Эдуард Геворкян - Чёрный стерх

И пошел обратно.

Он шел вдоль стены, все убыстряя шаг - дождь усилился. Двор опустел. Длинная, метров в сто стена тянулась почти через весь двор. Из-за стены противно воняло нитрокраской. Несколько раз он оборачивался. Пусто, никого нет, хотя пару раз ему слышались чьи-то шаги.

И вот, когда он почти уже дошел до края и сворачивал к подъезду, словно холодные пальцы вдруг на мгновенье схватили его сзади за шею.

Он вскрикнул, но захлебнулся собственным криком.

И в следующий миг пропал.

Все было сжато, скомкано. Невозможно вздохнуть. Ничего не видно, не слышно, и нельзя даже застонать. Словно огромный гвоздь пронзил его и шляпкой придавил. Так было долго.

Потом гвоздь выдернули, и он почувствовал, как возвращается дыхание, шевелятся пальцы, в полном мраке возникли и затрепетали светящиеся размытые круги.

Аршак громко чихнул и раскрыл глаза.

Он находился в абсолютно незнакомом месте. Обвел взглядом помещение, вскочил с кресла и снова упал в него.

Большая комната... Да это и не комната вовсе!

Со всех сторон глядели дисплеи, дисплейчики и дисплеища до потолка, странные приборы с разноцветными бегающими огоньками, сверху нависали ребристые светящиеся трубы... У центрального экрана, усеянного яркими неподвижными точками ("Звезды!" - догадался Аршак), располагался огромный... штурвал, а рядом, на стене, почти таких же размеров нелепый рубильник.

Аршак вдруг понял, что находится в командной рубке звездолета. Тут его блуждающий взор остановился на кресле напротив и обнаружил в нем человека в блестящем обтягивающем комбинезоне. Сначала он не узнал его, но эти усы торчком...

- Извини за столь бесцеремонное обращение, - произнес Кошкодав-Ракоед густым басом, - но срочные обстоятельства вынуждают, и он сделал изящный жест рукой. - Ваша планета, ваша дорогая Земля в очень большой опасности, и ты, только ты можешь отвратить злую ее погибель.

Где-то в районе желудка у Аршака начал раздуваться огромный сияющий пузырь, в голове зашумело и словно эхом сладко отозвалось в ушах: "...ты, только ты... ты... ты..."

Он невольно выпрямился в кресле и сел по стойке смирно. Аршак сразу же поверил усатому, не мог не поверить. Действительно, оказался здесь непонятно как, приборы, экраны... словно в кино... правда, этот, напротив, не очень симпатичен, но кто сказал, что все злодеи обязаны иметь одно страшное лицо? Вот, скажем, Жирар Аветисович, тоже не красавец и даже наоборот, хотя, при всем сложном к нему отношении надо признать, что вполне приличный человек, только зануда, а самая обаятельная девушка в классе не злая дура, а, как ни странно, очень хороший человек, всякое бывает.

- Что я должен делать? Я... я... обязательно, - пролепетал он, распираемый гордостью, а сидевший напротив Кошкодав-Ракоед великодушно махнул рукой.

- Верю тебе, мой мальчик! Ты справишься, и даже более того, - он задумчиво огладил один ус, второй, отчего они еще больше растопырились, и продолжил: - Именно ты и никто другой, кроме тебя... Но для этого необходимо срочно, сейчас и прямо здесь...

Он заметно волновался, несколько раз вставал, садился, сопел. Наконец, решившись, сцепил коротенькие толстые пальцы и закатил глаза.

- Ты даже не представляешь, как велика опасность, - значительно произнес он и вперил взор в Аршака. - Настолько велика, что я не могу объяснить тебе, даже намекнуть не имею права. Но ты, храбрый мальчик, спасешь вашу старушку Землю, не так ли?

Странный разговор начал немного удивлять Аршака, по книжкам и тем немногим глупым фильмам, которые он видел, контакт с иной цивилизацией представлялся не так. Впрочем, об иной цивилизации речи уже не могло идти. На штурвале он разглядел слова, написанные вполне земными буквами: "Только вперед!"

Память услужливо подбросила незатейливые сюжетики о машинах времени, завязнувших в глубинах веков, о звездных кораблях, оказавшихся в прошлом из-за временных, гравитационных и прочих, не менее коварных ловушек. Вполне могло случится так, что в далеком будущем Земле грозит некая опасность, а он, Аршак, и есть именно тот самый спаситель. Может, его вычислили, и вот снаряжается экспедиция...

- Я готов!

- Спасибо. Рад за тебя, но... - собеседник прикрыл ладонью неприятные свои глаза и надолго задумался. - Все не так просто. Ты не поверишь, но я не могу сказать, что от тебя требуется, и написать не могу, даже громко подумать, и то опасно. Тут, знаешь, много охотников найдется... - он снова закатил глаза и застыл вдруг, вперившись в потолок.

Аршак тоже посмотрел вверх и заметил среди разноцветных светящихся труб небольшое пятно. Пятно быстро темнело на глазах, сорвавшаяся капля упала ему на руку. Резко запахло бензином. Аршак растер каплю.

- Так я и знал, - огорченно покачал головой Кошкодав-Ракоед. Подожди немного, я сейчас устраню... небольшую аварию, - с этими словами он подскочил к тяжелому квадратному люку, тронул блестящую пластинку, люк отъехал и он скрылся в коридоре. Аршак успел там заметить ряды приборов, экранов и всего остального, подобающего быть на звездолеты или, в крайнем случае, в машине времени.

Скорее всего, если судить по звездам на экране и решительным девизом на штурвале, это был именно звездолет. Аршак задумался, соображая, в какой галактике он сейчас находится, в какую чертову даль их занесло? Приятный озноб пробежал по спине.

Между тем кабина звездолета на глазах непонятно изменялась. Огоньки медленно тускнели, экраны и дисплеи стали гаснуть, изображения на них поблекли и застыли. Аршак вскочил с кресла и отбежал к стене." Аварию не удалось устранить, - мелькнула тревожная мысль, - надо бежать на помощь". Но он не знал, куда бежать и что делать, и испытывал жгучий стыд оттого, что сейчас, сию минуту, пока он здесь глупо таращится по сторонам, экипаж истекает кровью, сражаясь с... чем-то! А что-то уже проламывается сквозь коридоры и отсеки, сметая переборки, и сейчас ворвется сюда. Аршак покрепче уперся в стену, готовясь в прыжке ударом ноги встретить неведомого врага. За спиной зашуршало, он почувствовал, что упирается не в жесткие выступы ребристых устройств, а ровную поверхность.

Он резко обернулся. Стена претерпела удивительную метаморфозу: приборчики, экраны, ручки и лампочки словно выцвели и сплющились, часть приборной панели, на которую он опирался, прогнулась внутрь, и сбоку образовалась щель.

Не веря своим глазам, Аршак засунул в щель пальцы и дернул панель на себя. С противным бумажным шелестом осыпались песчинки, и в его руке оказался кусок обоев с некачественно отпечатанным изображением приборов, экранов... Сорванная полоса бумаги обнажила бетонную щербатую стену в ржавых потеках и пятнах.