарка. И не потому, что не верил в них с самого начала. Просто мне пришли на ум сразу две вещи: во-первых, дарки нарочно устроили так, чтобы главный агент, то есть я, должен был убить свою семью (хотя откуда им знать, что моя семья полетит как раз на "Голден Глории"?..); и во-вторых, что ни Паолы, ни детей на лайнере нет. Я точно знал, что их там нет! Голову готов был положить на отсечение!

Это было какое-то сумасшествие, честное слово. Зато мне сразу же стало легче, и я вновь вообразил себя жертвой во имя жизни человечества. Просто обстоятельства требовали, чтобы я совершил массовое убийство, рассекретил всю вражескую агентуру и с гордо поднятой головой отправился в ссылку, чтобы умереть там. Или даже на плаху. Моя же семья будет жить и дальше, окружённая почетом и уважением. Паола, Сплинт, Мук и крошка Дори...

Ну, не настоящее ли это сумасшествие?!

- Почему вы смеётесь? - спросил между тем дарк.

Я с самым серьёзным видом откашлялся и сказал первое, что пришло на ум:

- Просто принял решение, вот и всё. Где там этот корабль? И расскажите, как прицелиться.