Андрей Имранов - Судьба боится храбрых

'Тарелка' провернулась, Тим сжался и закрыл глаза в ожидании.

Ничего не происходило. Получилось? Или нет? Тим, не открывая глаз, осторожно-осторожно, по пол-миллиметра, принялся двигать тарелку в другом направлении. Наконец, сопровождаемые громким шипением, перед глазами пронеслись цепочки странных знаков и Тим, со вздохом разжал руки. Открыл глаза - Годзилла все так же стоял над ним, загораживая небо, но что-то в нем изменилось. Тим не мог сказать, откуда он это знал, но знал он это со всей определенностью.

- Отойди, - попросил Тим, спихивая 'тарелку' в сторону.

- Как далеко? - поинтересовался Годзилла. Тим хихикнул и уточнил:

- На два шага. В любую сторону.

Годзилла послушно повернулся и сделал два шага, сразу оказавшись метрах в шести. Тим встал на ноги и, хромая от впивающихся в ногу травинок, принялся искать потерянную обувь. Кроссовок нашелся минут через пять, точнее, нашлись два его куска. Тим покрутил их в руках, рассматривая в свете звезд гладкий срез подошвы - кроссовок был разрезан пополам чем-то очень острым.

- Ну и, - сказал Тим по-русски, - какого хрена ты мне кроссовок располовинил? Думаешь, тут Рибоки на каждом углу продаются?

- Хозяин, я не понял задания, - сказал Годзилла глухим голосом.

Тим сначала махнул рукой, бормотнув, - 'а, не заморачивайся', потом застыл и задумался. ''Хозяин'? Вот как? Очень интересно. Очень-очень интересно'.

- Что я должен сделать? - спросил Годзилла.

'Ну', - подумал Тим, - 'Пожалуй, тебе надо прочитать те листки... но... завтра. А сегодня я бы лучше поспал. Только как бы ты не обиделся, если вдруг сам их прочитаешь...' Ухмыльнулся криво и сообщил:

- Охраняй меня, пока я не дам тебе нового задания. И ничего не читай.

- Понял, - ответил Годзилла и сделал пару шагов, подойдя к Тиму вплотную. Тим хмыкнул, зевнул и улегся на землю.

Глава 9

Тим проснулся от неприятного запаха и еще более неприятного жужжания. Он перевернулся в полудреме, спрятал голову под руку, но ни запах, ни жужжание не исчезали, и Тим нехотя открыл глаза. Потянулся, морщась от боли в отлежанных мышцах, и принюхался. Пахло чем-то кислым, а жужжали, несомненно, насекомые. Тим быстро приподнялся и огляделся. Годзилла безмолвной статуей маячил неподалеку от места, где лежал Тим, а вокруг этого места, радиусом примерно метра два, были вперемешку навалены трупы всяких животных - местами аж в три ряда. Пирующие насекомые облепляли туши так, что те казались живыми и шевелящимися. Тим сглотнул и перевел взгляд на неподвижного Годзиллу.

- Ну, ты, тля, Терминатор, - сказал Тим с уважением.

Годзилла пошевелился.

- Не понял задания, - сообщил он, переступил с ноги на ногу, и добавил:

- Я съел некоторых из нападавших, но это же не было запрещено?

Тима слегка замутило.

- Нет, - сказал он, перейдя на язык Сай, - все правильно.

Встал, выбрал участок, где трупов было поменьше, разбежался и перепрыгнул границу. Вспугнутые насекомые поднялись жужжащим облаком, Тим почувствовал в прыжке несколько мягких шлепков по телу, но кусать его никто не стал - спасибо тому мудрому ученому. Тим сделал по инерции пару шагов и зашипел от боли - в необутую ногу впился сучок. Тим сел на землю, вытащил его из пятки, мрачно осмотрел ранку и замотал ее импровизированным бинтом, сделанным из носка со второй, обутой ноги.

- Надеюсь, местные ученые позаботились насчет заражения крови, - пробормотал он, поднимаясь и пробуя перенести вес на раненую ногу. Терпимо. Но обувь надо найти.

- Хозяин, - сказал Годзилла, - мне следовать за тобой, охраняя?

Тим вздохнул и повернулся к чудищу.

- У тебя где-то есть листки с записями, прочитай их, - сказал он.

Тим ожидал, что чудище сейчас достанет листки и примется их перелистывать, но Годзилла не стал этого делать. Он постоял в раздумьях секунд десять, потом издал какой-то странный урчащий звук, слегка присел, снова встал и замер минут на пять.

- Э! - встревожился Тим, - что случилось?

- Ничего, - ответил Годзилла секунд через пятнадцать, странно изменившимся голосом, - я прочитал. Дозволяешь ли ты мне действовать в соответствии с собственными желаниями?

Тим вопрос озадачил. Вчера Годзилла ничего такого не спрашивал. А вот в соответствии с чем он вчера действовал - это вопрос. Интересно, что будет, если сказать 'да'? В смысле - не будет ли чего плохого? Может, сказать 'нет' и просто приказать ему идти к этому Сейесу? А если он как-нибудь сам освободится? Вряд ли Руша Хем разрешал ему делать что захочется.

- Дозволяю, - сказал Тим и напрягся.

- Я удовлетворен твоим дозволением, - сообщил Годзилла и повернулся, - ты можешь продолжать сопровождать меня в Сейес?

- Могу, - сказал Тим, - правда, перекусить бы не мешало. Я с позавчерашнего вечера ничего не ел.

- Можешь съесть любого из них, - великодушно предложил Годзилла, подразумевая, видимо, гору трупов, - я уже сыт и мне они больше не нужны.

- Нет, - сказал Тим, - я, пожалуй, еще поголодаю. Пошли к Сейсу. Далеко до него?

- Двадцать девять ланов.

'Ага', - прикинул Тим, - 'Одиннадцать ланов, мы, стало быть, отшагали. Нормально, почти треть. Может, к вечеру доберемся'. А вслух сказал:

- Подними меня и пошли. Тарелку только не забудь.

Годзилла молча и стремительно посадил его себе на спину, Тим поморщился - слегка обожженную за вчерашний вечер кожу седалища тут же начало пощипывать. Он поерзал, устраиваясь поудобнее, а Годзилла уже шагнул внутрь круга трупов, подхватил с земли 'тарелку' и поднял ее наверх. Тим, отмахиваясь от туч насекомых, быстро схватил протянутый предмет и с нетерпением сказал:

- Пошли быстрее.

Годзилла пожелание Тима воспринял буквально и рванул так, что у Тима ветер в ушах засвистел, он едва успел пригнуться и спрятаться за загривком чудища от летящих навстречу веток. 'Клево', - подумал Тим, - 'я и не знал, что он так быстро умеет. Теперь мы точно до этого Сейеса сегодня доберемся - с такой-то скоростью'.

Но радовался Тим рано - лес скоро стал зеленее и гуще, так что даже Годзилле пришлось поумерить прыть. А если бы Тим шел тут один, он бы, наверное, и километра за день не проходил - такая вокруг раскинулась непролазная чаща. Умершие деревья здесь не падали, а засыхали над землей, удерживаемые ветвями других деревьев и разросшихся кустов. Годзилла выставил вперед две свои 'руки' и работал ими, как топорами - только щепки летели. Получалось у него неплохо, но двигались они теперь медленно, тем более что рельеф местности значительно ухудшился - им постоянно попадались овраги с ткущими по дну ручейками, просто овраги, обрывы и косогоры. Так что когда к полудню Тим поинтересовался, сколько еще осталось до Сейеса, то получил ответ, который его ничуть не порадовал: