Кит Ломер - Бронзовый бог

Папа сунул палец в большую хрустальную салатницу, вытащил его, внимательно осмотрел со всех сторон, затем взял салатницу в руки и одним движением кисти швырнул ее содержимое на накрахмаленные рубашки дипломатов, стоявших по стойке смирно с застывшими улыбками на устах.

- Гдо эди брихлебадели? - громко осведомился он. - Дальние родздвенниги? Ждуд объедгов? Я доже мучаюзь з родздвеннигами. Вернее, мучалзя. Две недели назад у наз был браздник Замобожердвования, вод я и бринез велигую жердву, одбравив взех до единого г их бредгам.

- Неплохая идея, - заметил Ретиф. - Думаю, многим теперь понравится заниматься самопожертвованием.

Папа взял со стола тарелку, на которой лежали бутерброды с икрой, наклонил ее и, когда бутерброды посыпались на землю, поднес тарелку, к носу, понюхал и осторожно откусил от нее маленький кусочек.

- Я даг много злышал о блюдах дерри, - сказал он, шумно жуя. - Немного жездковадо, но вкузно.

Он откусил от хрупкого фарфора еще один кусочек и протянул тарелку Ретифу.

- Закузывай, - милостиво предложил он.

- Спасибо, Даша Надменность, но как раз перед вашим приходом я выпил бутылку пива. Не хотите ли отведать тарелки из обеденного сервиза? Гурманы от них просто в восторге.

Двери, ведущие на одну из террас дворца, распахнулись настежь. Честолюбивые чиновники посольства разом приняли позы почтительного ожидания, заулыбались. Коренастая фигура Чрезвычайного Посла и Полномочного Министра Земли, в огромном красном тюрбане и в короткой, вышитой золотом, ночной рубашке хугов, торжественно вышла вперед. Рядом шагала точно такая же фигура, но с копной ярко-оранжевых волос на голове. Магнан шел в двух ярдах сзади.

- Ваш бозол - двойниг? - поинтересовался Папа, делая шаг навстречу приближающейся парочке.

- Нет. Это - миссис Петлякат, - пояснил Ретиф. - Если б я был на месте Вашей Надменности, я бы незаметно избавился от недоеденного блюдца: она звереет, когда сердится.

- Броглядые замки, таг и норовяд зъэгономидь на жрадве. - Папа выкинул ободок блюдца в грибовидный куст. - Ах, бриведздвую ваз, бозланниг Гадобляд! - громыхнул он. - И вашу очаровадельную делгу. Надеюзь, она згоро бонезед?

- Понесет? - Петлякат растерянно огляделся по сторонам. - Что понесет?

- Надеюзь, вы вовремя брюхадиде звоих делог? - радостно улыбаясь, заявил Папа. - Или эда - злишгом здарая? Не здрашно, я уверен, чдо в звое время она была брегразной броизводидельницей.

- Какая чушь! - басом рявкнула миссис Петлякат, выпрямляясь во весь рост и гневно сверкая глазами.

- Между брочим, - продолжал Ай-Душка-Шизик, - я дербедь не могу разговаривадь о делах за едой, и боэдому бредлагаю немедленно обзудидь зоодведздвующий злучаю бодарог. Зо звоей здороны, я годов забыдь маленьгое недоразумение з бывшим бозлом и, не зобродивляязь, бринядь любую зумму в размере од одного миллиона гредидог и выше.

- Миллион кредиток? - пробормотал Петлякат. - Подарок?

- Гонечно, езли вы не ходиде брозлыдь жмодом, можеде бодгинудь еще миллион.

- Миллион кредиток из фондов Корпуса? Но... С какой стати, Ваша Надменность?

- Э, нед, - Папа укоризненно помахал перед носом посла толстым, как сарделька, пальцем. - Не вмешивайдезь в наши внудренние дела!

- Что вы. Ваша Надменность! Я только хотел узнать... э-э-э... по какому случаю мы должны сделать вам подарок?

- Зегодня вдорниг.

