Кит Ломер - Бронзовый бог

- Ты ищешь меня? - тихо спросил Ретиф.

- Конечно! - пискнул тоненький голос. - Нам никак не удается побеседовать в спокойной обстановке, мистер Ах-гм.

- Ретиф.

- Привет, Ретиф. Меня зовут Франтспурт. Ребята уполномочили меня рассказать вам, терри, что здесь происходит. В конце концов у нас, спизмов, тоже есть какие-то права.

- Если тебе удастся объяснить мне, что творится в этом сумасшедшем доме, я буду твоим вечным должником, Франтспурт. Давай, выкладывай.

- Все дело в хугах - они не дают нам ни минуты покоя. Представляешь, эти бегемоты-псалмопевцы утверждают, что из-за нас происходят все несчастья, от скисания молока до потери потенции! Дошло до того, что после захода солнца стало страшно выйти прогуляться...

- Погоди, Франтспурт. Начинай с начала. Кто вы такие? Почему хуги вас преследуют? Откуда ты так хорошо знаешь земной международный язык?

- Однажды я отправился путешествовать зайцем на земном звездолете, который опустился на нашу планету, чтобы починить двигатели. Матросы считали, что я принес им счастье. Веселые были денечки, но вскоре я начал тосковать по дому, и...

- Постой... Ты хочешь сказать, что являешься коренным обитателем этого лучшего из миров?

- Ну конечно. Мы, спизмы, появились здесь задолго до хугов и жили тысячи лет, не зная горя. Потом хуги расселились по поверхности, а мы заняли тихие удобные места под землей. А затем они ударились в религию, и наша жизнь превратилась в ад...

- Где-то я слышал, что религия играет положительную роль в развитии разумных существ.

- В том случае, когда с ее помощью не пытаются истребить других разумных существ.

- Ты прав.

- Ну вот. Хугские священники провели самую настоящую пропагандистскую кампанию, нарисовали кучу картин, где спизмы с копьями мучали несчастных хугов. Через некоторое время даже простые обыватели при виде спизма начинали махать руками и осенять себя крестными знамениями. Мы и опомниться не успели, как хуги объявили нам самую настоящую войну. Говорю тебе, Ретиф, мы живем хуже некуда, и это еще цветочки, ягодки будут впереди!

Папский стражник, осматривая кусты, приближался к фонтану людоеда.

- А вот и жандармы, - вполголоса сказал Ретиф. - Прячься скорее, Франтспурт. Тебя ищут по всему саду. Почему бы нам не продолжить разговор позже...

Спизм нырнул в высокую траву.

- Это очень важно, Ретиф, - послышался его голос из-за ближайшего куста. - Ребята рассчитывают на меня...

- Шш-шш. Следи за мной, и, если я останусь один, мы обязательно поговорим...

Невесть откуда появившийся Магнан подозрительно посмотрел на Ретифа, подошел к нему вплотную.

- Ретиф! Если вы впутались в эту путаницу...

- Кто, я? Что вы, мистер Магнан. Мы же прилетели вместе с вами сегодня утром...

- Магнан! - раздался из-за куста резкий голос Петляката. - Папа проинформировал меня, что на территории посольства был замечен ужасный демон. Естественно, нам ничего об этом неизвестно, но, к сожалению, Его Надменность сделал вывод, что мы общаемся с существами из загробного мира! - Он подошел ближе, понизил голос. - Чушь несусветная, но мы должны сделать вид, что безоговорочно в нее верим. Проследите, чтобы дипломаты занялись поисками этого мифического черта, а я тем временем попытаюсь умиротворить Его Надменность.

- Слушаюсь, господин посол. Но... что будет, если мы его найдем?

- В этом случае вы окажетесь куда большим идиотом, чем я предполагал! Петлякат изобразил на лице соответствующую улыбку и поспешил вернуться к Папе.

- Ретиф, вы идите туда, - Магнан махнул рукой в сторону фасада дворца, - а я посмотрю в кустах. И не вздумайте кого-нибудь найти. Не хватало еще, чтобы вы обнаружили какое-нибудь чудовище, подобное тому, что напало на нас в... - Магнан вздрогнул, ошарашенно посмотрел на своего собеседника. Великий боже! Как вы думаете...

- Нет, - твердо сказал Ретиф. - Я считаю, сейчас речь идет о драконе величиной как минимум с дом.

- И все же... мне, наверное, следует рассказать обо всем господину послу...

- Чтобы подтвердить подозрения Папы? Вы храбрый человек, мистер Магнан. Не возражаете, если я пойду послушаю, чем это кончится?

- С другой стороны, - торопливо сказал Магнан, - в настоящее время господин посол очень занят. Не стоит отвлекать его по пустякам. - Он отошел от фонтана и, стараясь оставаться в поле зрения Папы, начал усердно заглядывать под все кусты.

Ретиф вернулся к столу, у которого теперь никого не было, кроме официанта; собирающего мятые салфетки в большой бумажный пакет. Тихонько свистнув, Ретиф подождал, пока официант поднимет голову, и бросил ему одну из тарелок. Хуг выронил пакет и поймал тарелку в воздухе.

- А вот еще. - Ретиф сгреб со стола и протянул официанту четыре блюдца, три пустых бокала и несколько недоеденных бутербродов с сыром. - Держите скорее и займите место в свите Папы. Он ходит по саду, оставляя за собой ободки от блюдец, разрисованные цветочками, - наверное, они пришлись ему не по вкусу.

- Дебе не нравидзя, гаг я рабодаю? - свирепо спросил хуг. Ретиф взял со стола ложку, уронил ее, незаметно подпихнул ногой под скатерть, свисающую до земли.

- Вы прекрасно работаете, - успокоил Ретиф официанта и, нагнувшись за ложкой, увидел два красных глаза на тонких трубочках. - Полезай в пакет, прошептал он, почти не разжимая губ.

- З гем ды разговариваешь? - Хуг быстро наклонился, посмотрел под стол. Бумажный пакет зашуршал: спизм успел юркнуть в него и теперь устраивался поудобнее.

- Молюсь Богу-Ложке, - небрежно ответил Ретиф. - Уронить ложку - дурная примета.

- Да? - Хуг прислонился к столу, достал из кармана жеваную зубочистку, начал ковырять ею в стальных зубах. - Взе иноздранцы - зумазшедшие. Гаждый дураг знаед, чдо уронидь ложгу - хорошая бримеда, а вилгу - дурная.

- У нас на Земле считается, что упасть с десятого этажа - к смерти, рассеянно сказал Ретиф, глядя на приближающихся папских стражников. Один из них подошел к столу, бросил на Ретифа подозрительный взгляд, наклонился, поднял скатерть, затем потянулся к бумажному пакету. - Не хотите ли выпить? - быстро спросил Ретиф и, зачерпнув чашкой густой красный пунш, шагнул к стражнику, поскользнулся. Струя липкой жидкости ударила в застежку капюшона на шее, потекла по нагруднику кирасы, оставляя на ней причудливые узоры. Официант схватил со стола поднос и попятился. Стражник выпрямился, задыхаясь от возмущения.

- Идиод! Дубина здоерозовая! - воскликнул он.

- Чдо дагое? - взревел громовой голос. - Разбитие збирдных набидков во время изболнения злужебных обязанноздей? - Папа отпихнул Ретифа, остановился перед опустившим голову стражником. - В нагазание ды будешь зварен в мазле! - прорычал он. - Уведиде его!