Эдуард Геворкян - Чёрный стерх

Слабо задребезжали стены. Где-то рядом трамвай проехал, решил Аршак, а потом вспомнил, что до ближайшей трамвайной остановки добираться минут десять автобусом. Стройка рядом, наверно, грузовики...

Наконец пришел дядя. Вид у него был растерянный. Он вошел, несколько раз оглянулся на лестничную клетку, запер дверь и накинул цепочку.

Молча разделся, умылся, поставил чайник на плиту и вернулся в комнату. К его приходу Аршак успел аккуратно собрать бумаги в папку.

- Что-то у меня нервы шалят, - вдруг сказал дядя. - В конторе звонками достали. Я и был там всего минут двадцать, так, понимаешь, раз десять звали к телефону. Подхожу, никто не говорит, а кто звал, уверяет, что просили именно меня. А сечас вошел домой, чувствую кто-то в карман прямо на ходу лезет. Я - хвать! Никого! И на улице рядом ни души. Что-то знобит меня, - жалобно проговорил дядя.

- Может, вы простудились?

- Может, - согласился дядя. - Хорошо бы сечас чайку и прилечь. Хотя нет, надо за хлебом сходить. Схожу вот за хлебом, а потом прилягу.

- Давайте я сбегаю, - вскочил с места Аршак.

- Нет-нет, надо еще всякого подкупить, а то потом крику до утра будет.

На лестничной клетке громко хлопнула дверь, разом заговорили несколько человек, заскрипела выносимая мебель.

- Соседи переезжают, - догадался Аршак, - помочь надо.

- Помоги, - вяло одобрил дядя, - только куртку накинь, там вроде дождь накрапывает.

Аршак накинул на плечи дядину куртку и выскочил из квартиры. Соседи действительно переезжали. Грузчики волокли фрагменты стенки и тяжелые короба. Аршаку откровенно обрадовались.

- Голубчик, - чуть не расцеловала его старушка, - помоги отнести в машину ящик со стеклом. Здесь немного, но ведь побьют!

После ящика настал черед разобранной и проложенной бельем люстры, а в самом конце погрузки ему вручили большую клетку, обмотанную полотенцем. Клетка была тяжела. Когда он водружал ее на сиденье рядом с водителем, полотенце немного размоталось, в щели показался глаз, а потом кончик клюва попытался осторожно раздвинуть щель. Но сосед, уже стоявший внизу с большой застекленной фотографией в руках, прислонил фотографию к колесу и поправил полотенце.

- Может поедешь с нами? - спросил старик. - Здесь минут двадцать по проспекту. Надолго не задержим, помоги только со стеклом управиться.

Аршак полез в кузов к грузчикам. Дюжие мужики не обратили на него внимания.

Машина тронулась. Забытая рамка с фотографией упала прямо под задние колеса, толстые шины проехались по стеклу, ина грязном асфальте осталась фотография грустного молодого человека с четким отпечатком шины на лице...

Часа через два Аршак вернулся. Дяди дома не оказалось. Аршак прислонился к стене, стягивая кроссовки, и почувствовал, как в бок уперлось что-то твердое.

Из кармана дядиной куртки он извлек ручку зонтика. В маленькой темной прихожей перламутровые пластинки засверкали неожиданно ярко. Аршак повертел ручку, полюбовался ею и как бы случайно переложил в карман своего кожаного пиджака.

Несколько минут он бесцельно шлялся по квартире, затем полез под нары и достал ящик с соседскими вещичками. Фотоаппарат забавный сбоку откидывается видоискатель, черная гармошка с притороченным объективом растягивалась узкими рычагами. Сзади вставлялась кассета с пластиной. Аршак немного повозился с аппаратом, складывая и раскладывая его. Вскоре Появился Михаил.

- Жрать ничего нет? - спросил он. - А то мне скоро на занятия бежать.

- Вроде есть, - осторожно ответил Аршак. - Почему ты на вечернем учишься?

Михаил ушел в ванную. Зафырчала вода. Вернулся.

- Почему, говоришь, на вечернем? - переспросил он. - А что мне на дневном делать! Сейчас я в лаборатории не расслабляюсь, ну и гроши, конечно идут, а то от моих дождешься. Потом, смотри, пока я работаю, мне в нашем физинституте место греется потихоньку. На дневном же распределяться - как бог комиссии на душу положит или телефон сверху брякнет. Усекаешь?

- Ага, - задумался Аршак.

Поступать ему было не скоро, хотя это как посмотреть. Да и мать с Жирайром Аветисовичем ненавязчиво так намекают, что хорошо бы на строительный факультет определиться и выправлять отметки в надвигающемся аттестате. Аршак знал, что у будущего родственника двоюродный брат чуть ли не декан в политехническом, но к этому факту относился сдержанно. Если очень припрет, то можно и в строители податься, хотя, конечно, больше хотелось бы на исторический...

Обнаружив в кастрюле на плите тушеное мясо, Миша взял ложку и приналег.

- Может, разогреешь? - спросил Аршак.

- Ништяк, в кишке согреется.

Аршак принялся аккуратно складывать старые вещи со стола в ящик. Что-то завернутое в фольгу упало на пол. В фольге оказался кусочек мутного стекла, тот, что вчера вызвал у дяди легкое недоумение. Аршак взвесил осколок в ладони - тяжелым оказалось стеклышко.

- Опять с этим мусором возишься? - спросил Миша, входя в комнату и облизывая губы, испачканные жиром.

- По-моему, это не стекло, сказал Аршак. - Тяжелое.

- А ну!...

Миша повертел неправильной формы кусок, размером с половину ладони, посмотрел на свет, глянул сбоку, царапнул ногтем и покачал головой.

- Он лаком покрыт, какой-то умник его в цапон макал. Где тут у меня растворитель?.. - он полез в письменный стол, достал пузырек и откупорил. Аршак сморщил нос - вязкий запах ацетона ему не нравился. Миша осторожно капнул на стеклышко, растер каплю кончиком носового платка. На поверхности образовалось небольшое светлое пятно.

- Я же говорил! - Миша снова завертел стекло, так и этак поворачивая его под разными углами к свету. - Растр, е-мое, точно растр!

- Что?

- Ну, такие полоски-бороздки, в голографической технике обычно используется.

- А-а...

- Вот тебе и... Ох ты! - Миша выронил стеклышко на диван, тут же подхватил и сунул двоюродному брату под нос: - Смотри, чертовщина какая!

Вначале Аршак ничего особенного не замечал, но по мере того, как Миша медленно вращал стеклышко, над светлым пятном возникло слабое мерцание, и вдруг прямо на Аршака уставился огромный глаз. Аршак моргнул, глаз немедленно ответил ему тем же.

- Зеркало! - догадался Аршак.

- Похоже, - с большим сомнением протянул Миша, - только я ничего не слышал о голографических зеркалах. Вот если бы там была подложка зеркальная или, скажем... - он задумался.

- Подумаешь, зеркало! - пожал плечами Аршак. - Я и не такие голографии видел. Тигран, мой одноклассник, журналы однажды принес, американские, так там на обложке...

- Это не то, - морща лоб, отозвался Миша, - голограмма может изобразить предмет, это запросто. Сходи в Политехнический, там сейчас выставка голографии. Зеркало можно сфотографировать. Но это изображение - оптическая иллюзия, понимаешь?