- О!

Папа миролюбиво кивнул.

- Вам бовезло, чдо не зреда. В зреду бришлозь бы бладидь вдвойне. - Он взял бокал с подноса у стоявшего поблизости официанта, выплеснул коктейль на землю, откусил хрусталь от ободка и принялся задумчиво жевать.

- Блохой бугед, - пробормотал он.

- Мой лучший хрусталь! - миссис Петлякат схватилась за сердце. - А этот козел жрет его и не подавится!

- Гозел? - Папа подозрительно посмотрел на нее. - Гдо датой гозел?

- Нечто вроде гурмана, - быстро нашелся Петлякат, отирая платком вспотевший лоб. - Известен своим изысканным вкусом.

- А деберь о бензии, - сказал Папа. - Зущая безделица. Дызяча в день бозлужид догазадельздвом вызогой оценги моих зазлуг зо здороны Горбуза.

- Тысяча в день... чего? - Посол недоуменно оглянулся на дипломатов, стоявших все с той же почтительной улыбкой на устах.

- Гредидог, разумеедзя. И не забудьде о зубзидиях на хугзгую бромышленноздь, зкажем бо бядьдезяд дызяч в мезяц. Деньги можеде бладидь лично мне, чдобы избежадь бюроградичезгих броволочег.

- Хугскую промышленность? Но, насколько я понял, у хугов нет никакой промышленности.

- Именно поэдому нам необходимы зубзидии, - решительно заявил Папа.

Лицо посла вытянулось, но он тут же спохватился и заставил себя улыбнуться.

- Ваша Надменность, главная моя задача - наладить дружеские отношения между двумя нашими расами, помочь хугам попасть, так сказать, в гольфстрим галактической цивилизации.

- Гаг можно наладидь дружезгие одношения без денег? - спросил Папа тоном, не терпящим возражений.

Петлякат задумался.

- Мы, конечно, могли бы предоставить вам заем...

- Зделадь дарздвенную - гуда броще, - указал Папа.

- Само собой, нам придется увеличить штат, чтобы справиться с делами. Посол потер руки, в глазах его появился лихорадочный блеск. - Для начала хватит двадцати пяти сотрудников.

Хуг в черной мантии, вышитой серебром, подошел к Папе, зашептал ему на ухо, указывая рукой в сторону дворца.

- Чдо? - вскричал Ай-Душка-Шизик громовым голосом и уставился на Петляката. - Нарушаеде мездные дабу? Бомогаеде нежеладельным элемендам? Ведеде береговоры з врагами Звядого Брездола?

- Ваша Надменность! - дрожащим голосом произнес Петлякат, даже не пытаясь перекричать разъяренного священнослужителя. - Я ничего не понимаю! Что такое вам сказали?

Все тем же громовым голосом Папа начал отдавать распоряжения по-хугски. Стражники бросились врассыпную и исчезли в кустах. Ай-Душка-Шизик пошел вдоль стола, собирая хрупкие фарфоровые тарелки в стопку и что-то бормоча себе под нос. Петлякат семенил следом.

- Ваша Надменность! - вскричал он, задыхаясь. - Объясните мне, что случилось? Я уверен, произошла страшная ошибка! Что ищут ваши люди? Уверяю вас...

- Бо доброде зердечной я зоглазилзя бринядь ваз на Хуге! Я огазал вам величайшую любезноздь и выучил ваш языг! Я даже годов был взядь у ваз деньги - здрашная жердва з моей здороны! А зейчаз я узнаю, чдо вы одгрыдо зговариваедезь з врагами Богов!

Ретиф, оставшийся стоять на месте, огляделся по сторонам, увидел фонтан в форме хугского двухголового карлика с огромными зубами и животом, подошел к нему, повернулся лицом к Папе и послу, продолжавшим ожесточенно жестикулировать у обеденного стола. Почувствовав, что кто-то дергает его за ремешок сандалии, он посмотрел вниз. В высокой траве блестели два красных глаза, расположенных на концах тонких трубочек.